Ее телефон завибрировал в руке. Бросив на меня последний предупреждающий взгляд, она открыла сообщение.

— Нам нужно добраться до южного выхода. Калвари ждет.

— Это на два этажа ниже.

— Верно, — сказала она, вглядываясь в щели, выходящие на подсобное помещение. — Лестничная клетка должна быть в конце коридора от этой комнаты.

Между нами воцарилась тишина, пока она ждала моего решения. Я никогда не была из тех, кто полагается на случай и теряет бдительность, но инстинкт подсказывал мне довериться ей. Я с трудом сглотнул и выдохнул, опустив оружие.

— Черт. Ладно, давай сделаем это. — Сняв куртку, я вытер пот, стекавший по лбу. — Мы не знаем, с чем столкнемся. На случай, если нас запрут, если у тебя появится шанс убежать…

Она положила руку мне на плечо, и ее черты смягчились. — Мы обе выберемся отсюда, Эва.

Я кивнула, внезапно осознав, что она была права. Я не арестую ее.

Мы прокрались в пустую подсобку, где темнота служила нам временным укрытием. Небольшое прямоугольное стекло в двери не давало достаточного обзора, чтобы увидеть потенциальную угрозу в коридоре, поэтому нам пришлось идти наощупь. Хотя было невозможно избежать высокого скрипа, мне удалось приоткрыть дверь, не вызвав подозрений у троих вооруженных мужчин в конце коридора.

— Лени, — прошептала я, — Не знаю, насколько ты хороша в стрельбе, но у нас меньше оружия. Пусть каждый выстрел будет точным.

Мне стало тошно от слов, которые я собиралась произнести. Лишать кого-то жизни, даже когда это необходимо, — не то, чем хотел бы заниматься хороший офицер. Существовали протоколы. Но эти люди пришли не для переговоров. Они пришли за кровью. Моей кровью.

— Стреляй на поражение.

На губах Лени промелькнула едва заметная улыбка, словно она ждала зеленого света, чтобы сделать именно это. Это резкое осознание ударило меня в живот. Это был не первый раз, когда она оказывалась в ситуации, где речь шла о жизни и смерти. Она была слишком хладнокровна, слишком уверена в себе, с той уверенностью, которая приходит только с опытом. Плавность ее движений и ее спокойное поведение намекали на одно: Лени была профессионалом.

Вопрос был — в чем?

— Готова, когда ты будешь готова, — сказала она, осторожно выглядывая из-за дверного косяка. — Я займусь тем, что справа. Ты — двумя слева.

— Следи за гражданскими, — предупредил я, опустившись на колени ниже линии огня Лени.

Капля пота скатилась с кончика моего носа, когда затылок высокого мужчины оказался в центре моего прицела. Два выстрела пронзили воздух, точно поразив цель. Третий — буквально через мгновение. Мы бросились бежать и остановились, прижавшись плечами к стене в конце коридора. Снова опустившись на колени, я заглянул за угол, но на меня обрушился град пуль. Стена напротив нас взорвалась, когда мощные пули с силой пробили ее поверхность.

Лени положила руку мне на плечо, и между нами пронеслась целая литания невысказанных слов. Мы смирились с любой судьбой, которая нас ждала, но если нам суждено было умереть, то мы уйдем с боем и утащим с собой как можно больше этих ублюдков. Как только их стрельба прекратилась, мы были готовы.

Еще четыре тела упали, и мы помчались к лестничной клетке. Не успев перевести дух, мы увидели, как по лестнице устремились новые люди Белова.

Они падали по двое.

Лени заглянула за перила. — Эти ублюдки не перестают наступать!

— Сколько их? — спросила я, выбросив пустой магазин и перезаряжая оружие.

— Похоже, шестеро.

Сверху доносился шум голосов и шарканье ног. — Нас зажмут, если мы не будем двигаться дальше.

Она подняла АК с одного из мертвых преступников и протянула его мне. — Тогда давай пойдем к ним.

— Давай, потому что я готов, блядь, домой.

На этот раз Лени не скрывала своего возбуждения, и ее милое лицо расплылось в кровожадной улыбке.

— Я знала, что ты мне нравишься.

Люди Белова лежали раскинувшись по холодным бетонным ступеням. Еще одна дверь, и мы будем в безопасности. Лени приоткрыла ее, не ожидая кулака в щеку, и потеряла сознание.

