В кризис удача благоволит смелым. Нужно найти того, кто сидел в «Форде». Если они приехали из Миссисипи, они, возможно, остановились в мотеле. В Уорстеде мотелей, достойных остановки, немного — всего три, тянущих на две звезды.

Если он найдёт этих чужаков, он с ними разберётся. И он не сомневается, что найдёт.

СМС от Бубнового Туза сообщает Безымянному, что GPS на шерифском «Субёрбане» показывает: он вернулся в Уорстед и приближается к мотелю «Голубая лента».

Теперь всё решает время.

Величавый викторианский дом стоит на участке в полтора акра в лучшем районе Уорстеда; он обвешан фабричным резным декором, который местные называют «пряничком».

Табличка на колышке, выставленная на самом виду в клумбе, объявляет: ПОД ОХРАНОЙ «БДИТЕЛЬНЫЙ ОРЁЛ».

Подъездная дорожка огибает большой дом и выводит к отдельно стоящему гаражу на четыре машины в глубине участка.

Безымянный паркуется за домом. Из багажника «Форда» он достаёт пакет, который Бубновый Туз — или кто-то из его людей — оставил здесь заранее.

На заднем крыльце он кладёт пакет на пол и пистолетом LockAid для вскрытия замков отщёлкивает ригель засова на двери.

Он предполагает, что дом поставлен на сигнализацию. Если открыть дверь или окно, датчик пошлёт сигнал на центральный блок где-нибудь в доме, чаще всего в чулане. Обычно у хозяина есть одна минута, чтобы ввести четырёхзначный код снятия с охраны; если код не введён, охранная компания получает сигнал и вызывает полицию.

Однако у системы есть одна слабость: датчики связываются с центральным блоком по радиоканалу. Бубновый Туз — или команда, с которой он работает, — выяснили, на какой частоте работают системы «Бдительного орла».

Из кармана спортивного пиджака Безымянный достаёт компактную глушилку радиосигнала, оставленную для него в мотеле. Он включает её, открывает дверь и ставит глушилку сразу за порогом.

Он поднимает пакет с пола крыльца. Входит на кухню, замирает, прислушиваясь, затем быстро проходит через прачечную и попадает в гараж. За шесть минут он выполняет работу, ради которой приехал сюда.

Когда он возвращается на кухню, его уже ждёт собака. Большая немецкая овчарка.

Он не знал, что у шерифа есть пёс. Бубновый Туз и его люди великолепно собирают информацию, которая обеспечивает операции без трения, но всеведущими они не являются.

Голова овчарки поднята, уши настороженно поданы вперёд, тело напряжено, хвост низко опущен и неподвижен.

Безымянный выдерживает её взгляд, пытаясь понять намерения. Домашний любимец или дрессированный охранник? Просто сторож — или атакующая собака?

— Эй, приятель.

Овчарка рычит.

Роксана Кортес, администратор на стойке мотеля «Голубая лента», заканчивает смену. Шериф Соакс её знает: она мать молодого человека по имени Лоренсо, который был сплошной головной болью; Лоренсо отбывает срок в федеральной тюрьме в Бастропе, и мать живёт в стыде из-за его преступлений. Она уважает закон и рада возможности помочь шерифу Соаксу.

Чёрт возьми, Алекс Хёркос и правда зарегистрирована в мотеле. Разумеется, описание, которое даёт Роксана, ни капли не похоже на Алекс Хёркос, которая гниёт в закопанном «Рейндж Ровере». Даже близко. Настоящая Алекс была брюнеткой со смуглой средиземноморской кожей, тёмно-каштановыми волосами, ореховыми глазами, ростом пять футов и два; а по словам Роксаны, эта Алекс — блондинка, голубоглазая, примерно пять футов и семь.

Большое окно мотельного офиса выходит на крыло здания, где у Алекс Хёркос номер, и Роксана случайно видела, как постоялица уезжала на «Форде» — похожем на тот, что стоял у дома Деметеров.

