– Лени...

– Я ЛЕНА! Неужели так тяжело запомнить?! – выпалила раздраженно, одновременно стягивая с постели простыню, чтобы закутаться в нее.

Все же сидеть на полу в чем мать родила – такое себе удовольствие.

– Давай помогу, – сразу очутившись рядом, заботливо предложил Дар.

– Не подходи! – возмутилась, резко дернувшись от протянутых ко мне рук. – Не трогай. Не хочу. Уйди!

– Лен, пожалуйста, успокойся.

Ну хоть имя наконец начал правильно произносить. Уже что-то. Вот только от этого не легче.

– Пошел ты! И твоя хваленая любовь вместе с тобой. Видеть тебя не желаю. И знать тоже. Не прикасайся ко мне!

– Позволь… – продолжил настаивать мужчина.

– Нет!

Но меня вполне ожидаемо снова не послушали, несмотря на сопротивление, подняли на руки и понесли в сторону ванной.

– Что ты делаешь? А-а-а! – спросила и тут же снова вскрикнула, стоило Дару поспешно спуститься по ступеням в воду, оказавшуюся ко всему прочему еще и жутко холодной.

– Потерпи. Сейчас согрею, – поспешно усадив меня на ближайший борт, мужчина быстро выпрямился и коснулся ладонями глади.

В то же мгновение от его пальцев во все стороны потек теплый оранжевый свет. С ним вода стала стремительно менять температуру на более комфортную, пока не сделалась достаточно горячей. Одновременно с этим измученное за ночь страстными ласками тело начало постепенно все больше расслабляться. А еще удивительно быстро наполняться силой.

– Так лучше? – снова обратился ко мне Дар.

Отвечать посчитала не обязательным. Посему, упрямо избегая встречаться с принцем взглядом, отвернулась от него и продолжила кутаться в скрывающую наготу простыню.

– Лен, поговори со мной, – не оставлял попыток вызвать меня на диалог мужчина.

– Поздно, – отозвалась, обиженно шмыгнув носом.

– Никогда не поздно.

– Для тебя – может быть. Но не для меня. Та Лена, которую ты знал, умерла.

– Не говори так.

– Больше не буду, – ухватилась за эти слова и, почувствовав в себе достаточно сил, чтобы сбежать, осторожно поднялась.

На этот раз ноги держали исправно. Вот и хорошо. Теперь бы еще сухой одеждой разжиться. Идея шлепать до гардеробной в мокрой простыне мне не понравилась. Оставался последний вариант – позвать прислугу и надеяться, что она где-то рядом.

Помощница не подвела и явилась по первому же зову со всем необходимым. Подслушивала? Впрочем, плевать. Главным для меня сейчас было убраться из этой злосчастной спальни. И как можно быстрее. Посему, поспешно стерев с кожи остатки влаги выданным мне первым делом полотенцем, быстро закуталась в протянутый следом халат и, так ни разу не обернувшись на мужчину, поспешила прочь.

– Мои покои готовы? – поинтересовалась у направившейся следом за мной девушки.

– Да, принцесса.

– Проведешь?

– В этом? – удивилась собеседница.

Очевидно, вспомнила, кому полагалось меня там дожидаться, и уже успела нафантазировать себе лишнего.

– Да. И распорядись, чтобы все наряды как можно скорее тоже туда перенесли.

– Не думаю, что в этом есть необходимость. Ваша новая спальня по соседству с комнатой принца. Поэтому гардеробная у вас общая.

– Прелестно! – проворчала раздосадовано.

Дайнар! Не удивлюсь, если это его лап дело. Вроде как приказ выполнил и одновременно сделал по-своему. Хотя, скорее, по-Даровки. Вот прохвост! Ладно, найду управу и на этого чешуйчатого. Лишь бы тот, на кого возлагала надежды, меня не подвел. И так в последнее время слишком много разочарований.

– Но хоть ванная, надеюсь, отдельная? Или ее мне тоже здесь принимать придется? – решила уточнить.

А то с советника станется и в этом меня надуть.

– Нет, персональная. Прикажете приготовить?

– Да. И побыстрее, – отозвалась, уже следуя за спутницей в дальний конец огромного шкафа размером с целую комнату.

