— Привет, — сказала она, обнимая меня за шею и вставая на цыпочки, чтобы поцеловать. —Мне было холодно сегодня утром.

Я поднял глаза и заметил ироничную улыбку Кая, когда он опустил окно, кивнул мне в знак приветствия и тронулся с места.

— Прости. Я забыл упомянуть о сегодняшней проверке здания.

И ложь продолжалась.

Я взял ее лицо в ладони, большим пальцем лаская нежную кожу ее щеки. — Ты даже не представляешь, как мне было тяжело уйти.

Она схватила меня за воротник куртки и приподнялась, чтобы потереться кончиком носа о мой подбородок.

— И почему же?

Я наклонился, чтобы встретить ее губы, целуя и нежно покусывая нежную кожу.

— Потому что было чертовски холодно.

Ева игриво шлепнула меня по плечу.

— О, не потому, что у тебя в постели была невероятно сексуальная женщина? Голая, с болячками?

Ее губы прижались к впадине моей шеи.

— Твой вкус все еще на моем языке?

Я прижал ее к себе, передняя часть моих брюк болезненно натянулась.

— Здесь никого не будет еще три часа, ангел. Думаю, пора немного искупить вину.

К тому времени, как мы вошли в здание, игривое настроение Эванджелины изменилось. Она уставилась на экран своего мобильника, идеально изогнутые брови сдвинулись.

— В чем дело?

— Одна из наших офицеров пропала три дня назад. Она была одной из охранниц Сэм. Ее только что занесли в список пропавших без вести после проверки.

— Ох, — сказал я. — Как жаль.

Ее обескровленный труп был увезен с моей территории буквально сегодня утром.

Я прижал Эву к груди, большим пальцем разглаживая морщинки на ее прекрасном лице. Ей не стоило беспокоиться из-за какой-то сучки, совершившей ошибку, заключив сделку с дьяволом в обмен на деньги.

Лесли не смогла понять, что я был самым ужасным из них всех.

— Надеюсь, они скоро ее найдут.

В ее глазах навернулись слезы, и каждая капля растворяла некогда непроницаемый барьер, окружавший мое сердце.

— Я не могу не думать, что это как-то связано с Беловым. Это слишком большое совпадение. Она работала на Сэма. И если это так, то сколько еще людей должно умереть, прежде чем…

— Все. До последнего. Если это значит, что ты будешь в безопасности.

Она уставилась на меня, и в темных глубинах ее глаз мелькнула целая гамма эмоций. Сморгая слезы, Эванджелина глубоко вздохнула и положила руку мне на грудь.

— Я не этого хочу.

Я хотел сказать ей, что работаю над решением. Работаю с другими, чтобы те, кто ответственен за нападение на нее, заплатили за это жизнью.

Дмитрий Белов был моим.

— Пойдем, — сказала она, обретя новые силы, и потянула меня за запястья. — Мне нужно сбросить чертов стресс, пока я не взорвалась.

— На что у тебя настроение?, — спросил я, когда мы подошли к прилавку. — Длинный или короткий диапазон?

Она оглядела ряд оружия, остановив взгляд на секции винтовок.

— Как насчет этой?, — сказала она, указывая на изящную McMillan TAC-338.

— Хороший выбор.

— А ты?

Я вытащил черную винтовку CheyTac M200. — Бери патроны, ангел. Пойдем поиграем.

Улыбка заиграла на ее губах, когда она сдвинула стеклянную витрину и сложила коробки в корзину, на мгновение забыв о стрессе дня. Эванджелина толкнула меня бедром, проходя мимо, развернулась и пошла задним ходом к стрельбищу, а я последовал за ней. Мой член дернулся при виде тех обтягивающих черных леггинсов, и я облизнул губы в сладком предвкушении. Сегодня она будет моей; в этом я не сомневался.

— Итак, как часто ты тренируешься? Или твой опыт в основном касается деловой стороны?

Она повернулась и распахнула тяжелую дверь.

Я ухмыльнулся, положив обе винтовки в кабинку справа от нас. — Как думаешь?

Она, казалось, на мгновение погрузилась в свои мысли, устремив взгляд мимо меня и не мигая.

— Думаю, ты сейчас меня впечатлишь, — сказала она, снова обратив внимание на мое лицо, прислонившись к стальной перегородке с сексуальной улыбкой на губах.