У Роксаны нет полномочий открыть для Рассела номер 22. Но управляющий — Ричи Легардо, с которым Соакс учился в одной школе, — и он горит желанием быть полезным; и правильно делает, потому что политическая машина Соаксов контролирует выдачу бизнес-лицензий и умеет превращать проверки санэпидслужбы в оружие. Ричи отпирает номер для шерифа и оставляет его разбираться самому.

В номере 22 нет ничего, что подсказало бы, кто такая эта миссис Хёркос на самом деле. В шкафу висят рубашки и джинсы. В ванной — обычные туалетные принадлежности и женская косметичка. В белом чемодане — с полдюжины карманных любовных романов, смена кружевного белья, бюстгальтер — и манильский конверт девять на двенадцать.

Содержимое конверта сотрясает до основания уверенность Рассела. Фотографии — снимки из семейных альбомов, увеличенные до формата восемь на десять. Тэмми Шугарс. Сара Корли с родителями — все улыбаются в объектив, стоят за праздничным тортом с десятью свечами. Ещё восемь девочек — и члены их семей, исчезнувшие вместе с ними. Все здесь. Включая настоящую Алекс Джозефину Хёркос; её мужа Роджера; и их дочь Венди. Иногда на снимке есть и питомец — собака или кошка. Все выглядят такими живыми, не подозревающими о судьбе, которая их ждёт, такими лёгкими жертвами — из-за своей наивности, своей невинности.

Рассел перебирает фотографии со страхом, но и с нарастающей яростью. Его бесит, что в его личное пространство влезли, что кто-то вообще посмел бросить ему вызов. Как будто хоть кто-то из этих людей имел значение. Не имели. Чернь, дураки, жалкие неудачники, не способные защитить ни себя, ни своих детей, рождённые, чтобы ими пользовались.

Звонит его личный смартфон. Это Гарри Карлайл.

— Я дома. Эта сука снова позвонила. На этот раз не изображала маленькую девочку. Ей нужны деньги. Много денег.

— Сейчас буду, — перебивает Рассел.

— Подъезжай к чёрному ходу.

Рассел забирает компрометирующие фотографии и у стойки просит Ричи Легардо присматривать за номером 22.

— Позвони мне сразу же, на мой личный, если эта Хёркос вернётся. Я на тебя рассчитываю, Ричи. Это важно.

Управляющий записывает номер, явно в восторге от того, что шериф считает его своим доверенным человеком. Ричи — тощий ботан с карандашной шеей, на которого в школе охотились все кому не лень; он, наверно, всю жизнь мечтал стать героем.

— Я вас не подведу, шериф.

— Зови меня Расс. Мы слишком давно знакомы, чтобы так официально.

Роксана Кортес как раз уходит после смены. Прощаясь с Ричи Легардо, она подмигивает ему — Рассел это замечает. Может, они там трахаются друг с другом. Ему Роксана не подмигивает, но даже если бы подмигнула, это ничего бы для него не значило: она лет на двадцать пять старше, чем ему нужно.

Когда он возвращается к своему «Субёрбану», на западе небо выжжено в оранжевый цвет, и свет стремительно густеет в кроваво-красный мазок.

За рулём Рассел решает подавить желание включить проблесковую балку и сирену, чтобы сэкономить три минуты по дороге к дому Гарри. Ситуация требует спокойствия, осмотрительности, взвешенных действий.

Семейная власть сделала Рассела шерифом, но он достаточно жёсток, умён и хитёр, чтобы хорошо выполнять работу. Потому что он так полно понимает самого себя, он понимает и преступный склад ума. Он раскрыл множество дел. И теперь вдруг видит правду об этом.

Эта сука снова позвонила . . . Ей нужны деньги. Много денег.

Прежде чем завести двигатель, Рассел ещё несколько минут сидит, ошеломлённо осознавая истину, прокручивая детали — как это должно было быть сделано, складывая кусочки воедино.

В новой жизни, где прошлое отгорожено от него стеной, Безымянный не знал собак. Если он хоть что-то понимает в них, умеет читать их, то это, должно быть, разновидность интуиции, основанной на опыте прежней жизни, о которой он не сохранил памяти.

Рычание не яростное — низкое, настороженно-любопытное. И всё же Безымянный не решается двинуться: пёс мощный, зубы острые, а способность причинить серьёзный вред — немалая.