— Привет,— прошептала я.

— Все в порядке.

В ответ она медленно покачала головой. — Поговори со мной, Рейн. Что происходит? Где ты была?

Девушка заколебалась, прежде чем медленно подняла взгляд. У меня вырвался вздох, когда перед глазами появилось ее покрытое синяками и кровью лицо. Протянув руку над ее головой, я зажегла настольную лампу, и мои глаза стали еще шире при виде ее лица. Я осторожно наклонила ее подбородок.

— Кто это сделал?

Засохшая кровь была размазана под носом и в уголках потрескавшихся губ. Правый глаз был кроваво-красным, а тонкое зеленое кольцо в радужке расплылось от слез, прежде чем пролиться. Возможно, она была под воздействием чего-то, и это было причиной ее паранойи.

— Эва, они забрали меня. Но я вырвалась. — Она схватила меня за плечи, в ее голосе слышалась паника, а глаза метались из стороны в сторону. — Но они следили за мной. Они идут!

Рейн вскочила на ноги и заглянула сквозь занавески.

— Идут сюда? Кто?

Я положила руку на бедро, пока она продолжала шагать от окна к окну, мой пульс учащался, а мысли метались. Кого, черт возьми, она привела в мой дом?

— Они пытаются меня убить.

— Рейн, притормози. Кто это? И почему ты не позвонила в полицию?

Я похлопала себя по карманам, понимая, что, должно быть, оставила телефон у двери.

Черт.

— Эва, прости меня. Я не знала, куда еще пойти. Но я не могу пойти к копам.

— Рейн, я полицейский. Я не могу не сообщить, что видела тебя и что ты, возможно, в беде.

Она отползла в угол и снова обняла себя за ноги, бормоча при этом какие-то нечленораздельные слова. Потирая виски, я сделала успокаивающий вдох и медленно опустилась перед ней на колени, положив руку на ее колено.

Когда она отпрянула от моего прикосновения с яростным рывком, это было верным признаком того, что она под кайфом. Мне нужно было позвонить Сэму.

— Послушай, Рейн, я возьму свой телефон и вызову тебе помощь, хорошо? Пожалуйста, оставайся на месте.

Она рванулась вперед и снова схватила меня за плечи, впиваясь пальцами в кожу. — Нет! Не ходи туда, Ева. Они идут, клянусь.

Хуже я ее не видела с того первого дня, когда мы вытащили ее полуголую, брыкающуюся и кричащую из переулка.

— Я обещаю, что со мной все будет в порядке. Оставайся здесь.

Выпрямившись, я бросила на нее последний взгляд, прежде чем направиться к входной двери. Должно быть, я уронила телефон, когда она в ярости ворвалась внутрь.

Когда я подошла к тусклому фойе, по ту сторону матового стекла показался широкий силуэт мужчины. У меня перехватило дыхание, и я уставилась на него, пока он тряс дверную ручку.

Черт.

Поскольку сигнализация была отключена, телефон потерян, а ближайший пистолет лежал на кухне, я чувствовала себя беспомощной. В следующее мгновение мужчина начал выбивать мою дверь. Я помчалась по коридору в сторону кухни, но едва я переступила порог, как из грязной комнаты вышел еще один мужчина, более худой.

Злобная ухмылка осклабила его рот, когда он приблизился.

— Убирайся к чертовой матери.

— Шшш. Не надо говорить, милая. Нам просто нужна девушка.

Какова вероятность того, что два придурка назовут меня этим раздражающим прозвищем в один и тот же день?

В моих жилах забурлил адреналин, и я поняла, к чему это приведет. Я внутренне выругалась, осознав, что не заменил свою инсулиновую помпу, как собирался. Это испытание нужно было закончить до того, как скачок, о котором я знал, приведет к проблемам.

Я подалась вперед, и он горлом приказал мне поднять руки над головой. Повинуясь его приказу, я подняла руки к потолку, отчего моя рубашка задралась примерно на дюйм выше пупка. Его развратные глаза опустились на мой живот, и он расплылся в ухмылке.

— Знаешь, ты бы стала отличным дополнением к коллекции босса. Повернись, — приказал он, покрутив пальцем.

— Пошел ты.

Он взвел пистолет и направил его мне в голову.

— Я сказал, повернись.

