Из всех ужасов, виденных им в Сильвании, от чумы до тирании и голода, этот был самым отвратительным. Стать жертвой болезней и голода или даже солдат фон Драков было достаточно ужасно, но оказаться добычей человекоподобных крыс — это было воистину извращенной мерзостью. Магия Ванхала избавит сильванцев от этого ужаса и унижения. Человеческие жертвы и паразитирующие падальщики будут уничтожены очищающими клинками его армии.

Пока его немертвые войска приближались к Бистре, внимание Ванхала привлекло новое волнение. С помощью колдовского зрения он видел движущееся с севера черное облако магии. Еще до того, как показался первый скелет, он уже знал, что его ждет. Как смертные короли вынуждены бороться за свои владения, так и его тайная сила привлекла соперника, желающего помериться с ним силами.

Ванхал угрюмо дождался, пока соперники подойдут ближе. Другой некромант владел некоторым мастерством: долго скрывавшие продвижение его армии заклинания свидетельствовали об этом даже больше, чем огромные размеры этой армии. В чужом воинстве были десятки тысяч зомби и скелетов, что намного превосходило возможности простого дилетанта от черной магии.

В жуткой тишине войска нежити атаковали боевой порядок Ванхала. Ржавые мечи рубили иссохшую плоть, ветхие дубинки разбивали прогнившие черепа. Незваные гости прорвались через внешнее кольцо армии Ванхала. Это была странная, призрачная схватка, лишенная крови и звуков человеческих голосов. Ни криков о пощаде, ни торжествующих воплей, только топот костлявых ног и треск разлагающейся плоти. Бессмертные, бесстрашные, два воинства нежити столкнулись друг с другом.

Ванхал неохотно отвел войска от Бистры, чтобы противостоять новому врагу. Он наблюдал за тем, как непрошенные гости продолжают яростное наступление, изучая тактику врага и пытаясь оценить уровень его магии. В том, что он видел, было бессердечие и высокомерие, почти насмешливое презрение, говорящее либо о высочайших способностях, либо о колоссальной самоуверенности.

Наконец, когда незваные гости ринулись через поля, Ванхал нашел то, что так долго искал. Посредине орды стояла большая черная карета, запряженная скелетообразными скакунами. В карете, завернувшись в складки черного плаща, сидел его соперник. Ванхал различал потоки силы, струящиеся через другого некроманта, ощущал чудовищность эфирной энергии, которую тот использовал. Как ни странно, сама величина этой силы придала Ванхалу смелости. Все-таки, несмотря на свои претензии, колдун оказался дилетантом. Ни один по-настоящему грамотный практик не осмелится вложить такую мощь в собственное тело. Просто глядя на этого человека, Ванхал видел, как собственная сила пожирает противника, иссушая плоть и истончая волосы. Каждый вдох сокращал его существование на час. Ванхал мог одолеть врага, просто отступив с поля боя.

Гордость не дала ему так поступить. Именно гордость отправила его в изгнание, когда он был мальчишкой, направила его на путь, который привел в Сильванию и в конечном итоге к темному искусству. Гордость не оставила его и сейчас. Напрягая всю волю, Ванхал направил многочисленные ноги своего паланкина через поля к полуразложившимся рядам противника. В то же время, протянув руку, он сосредоточил силу на трупах, лежавших позади наступающей орды. Используя магию, Ванхал сконцентрировался на крошечных сгустках духовной энергии, выходящих из дважды убитых тел, собирая их вместе, связывая разрозненные клочки в единое целое. Мало-помалу он собирал клочья в чудовищную силу, призрачную сокрушительную мощь воюющих призраков. Жуткие лица невнятно бормотали и вопили из эктоплазматического колосса, скелетообразные руки царапали и ощупывали вихрящуюся массу. Словно волна какого-то призрачного урагана, потустороннее воинство прорвалось сквозь ряды скелетов, разбрасывая их, словно листья в бурю. Черная карета превратилась в пыль, ее немертвые кони разлетелись на осколки костей, а самого пассажира подбросило в воздух.

Ванхал увидел, как его соперник рухнул среди обломков своего транспорта, ощутил расход энергии, спасший его от более серьезных повреждений. Сомкнув пальцы руки, Ванхал направил бушующую призрачную бурю назад в некроманта, обратив против него всю ее ярость. Вурдалачье пламя и призрачные огни вспыхнули вокруг сражающегося колдуна, когда он попытался защититься от потусторонней бури. В панике противник оставил собранную им великую армию.

