— Сделай это, — прошептала она, когда моя рука скользнула вниз по ее клитору, оказывая ему такую же ласку.

Я притянул ее зад к краю и, не теряя времени, вошел в нее.

Черт возьми.

Ее киска всегда была чертовски узкой, такой теплой, будто создана специально для моего члена.

— Черт, детка. Ты меня испортила, — прорычал я, погружаясь глубже. — Посмотри на нас — как идеально мы подходим друг другу.

Я ворвался в нее, и каждый раз это было еще слаще, чем в предыдущий.

Быть внутри нее так, без преград, чувствовать, как она сжимается вокруг меня с каждым толчком, слышать мое имя на ее губах — это было чертовски восхитительно.

— Ты тоже меня испортила. Я так чертовски влюблена в тебя.

Ева кончила, когда я вошел в нее так сильно, что стойло задрожало вокруг нас. Она дожила свой оргазм, ее жадная маленькая пизда все еще встречая мои толчки.

— Ты испачкала мой член, детка. Я должен заставить тебя его почистить…вылизать до последней капли, чтобы я мог трахнуть тебя и сделать это снова.

Ева повернулась, бросив мне сексуальную улыбку, облизнула губы и опустилась на колени.

— Ну, мы же не можем этого допустить, правда? — сказала она, беря мой испачканный член в руку, не отрывая глаз от моих, пока скользила языком по моему стволу, прежде чем взять меня в рот.

— Блядь, — стонал я, запустив руки в ее волосы, пока она сосала и вылизывала меня дочиста от корня до кончика. — Ты чертовски вкусно пахнешь, да, малышка?

Она улыбнулась мне, мой член выскочил из ее рта и отскочил от кончика ее носа. Мы рассмеялись, когда я поднял ее на ноги и бросил обратно на маленький столик, срывая леггинсы, все еще скомканные у ее лодыжек. Схватив ее за оба колена, я раздвинул их.

— Знаешь, в следующий раз предупреди. Я бы для тебя растянулась.

— Я тебя понял, — сказал я, злорадно поднимая одну из ее ног выше, ближе к ее туловищу, пока другая обхватывала мою талию.

Ева резко затаила дыхание, прикусив уголок губы, когда я растянул ее до предела.

— Вот так. Раскройся для меня, ангел. Твоя киска такая чертовски красивая.

Я приставился к ее входу и с рыком вошел внутрь, отпустив ее ногу и запрокинув голову назад, когда она сжалась вокруг меня.

— Дерек… Я…

Она покачала головой и притянула меня к себе за шею, заглушив все, что она хотела сказать, неистовым поцелуем.

Мои руки обхватили ее за талию, и, не теряя ни секунды, я поднял ее на руки и прижал к перегородке.

Я быстро отметил про себя, что нужно укрепить эти чертовы перегородки. Они тряслись слишком сильно, как мне казалось, и, скорее всего, не выдержат еще один такой раз.

— Кончи для меня еще раз, ангел.

— Ты уже устал, Дерек? — игриво задыхаясь, прошептала она мне на ухо. — Мне казалось, ты говорил, что сможешь заниматься этим всю ночь.

Я фыркнул от смеха. — Надо было сказать тебе, что я могу делать это одной рукой.

Ее глаза задрожали, сбитые с толку моими словами, пока одна из моих рук не обхватила ее горло. Она застонала и закрыла глаза, когда моя хватка усилилась.

— Закрой этот милый ротик и делай, что тебе говорят.

Я почувствовал, как оргазм закручивается в моих яйцах. Мышцы моих рук напряглись и сжались, когда я входил в нее снова и снова, ее груди подпрыгивали у меня, пока она не сломалась.

— Вот моя хорошая девочка.

То, как она сжалась вокруг моего члена, чертовски хорошо, довело меня до предела. Моя рука все еще была на ее горле, когда я кончил в нее.

— Черт… черт возьми, Эва, — прорычал я, понимая, что сжимаю ее так, что останутся синяки.

Она хныкнула, лицо ее покраснело, и она впилась зубами в мое плечо, когда я отпустил ее и опустился на колени, не в силах больше удерживать свой вес. Я был чертовски измотан.

Я прислонился к ней, ее спиной к перегородке, стараясь не раздавить ее.

— Я признаю свою ошибку, — прошептала она между тяжелыми вздохами и посыпала поцелуями мою челюсть.