— Опусти это, милая, — сказал глубокий голос с акцентом сзади, прижав пистолет к моей затылке. — Пахан никогда не говорил, что ты так выглядишь. Какой приятный сюрприз.

Он опустил оружие и прижал меня к стене, его огромное тело давило на мою задницу. Горячее, отвратительное дыхание обдавало мое лицо, когда он хихикнул у меня у уха. Рост этого мужчины легко превышал шесть с половиной футов. Его огромный рост уступал только его обхвату. У меня скрутило живот, когда я почувствовала, как его член затвердел у меня на спине.

— Иди на хер!

— Если ты настаиваешь.

— Николай! — упрекнул его другой мужчина. — Нам приказали убить эту суку.

Он резко повернул меня к себе, его похотливые зеленые глаза горели безразличной жестокостью. — Да, но он не говорил, что мы не можем сначала немного развлечься.

ГЛАВА 24

ДЕРЕК

Всё вокруг было как в тумане. Я действовал на автопилоте, безжалостно рассекая плоть острием своего клинка и жаром пистолета HK. В голове у меня была только одна мысль. Одна цель.Добраться до неё.

Спасти её.

В тот момент, когда серьёзный взгляд Кая встретился с моим, я понял, что полученное им сообщение касалось Эванджелины.

Она и Елена попали под обстрел людей Белова и укрылись в вентиляционной системе «Эйнштейна». Я винил себя. Мне следовало разобраться с этим куском дерьма в тот самый момент, когда он впервые прикоснулся к ней. Но я старался сохранять хладнокровие и не навлечь войну на Арес.

Хер с ними всеми. Ради Эвы я бы вступил в войну со всем этим проклятым миром.

Пламя пули обжигало мою кожу, скользя по верхней части левого плеча. Стиснув челюсти, я обернулся и увидел знакомое лицо. Его изуродованная, с серебряными коронками улыбка стала еще шире, когда он поднял оружие, думая, что опередил меня, но Кай оказался быстрее. Пуля вошла ему в висок.

— Там труп, Ди.

Страх сковал мое сердце, когда я приблизился к стройной фигуре женщины на полу. Коричневые пряди в ее волосах принесли новую волну облегчения, и я выдохнул остатки напряжения и пошел вперед. Я знал, что Кай позаботится о Елене. Мягкие подъемы ее груди говорили о том, что она жива. Жива, но без сознания, и, следовательно, не поможет найти женщину, за которой я пришел.

Единственную, кто имел значение.

И тогда я услышал ее голос, приглушенный суматохой и расстоянием между нами, но его было невозможно не узнать.

Я распахнул металлическую дверь, и Эванджелина стояла над телом крупного мужчины, с окровавленным ножом в руке. Она вздрогнула от шума и в панике обернулась ко мне. Пистолет, который она держала так, чтобы его не было видно, был направлен прямо на меня. Сквозь туман хаоса и теней она замерла на мгновение, достаточное, чтобы разглядеть мое лицо, прежде чем нажать на курок. Но была секунда нерешительности. Вспышка недоверия в ее глазах, когда они сузились, устремившись на мое оружие. Я не мог отрицать оттенка обиды, вызванной ее подозрением, но я понимал ее.

— Ангел.

Дрожащий вздох сорвался с ее губ, когда мы бросились друг другу в объятия.

— Дерек! Что ты здесь делаешь? Откуда ты узнал?

— Я пришел за тобой, — сказал я, прижав лоб к ее лбу. Она дрожала, и я обхватил ее лицо, вытирая брызги крови большим пальцем. — Ты ранена?

Она покачала головой. — Это не моя кровь. Он пытался…

Красная ярость застилала мой взгляд, когда он упал на труп мужчины, который пытался ею воспользоваться.

— Он получил по заслугам, — сказал я, стиснув зубы. Гордость и облегчение наполнили мою грудь от того, что она сделала. Я хотел отвезти ее домой и вбиться в нее так глубоко, чтобы она забыла этот день.

— Вот моя девочка.

Она сама разобралась с этим делом и выбралась оттуда.

Громкий скрип двери заставил нас обоих вытащить оружие. Кай поднял руку, переступая порог, а под другой рукой у него была Елена. Она была в сознании, хотя и выглядела ошеломленной и слабой.