— Как вы себя чувствуете, леди Беверли? — озабоченно спросила девушка. — Вы сегодня бледны.

Будешь тут бледен, когда всю ночь тебе снятся мертвецы и демоны.

— Неважно спала, — ответила я, слабо улыбнувшись.

Забрала вчерашние бланки предзаказов и отнесла их в лабораторию. Шкатулка с цилиндром лежала на рабочем столе. Я взяла ее и спрятала в тайник. Где-то глубоко внутри я не могла смириться с тем, что я так и не узнаю, что было скрыто в тетради и в шкатулке. Где бы раздобыть эликсир, открывающий загадочные замки? Вряд ли он стоит на подоконнике в бывшем жилище Лиора.

Оставив бланки на рабочем месте Чандлера, я собрала обед и отправилась в новую аптеку — мыть торговый зал.

Еще на подходе к дому, заметила, как у стены проскользнула женская фигура. Худая и маленькая. Ох уж эта леди Харт! Что ей было нужно в моем доме? Придется снова с поговорить с неприветливой соседкой. Брать в аптеке, конечно, было нечего, но то, что леди позволяла себе запросто разгуливать по моей собственности и что-то вынюхивать, мне не нравилось.

Мистера Шэна на участке я не увидела, хотя несколько ведер, наполненные водой, уже стояли на крыльце. Я лишь пожала плечами. Если так и не появится, получит на террал меньше. График работ мы с бродягой не обговаривали, так что формально мне не к чему было придраться. Могла допустить, что мистер Шэн нашел себе более выгодную подработку. В верности он замечен не был.

Я оставила на крыльце корзину, скинула шаль, затащила одно из ведер внутрь и снова принялась за метлу. Сколько ни выметай сор, а пока тут не будет стекол и двери, про чистоту можно забыть.

Найди я философский камень, я бы превратила в золото… да хотя бы пять мешков порошка, которые обнаружила в подвале. Сегодня же отвезу хотя бы один в аптеку. Я забыла показать Чандлеру образец. Так что сразу доставлю уже необходимое количество сырья для изготовления какого-нибудь снадобья.

За целый день я разобрала и отмыла лишь четверть торгового зала. Мистер Шэн так и не появился, поэтому мне пришлось работать в одиночку. К вечеру у меня уже болела не только спина, но и руки, и плечи.

Короткие перерывы на отдых, которые я себе позволяла, не очень помогали. С каждым днем тело уставало все больше, и энтузиазма не прибавлялось, так как с каждым отмытым метром мне открывался новый фронт работ — испорченное перекрытие, дыра в полу, отвалившаяся или сгнившая доска.

Интересно, могла ли я взять в этом мире кредит? Свободных денег у меня почти не было, изобретением нового лекарства я не занималась, поиск философского камня откладывался на неопределенный срок, а аптеку нужно было приводить в порядок.

Осознав, что если сейчас не уеду, то просто свалюсь тут от усталости, я спустилась в подвал, взвалила на плечо мешок с сырьем, от тяжести которого согнулась чуть ли не пополам, и вытащила его на крыльцо.

И, о чудо! По улице, которую все извозчики объезжали за километр, медленно катила старенькая карета. Я махнула кучеру рукой. Экипаж остановился, и мужчина помог погрузить на сиденье мою тяжелую ношу.

Я забралась следом. Посмотрела в окно — на пороге своего дома стояла леди Харт, провожая взглядом экипаж. Неприятное чувство поселилось внутри. Что же эта особа задумала? Наняла бригаду из мистеров Шэнов, которые к утру разберут мой дом по кирпичикам?

Я назвала кучеру адрес и откинулась на сиденье. Прикрыла глаза. Меня стало клонить в сон. Коляску потрясывало на неровных плитах, дорога начала забирать в гору…

Так, стоп! Почему в гору? Мы же должны были ехать вниз. Я подскочила на месте и выглянула в окно. Мы точно ехали не на улицу Лланвайр, где находилась моя аптека.

— Стойте! — крикнула я кучеру. — Куда вы меня везете?

На ходу распахнула дверь и высунулась наружу, готовая выпрыгнуть, если того потребуют обстоятельства. Только, кажется, это было бесполезно.