Там и правда оказалась дверь. Пройдя через нее, я моментально очутилась в зеркальной копии покоев, что остались у меня за спиной.

– А где?.. – поинтересовалась, специально не став договаривать остальное, в надежде, что собеседница и так все поймет.

– Дожидается вас у себя, как вы и приказали. Там тоже есть запасной выход, если что. И он ведет прямиком на кухню. Мне передать сами знаете кому, чтобы побеспокоился о завтраке для вас?

– Да, – отозвалась коротко, продолжая внимательно осматривать свое новое жилище.

Такое же просторное и светлое, как комната Дара. Балдахин бы только над кроватью и занавески на балконную дверь. Еще уголок с ковром и подушками. А там...

– Ваше Величество, может, вы еще что-то желаете? – участливо поинтересовалась служанка.

– Разбуди, как только все будет готово, хорошо? – попросила, тут же незамедлительно направившись к кровати.

Тяжелое утро. И я предпочту начать его заново. Только уже в своей постели и в одиночестве.

Ну что еще? Не успела глаза закрыть, как снова кому-то понадобилась.

– Леди Елена, вы просили вас разбудить, как только все будет готово, – пояснил смутно знакомый голос.

Вспомнила! Потому не стала бурчать, ворчать и возмущаться. Вместо этого, перевернувшись на спину, заставила себя разлепить веки и сесть.

– Привет, Крут, – поздоровалась со слугой, кинув на него быстрый взгляд.

Но заметив, насколько сильно мужчина успел поменяться, принялась рассматривать его уже внимательнее. Белая рубашка из добротной ткани без единой мятой складочки, бежевые брюки и новые черные сапоги. Похоже, кто-то снизошел даже до того, чтобы подстричься.

– Ты изменился, – отметила с довольной улыбкой.

– Судя по вашей реакции, в лучшую сторону, – раздалось смущенно в ответ.

– Ну, в худшую тебе едва ли уже было куда, – съязвила.

– Раз я оказался настолько плох при первой встрече, почему до сих пор здесь? – поставив передо мной на кровать небольшой столик с завтраком, поинтересовался собеседник.

– Скажу. Но сначала мой вопрос: почему ты передумал?

– В смысле?

– Когда приходят устраиваться на работу, которую хотят получить, то приводят себя в максимально приличный вид. Ты же сделал все, чтобы я сразу отвергла твою кандидатуру, а потом вдруг резко изменил поведение. Вот мне и стало интересно, в чем причина.

– В том, что не прислушались к мнению советника. Тогда вы в первый раз взглянули на меня как-то по-особенному. Будто усиленно раздумывали над чем-то. Захотелось это выяснить. А потом я окончательно убедился: вы бунтарка, принцесса.

– И?

– Я решил во что бы то ни стало в этом поучаствовать.

– Даже несмотря на смертельную опасность в лице принца?

– Вы не похожи на ту, кто хладнокровно отдаст кого-то на растерзание дракону.

– Ну, насчет хладнокровности ты мне льстишь. А вот в остальном все верно, – отозвалась, глотнув сока и теперь с аппетитом вгрызаясь в еще теплый бутерброд.

– Ответите на мой вопрос? – напомнил о своем любопытстве Крут.

– Ты бунтарь, – вернула мужчине его же сомнительный комплимент. – Я поняла это с первых минут нашей встречи. Именно такой мне и нужен.

– Для чего?

– Чтобы составить достойную конкуренцию Дайнару.

Вот я это и сказала. Теперь дело за слугой.

– Но как? Ведь помощник вашего принца – чистокровный дракон. А я...

– Никто. Знаю. Вопрос в другом: на что ты готов пойти, чтобы стать равным советнику?

– Даже если на все, разве это возможно?

Я слышала интерес в голосе мужчины. Но и сомнение тоже. Ладно, намек сделаю, а остальное, если не дурак, сам додумает.

– Как и мое воскрешение из мертвых. С той лишь разницей, что твою принцессу никто не спрашивал, хотела ли она этого. Ты такой привилегии не лишен. Но можешь прямо сейчас не отвечать. Подумай. Все же это серьезный и очень рискованный шаг. Уверена, ты не каждый день получаешь предложение умереть, чтобы потом возродиться уже кем-то другим.