— Это моя единственная цель в жизни. Знать, что именно я вызвал эту улыбку на твоем лице.

Эванджелина сняла с плеч свою коричневую кожаную куртку и бросила ее в дальний угол комнаты. Очертания ее черного бюстгальтера под тонкой белой тканью рубашки послали электрический импульс к моему члену.

Она приподняла бровь, глядя на выпуклость в моих штанах.

— С тобой это так легко, Дерек.

Я поднял руки в защитной позе. — Эй, я ничего не могу поделать. Ты видела свою задницу?

Она рассмеялась и шлепнула меня по плечу.

— Я не это имела в виду. Я говорила о том, как легко забыть обо всем том дерьме, которое висит у меня над головой. Об этой истории с Беловым. О моем горе. Обо всем этом.

Я обхватил ее за затылок и наклонился, прижав свои губы к ее, грубо завладевая ими, пока она прижималась ко мне, прижимаясь к моей груди.

Эта женщина. Боже, эта женщина. У меня не было никаких сомнений.

Она была моей.

Создана для меня.

Рождена, чтобы погубить меня.

Когда все это закончится, когда она больше не будет принадлежать мне, от того человека, которым я был раньше, ничего не останется. От той жизни, которую я жил до того, как она вошла в нее в ту проклятую ночь.

— Ты первая, — сказал я, скользя губами по ее губам, сочным и опухшим.

Не открывая глаз, она медленно кивнула и наклонилась для последнего поцелуя, прежде чем взять винтовку и положить ее на стол. Я с упоением наблюдал, как она готовила оружие и надевала наушники и очки. Ее гибкое маленькое тело наклонилось вперед, глаза сузились, устремленные на прицел, пока она целилась по линии мишени.

Один. Два. Три. Четыре выстрела раздались.

То, как напрягалась ее попка, пробуждало все мои первобытные инстинкты. И, как развратный сукин сын, которым я и был, я не отрывал глаз от ее задницы, чтобы проверить, как она справляется с мишенью.

Ева продолжала стрелять, не замечая моего присутствия, когда я подошел к ней сзади. Когда она сняла палец с курка, я провел руками по ее талии, остановившись на бедрах. Она напряглась на долю секунды, пока мой нос не уткнулся в ее волосы, а губы не прижались к ее шее, когда она сняла защитное снаряжение и бросила его к своим ногам.

— Ангел, продолжай дразнить меня этой сладкой попкой, и я наклоню тебя над этим столом и возьму то, что принадлежит мне.

Ева застонала и опустила голову на мое плечо, пока мои губы оставляли грубые поцелуи за ее ухом.

— Здесь, Дерек?

Я прижал ее к себе, моя эрекция была как стержень между нами. — Здесь никого, кроме нас. Это мое место. Я уже говорил тебе, что никто не проникнет сюда, если я не захочу.

Ее рука скользнула в мои волосы.

— Ну так чего же ты ждешь, Дерек Кейн? Забери то, что принадлежит тебе.

Я хмыкнул ей на ухо, а затем слегка укусил мочку, и она зашипела от легкой боли, но я не дал ей времени зацикливаться на этом ощущении, так как у меня было еще много всего, что я хотел с ней сделать.

— Держись за край, — приказал я, толкая ее вперед, так что она наклонилась над столом.

Разница в росте усложнила задачу, но я справился. Зацепив пояс ее брюк, я стянул их с ног, а затем пролизнул языком вверх по ее телу, зубами задевая заднюю часть бедер, заставляя ее вздрогнуть.

— Полегче, ангел, я только начал.

Она оглянулась через плечо, губы раскрылись в соблазнительный луночек, просто умоляя, чтобы их наполнил мой член.

— Не щади меня.

— Ты же знаешь, что это не в моем характере, — сказал я, гладя ее ягодицы ладонями. — Не с тобой.

Когда я начал расстегивать брюки, я понял, что у меня с собой нет презервативов, и замер, проклянув себя про себя.

— Ты собираешься трахнуть меня или ждешь особого приглашения?

Моя рука с силой опустилась на одну из ее ягодиц, оставив частичный отпечаток. Настала ее очередь ругаться, и она оглянулась на меня с удовлетворенной ухмылкой.

— Я бы ни за что не отказался посмотреть, как моя сперма стекает по твоим ногам, ангел. Но решать тебе, — сказал я ей на ухо, одновременно гладя покрасневшую кожу нежными массирующими движениями.