Я сжала губы в плотную линию, уставилась на него и закружилась по кругу.

— Крепкая задница. Красивое лицо. О, да. Из тебя получится отличный питомец. Надо только получше использовать твой милый ротик.

Мне хотелось вылезти из кожи, закричать и заплакать, когда его слова с силой и воспоминания с силой ударили по моим чувствам. Раз. Два. Три вдоха покинули мое тело. Этим приемам я научилась на терапии, когда паника грозила взять верх.

Мужчина подошел ближе и приказал мне встать на колени. Не имея другого выхода, я подчинилась, выжидая, когда он оступится и подойдет достаточно близко. Но это должно было произойти до того, как его сообщник станет неподъемной второй проблемой.

В соседней комнате, где я оставила Рейн, разбилось стекло, а затем раздался леденящий кровь крик, пронзивший мне душу.

ГЛАВА 6

Э

ВАНДЖЕЛИНА

Его «Zipper» заскрипела в моем сознании, как гвозди на меловой доске. Она вернула меня на десять лет назад. Холодный бетон. Тяжелое дыхание. Крепкие руки обхватили мое горло, перекрывая доступ воздуха.

Боль.

Еще два долгих глотка кислорода в легкие, чтобы утихомирить демонов, медленно выползающих на поверхность. Я сжала кулаки по бокам, усмиряя ярость разбушевавшихся эмоций. Он не тронет меня. Я буду чертовски уверена в этом.

Я открыла глаза, услышав зловещий смех в ухо и твердый удар сталью в висок.

— Посмотрим, на что способен этот сладкий ротик.

Я сглотнула желчь и подняла на него глаза, надеясь, что он увидит в них ярость и отвращение.

Единственный способ помочь Рейн - сохранять спокойствие и одержать верх, когда представится возможность. Она перестала кричать, и тишина, царившая в доме, пугала.

— Как тебя зовут? Мы действительно получили две выгоды, гоняясь за этой маленькой сучкой по городу. Как хорошо, что мы остались в стороне и позволили ей вести нас.

Он опустился и провел языком по моей щеке, а затем погладил свой член возле моего лица. — Наверное, это судьба.

Я отвернула голову. — Ты больной ублюдок.

Слова едва успели вылететь изо рта, как за моими плотно зажмуренными глазами вспыхнул болезненный белый свет. Его пощечина треснула меня по лицу, и на языке появился привкус меди.

— Я получу массу удовольствия, сломав тебя, — сказал он, взяв меня за подбородок и грубо проведя мозолистым большим пальцем по рассеченной губе. Я сглотнула боль и отпрянула назад.

— Не трогай меня.

Я сплюнула кровь ему на ботинки, и он тут же запустил кулак в мои волосы. Голову защемило, когда он так сильно сжал ее, что казалось, будто он вот-вот вырвет кусок.

— Сука! Ты знаешь, сколько они стоят?

Я сделала шаг в тот момент, когда он положил пистолет на прилавок. Когда мои костяшки столкнулись с его членом, он застонал и сложился вдвое. Не давая ему ни секунды передышки, я вскочила на ноги и быстрым ударом правой сломала ему хрящ в носу. Кровь хлынула из его лица, и он рухнул в жалкую кучу, одной рукой пытаясь заткнуть непрекращающийся поток красной крови, просачивающийся между пальцами, а другой сжимая ушибленный член.

— Лежать!

Держа его на мушке, я перевела взгляд на коридор, который вел в гостиную. Я прислушивалась, нет ли там Рейн, и безмолвно молилась, чтобы она была невредима.

— Не двигайся, мать твою.

Он не пытался подчиниться. Я поняла его намерения еще до того, как он пошевелился, поэтому ударила его пистолетом до потери сознания, и он упал лицом на плитку.

Черт, мне нужен был телефон.

— Эва!

Я помчалась в темноту на звук ее дрожащего голоса. Когда я добежала до нее, Рейн стояла на коленях у приставного столика, в одной руке у нее был окровавленный осколок стекла. — Я... я думаю, что убила его. Я перерезала ему горло.

Мои глаза расширились, когда я проследила за толстым слоем крови на полу и направилась в фойе. Ее было так много, что я наполовину ожидала увидеть тело на полу, когда заглянула за угол. Должно быть, Рейн перерезала артерию.