— Ты можешь раскаяться в своем милосердии, — предупредил он. — Тебе меня не обмануть. Я знаю, что ты такое, и я буду настороже. Я не позволю тебе причинить вред графу Мандреду.

Белая волчица склонилась на передних лапах в подобии реверанса. Снова посветила на Ар-Ульрика своими прозрачными глазами, затем развернулась и умчалась во тьму.

Ар-Ульрик продолжил растирать шею.

— Мне жаль тебя, женщина, — мягко и печально произнес он. — Но жалость не помешает мне сделать то, что должно.

Сильвания, 1121

Жуткая тишина царила в мрачных коридорах и призрачных покоях Ванхалденшлоссе, зловещее запустение открытой могилы.

Лотар фон Диль осторожно приблизился к мрачному трону из черепов.

С помощью магически настроенного зрения он видел потоки энергии, поднимающиеся от древних дольменов, вокруг которых были построены стены зала. Видел сверкающие полосы потусторонней силы, обнимающие устроившееся на жутком троне отвратительное существо. Он мог даже прочесть кое-какие магические символы, в которые превращалась энергия, притягиваемая к телу мастера-некроманта. Словно шепот из темных первобытных времен, они заставляли содрогаться саму душу Лотара. Некоторые вещи оказались слишком богохульными даже для еретика-матереубийцы.

Останки изувеченных ассасинов были убраны из зала, но Лотар чувствовал, как жестокость их смертей цепляется за камни. Слышал призрачное эхо звериных воплей, ощущал ядовитый запах грязной крови. В таком месте, как Ванхалденшлоссе, остатки смерти имели в реальности более прочную основу, чем сама жизнь.

— Говори, — приказал Ванхал подкравшемуся к трону ученику.

Голос мастера-некроманта был жутким шипением, звуком из-за смертной завесы. На секунду благородная гордость Лотара воспротивилась приказанию. То, что простолюдин разговаривает с ним в подобном тоне, было невыносимым оскорблением. Он не обычный грабитель могил! Он — барон фон Диль Мордхеймский, который может проследить свою благородную родословную почти до времен Зигмара! Кто такой этот падший жрец, чтобы обращаться с ним как с равным, а тем более — как с низшим⁈

Лотар проглотил свою родословную и преклонил колено перед омерзительным троном. Склонив голову, он обратился к единственному человеку в мире, способному наполнить страхом его сердце.

— Господин, против нас готовится выступить армия, — доложил он и съежился, заметив, что некромант смотрит на него одним глазом из-под своей костяной маски. — Не сильванцы, мой господин, а армия Штирланда!

Ванхал с пренебрежением махнул рукой.

— Это люди. А они смертны.

Лотар кивнул, но на словах не согласился с падшим жрецом.

— Конечно, штирландцы это понимают, глупо с их стороны пытаться угрожать нашей… вашей оккультной силе…

Ванхал поднялся с трона, рассеивая обвивавшие его потоки энергии, и медленно спустился к ученику.

— Продолжай, — велел он Лотару.

— Они не осмелились бы на подобное, если бы не обладали или, по крайней мере, не думали, что обладают средствами, способными противостоять вашей магии. — Лотар поднял голову, чтобы встретиться со зловещим взглядом хозяина. — Такое уже бывало. Великий Кадон был уничтожен жестокими орками. Могучий Нагаш был побежден голым дикарем, который называл себя богом.

Ванхал подошел к ученику.

— И каков же будет твой совет? Что ты посоветуешь, чтобы избавить своего хозяина от судьбы Кадона и Нагаша? — В голосе звучала насмешка, вызов, угроза, острая, как обнаженный клинок.

— Вы должны сразиться с ними прежде, чем они будут готовы к нападению, — сказал Лотар. — Не ждите, пока они придут сюда и высвободят магию, которая, по их мнению, сможет подавить вашу силу. Бросьте на них свои легионы. Поразите их в собственных землях, убейте в их собственных домах. Пусть ваша месть будет столь ужасна, что люди Штирланда еще тысячу поколений не осмелятся произносить ваше имя даже шепотом!