— Я оскорблена, что ты сомневался во мне. Очевидно, ты умоляешь меня покраснеть другую сторону этой… О, черт возьми!

Стенки киски Эвы сжались вокруг моего члена, забирая у меня дыхание, когда восхитительный электрический ток пронзил мои яйца. Она громко рассмеялась и сжала меня во второй раз. Я застонал, сгибаясь над ней, пока она продолжала веселиться над моей агонией… чертовски сладкий ад.

Мне пришла в голову мысль перекинуть ее через колени и шлепать, пока она не заплачет и не кончит, но тут мой телефон зазвонил, сообщая, что кто-то подошел к входной двери. Мы бы не услышали стук изнутри комнаты для охраны.

— Кто там?

— Кто-то, кому нужно пойти на хрен. Я с тобой еще не закончил.

Громко хрюкнув, я обхватил тело Эвы и поднялся на ноги, уже наполовину входя в нее.

Я усадил ее на стол в кабине и схватил телефон, чтобы посмотреть, кому, блядь, нужна новая дыра, чтобы дышать.

Черт.

Ронан.

ГЛАВА 35

Э

ВАНДЖЕЛИНА

— Дерек, где мои стринги?

Он надевал штаны, стоя ко мне спиной, и пожал плечами. Звонок его телефона стал непрерывным, поэтому, не желая тратить время на поиски нижнего белья, я схватила свои леггинсы и решила бегом отправиться в ванную, чтобы привести себя в порядок.

Когда я проходила мимо него, Дерек взял меня за локоть и прижался лбом к моему.

— Возьми мои ключи.

— Почему? Что происходит?

— Так просто лучше. Я не… — Он замялся, словно не желая произносить те слова, которые собирался сказать. — Я не знаю, насколько я ему доверяю, когда он рядом с тобой.

Я обхватила его лицо ладонями, заставляя наши взгляды встретиться. — Что это значит?

Я никогда не говорила ему, насколько некомфортно я себя чувствовала рядом с его отцом. Никто не хочет слышать такие вещи о своих родителях. И последнее, что мне было нужно, — это стать причиной разрыва в их отношениях.

— Потому что он такой, какой есть, Эва. И я не могу отвечать за свои поступки или сохранять хладнокровие, если он сделает что-то, чтобы меня спровоцировать.

Вот оно, всплывающее на поверхность и сверкающее в его глазах. Та тьма, таящаяся внутри Дерека. Может, я была несовершенна, слепа к тревожным сигналам в людях, которые мне были дороги. Всю свою жизнь я оправдывала отца и объясняла его непоследовательность и ложь. Рационализировала, что что бы это ни было, не могло быть настолько плохо, потому что… я любила его.

Как бы абсурдна ни была эта логика.

— Хорошо, — сказала я, решив не оспаривать его просьбу. — Хочешь, я заберу обед?

Он положил руку мне на шею, большим пальцем поглаживая подбородок. — Нет, иди прямо домой. Я сам закажу.

Звон внезапно прекратился, но тут же возобновился в виде громкого звонка из кармана Дерека.

— Драматичный ублюдок.

— Может, это срочно.

— Сомневаюсь. — Его руки опустились на мою спину и сжали ее, прижимая меня к себе. — Обещай, что пойдешь прямо домой. Ты знаешь правила.

— Пожалуйста, не делай этого. Я не хочу чувствовать себя в ловушке.

— Эва, там на улице опасные люди, которые хотят причинить тебе вред. Пока эта угроза не будет нейтрализована, нам нужно принимать меры предосторожности.

Я закатила глаза и кивнула.

— Я знаю. Просто ненавижу чувствовать себя такой чертовски беспомощной.

Дерек прислонился лбом к моему плечу; его небольшие жесты нежности согревали мое сердце и другие места на теле, усиливая влажность между моих бедер.

— Позволь мне разобраться с этим, и я вернусь домой. Я же говорил тебе, что с тобой еще не закончил, — прорычал он у меня на шее.

— О? И чего мне ждать?

Проведя губами по моей шее, Дерек вдохнул и сказал: — Тебя, на коленях, ангел. И этот милый ротик вокруг моего члена, доделывающий дело, одетый только в это новое ожерелье.

Мое лоно разгорелось добела от его грязных слов, когда я провела языком по контурам губ и провела пальцами по шее. У меня внезапно потекли слюнки. Это занятие никогда не было моим любимым. Оно всегда было скорее обязанностью. Возвратом долга. Но с Дереком все было по-другому.