Но Ванхал о них не забыл. Поддерживая воинство духов, он все еще был в состоянии управлять собственным бессмертным легионом. Они неуклонно прокладывали путь сквозь незваных гостей, и каждый клочок энергии отделялся от разрушенной оболочки, чтобы пополнить силы спектральной бури, бушующей вокруг некроманта.

Мало-помалу Ванхал стал замечать, что мощь соперника слабеет. Прежде чем энергия колдуна полностью иссякла, духовное воинство рассеялось по невысказанному приказу бывшего жреца. К этому моменту легион Ванхала полностью прорвался сквозь вторгнувшуюся армию. Когда кружащиеся призраки сгинули в небытии, поверженный враг обнаружил, что смотрит на изготовленный из оживших костей паланкин и человека в маске, облаченного в одеяние жреца-моррита.

— Когда ты умрешь, — сообщил Ванхал побежденному некроманту, — твое тело будет принадлежать мне.

Неприкрытый ужас вспыхнул в глазах мужчины.

— Пощади, великий господин! — взмолился он.

В отчаянии он порылся под одеждой, извлек «Арканы Кадона» и протянул книгу своему победителю.

Глаза Ванхала сузились за скелетной маской, губы зашевелились, пока он молча читал иероглифы на обложке.

— И что же может мне помешать просто забрать у тебя эту книгу? — поинтересовался он.

— В этой книге — все тайны Кадона, — сообщил мужчина. — Я пришел просить вашей помощи, чтобы раскрыть его тайны. Многое… многое из этого выше моего понимания, — признался он. — Возможно, это даже превосходит ваше мастерство, — добавил он и поспешил продолжить: — Но, возможно, вместе, объединив наши знания…

Ванхал поднял руку, и высунувшаяся из паланкина костлявая рука выхватила книгу из рук мужчины. Двинувшись через паланкин, рука добралась до некроманта и оторвалась от скелетной массы, держа книгу, пока некромант изучал ее.

— Я оставлю тебя в живых, — решил Ванхал, продолжая изучать окровавленные страницы. — Не из-за твоего дара и не потому, что я впечатлен твоим мастерством в темной магии.

Второй некромант с откровенным изумлением уставился на Ванхала, явно не веря собственным ушам.

— Но почему же вы меня щадите? — спросил он.

Ванхал поднял глаза от книги и окинул своего нового ученика усталым взглядом.

— Мне нужно хоть с кем-то разговаривать, — признался он. — С кем-то, кого я не вызывал из могилы.

Мидденхейм

Эрнтцайт, 1118

В имени Кургаза Маленький Молот таился обман. Зажатое в мускулистых руках гнома оружие было выше него и весило почти столько же, сколько его обладатель. Выгравированные на массивном набалдашнике громриловые руны закручивались в замысловатой спирали наследия, традиций и магии. Созданный древними рунными кузнецами для Войны Возмездия, в незапамятные времена он получил имя Дракдраж. Под этим молотом умирали драконы, черепа рептилий раскалывались под действием рунной магии и гномьей решимости. После Войны Возмездия Дракдраж никогда больше не сталкивался со столь ужасными врагами, и это обстоятельство вызывало бесконечный ропот у очагов рода Маленького Молота. Поколениями род вынужден был довольствоваться меньшими врагами, противниками, недостойными с ними сражаться, неспособными противостоять могуществу Дракдража.

Кургаз взмахнул молотом, и громриловые руны вспыхнули магическим огнем. Эффект, с которым оружие соединилось с врагом, был воистину апокалиптическим зрелищем. Существо не скрючилось, не упало. Его тело просто разбрызгалось по стене мешаниной черной крови и пушистого мяса.

После столь масштабного представления в подземной галерее воцарилась потрясенная тишина. Гномы и крысолюды замерли, все их внимание захватил громовой удар, с которым Дракдраж врезался в свою жертву. Гибель несчастного крысолюда вызвала трепет у всех, кто стал тому свидетелем. Для сражающихся гномов это был огненный прилив воодушевления. Для скавенов — самый настоящий ужас.