Лотар ощутил пронзительный взгляд наставника, почувствовал, как сила некроманта прощупывает коридоры его разума. Он задрожал под этим страшным взглядом, изо всех сил стараясь сохранить ментальные барьеры, которые были его единственной защитой. Обладая всей своей мощью, Ванхал с легкостью мог прорвать защиту Лотара. Однако его нынешняя слабость оставляла ученику шанс сохранить свои секреты. На этот шанс он поставил не только свою жизнь. Наказание Ванхала простиралось далеко за пределы могилы.

— Ты действительно мне это советуешь, — задумчиво произнес Ванхал.

В его голосе звучало подозрение, заставившее Лотара внутренне содрогнуться. Он постарался убедить себя в том, что это — всего лишь подозрение, и ничего больше. Ничего определенного. Ванхалу не было известно о предательстве Лотара.

Ванхал пересек большой зал, взмахом руки вызвав призрачные сферы, освещавшие его путь. Следом за мастером-некромантом по залу пронесся призрачный ветер. Ванхал остановился у винтовой лестницы, ведущей на крышу башни.

— Идем, Лотар, — позвал некромант. Его бледная рука замерла на фоне темных складок одежды. — Давай вместе подадим пример и напомним смертным об их месте в этом мире.

Спотыкаясь, Лотар направился следом за своим мрачным господином. Даже ослабленного Ванхала переполняли ужас и огромная злоба. Он был воплощенным кошмаром. Сосудом апокалипсиса.

Лотар поднимался по ступеням вслед за дьявольской силой, которую избрал своим хозяином, и сердце его трепетало. Насколько же безумен он был, решив, что эту дьявольскую силу можно предать.

Ванхал замер на парапете крепости, его фигура в ярком свете Моррслиб казалась бесплотной тенью. Глядя в небо, Лотар ощутил тошноту при воспоминании об увиденном здесь свидетельстве страшного могущества своего господина. Невозможно было забыть колдуна, разорвавшего ткань самого времени ради того, чтобы питать свои чары. Эхо того ужасающего заклинания еще оставалось вокруг, его шепот и стенания звучали в камнях Ванхалденшлоссе. Некромант собирался сделать крепость постоянной магической точкой опоры, вечным двигателем тайной силы.

Мысль о том, что он, Лотар, мог бы сотворить с таким ресурсом, наполняла его сердце алчностью. То, что Ванхал мог сотворить при помощи этой силы, заставляло его душу сжиматься от ужаса. Вокруг башни, от фундамента до окутанного туманом дальнего леса, простиралось обширное поле костей. Разлагающиеся обломки войны, остатки кровавой бойни, разбросанные выбеленные кости и почерневшая плоть — все это было чудовищно и не поддавалось осмыслению. Погибшие в битве с Чумными драконами, и победившие, и побежденные, валялись вокруг Ванхалденшлоссе подобно брошенным игрушкам безумного бога. Лотар знал, что падаль воздействует на эфирные вибрации, окрашивая текущие через крепость магические энергии и превращая их в некротические испарения и призрачный шепот. Смерть была и результатом, и источником силы Ванхала, омерзительной спиралью, пожиравшей саму себя. Постоянно растущей.

И вечно голодной.

Ванхал шагнул к краю крыши и замер, балансируя на грани пропасти. Вытянул бледную руку. Годы занятий эфирными энергиями высосали все цвета из его тела, сделав кожу полупрозрачной. Под этой кожей виднелись вены, артерии, желтоватые кости. Но худоба некроманта не оставляла ощущения слабости, а источала ужасное и непреодолимое чувство рока. Проявления судьбы. Мастер-некромант прошептал седые слова смутной древности, придав языку Кхемри форму, которую не могли представить себе жрецы-личи сгинувшей Нехекхары. Потусторонняя мозаика сплелась вокруг Ванхала, воззвавшего к своей магии. От холода колдовства вокруг черной каменной кладки Ванхалденшлоссе собрался иней, а в небо устремился потрескивающий язык колдовского пламени.

Призрачный порыв ветра рванул одеяние Ванхала, изодранное облачение захлопало, словно крылья гигантской летучей мыши. Некромант не обратил внимания на грозный порыв ветра и на то, что он стоит всего в волоске от пропасти. Физический мир исчез из его сознания. Осталось лишь великое заклинание.