Коляску сопровождали два стражника.

— Куда вы меня везете? — вновь крикнула я извозчику. — Что происходит?

— Туда, где и должны оказаться все нарушители закона, — бросил кучер, — в тюрьму.

Я захлопнула дверь кареты. Тюрьма? Скорее всего, это какая-то ошибка. С какой стати меня вдруг забирают в тюрьму? Какой закон я нарушила?

Это из-за тетради и шкатулки? Из-за того, что я наняла бездомного? Что резко поговорила с леди Харт? Я терялась в догадках. Не могла даже предположить, что было в моих действиях такого, что первый попавшийся кучер привез меня в тюрьму.

Вспомнила, как леди Харт что-то вынюхивала в аптеке. Про шкатулку она не могла знать. Ее не видел даже мистер Шэн. Тогда что? Я прислушалась к звукам снаружи. Сопровождавшие карету стражники о чем-то переговаривались.

Заскрежетали ворота, карета проехала еще несколько метров и остановилась. Сердце забилось чаще. Один из стражников распахнул дверь и заглянул внутрь.

— Выходите, — обратился он ко мне.

Сопротивляться было бессмысленно. От вооруженной стражи я точно не сбегу. Я вылезла наружу и тут же накинулась на гвардейца.

— Соизвольте объясниться! Если я нарушила какой-то закон, то я хотя бы имею право знать какой!

— Отставить разговоры, — оборвал меня стражник, — ведите ее в камеру.

— Мешок внутри, — сказал извозчик.

Один из гвардейцев взял меня за локоть и повел к зданию с круглой башней, черневшему впереди. Даже с виду тюрьма навевала ужас.

Мешок? Кучер говорил про мешок с сырьем? Я обернулась и увидела, как его вытащили из кареты. Чем им не угодил порошок для изготовления лекарств? Неужели я здесь из-за него?

— Что? Что это значит? Почему вы меня арестовали? — обратилась я к стражнику, который меня вел. — Вы что глухой? Кто-нибудь объяснит мне, за что я здесь оказалась? Вы просто похищаете девушку посреди улицы и заточаете ее в тюрьму? На каких основаниях?

Гвардеец не ответил. Видимо в его компетенции было лишь довести меня до камеры, где я вскоре и очутилась.

Сырая, каменная комнатушка с железной кроватью. На полу — ржавая миска, кружка и ночной горшок. Через маленькое решетчатое окно внутрь проникал лунный свет. Дверь за стражником закрылась, и я осталась в камере одна.

Мысли роились в голове. Я стояла посредине комнаты, не шевелясь. Мне до сих пор не верилось, что я оказалась в городской тюрьме. Кто меня подставил? Леди Харт? Прознала, что в аптеке находятся запрещенные вещества и донесла стражникам? Или кучер проявил доблесть перед законом? Я перевязывала мешок перед ним, чтобы порошок не рассыпался во время поездки. Я задремала и не видела, как он сделал знак гвардейцам.

Как бы там ни было, в итоге я оказалась в тюрьме, а в подвале аптеки стояли еще четыре полных мешка с запрещенным сырьем. Наверняка, там проведут обыск.

Я присела на край кровати и закрыла лицо руками. По незнанию и по собственной беспечности я снова влипла в историю, которая грозила мне, как минимум штрафом, если не тюремным заключением на долгий срок. Что мне стоило показать порошок Чандлеру в первый же вечер, как я его обнаружила?

И как я теперь могла мечтать о том, чтобы привлечь в аптеку посетителей? На мне теперь будет клеймо преступницы. А уж об этом будут помнить гораздо дольше, чем о том, что я имела отношение к лекарству от Южного мора. Наверное, знак королевского отличия аптека потеряет… И вряд ли я смогу взять кредит…

Чем больше я думала о последствиях заключения, тем сильнее меня охватывало отчаяние. Слезы выступили на глазах, и только мысль о том, что следователь (или тот, кто здесь выступал в роли обвинителя) мог зайти в камеру в любой момент, останавливала меня от того, чтобы разрыдаться.

Я не знала, сколько я так просидела, но, в конце концов, усталость и нервы взяли свое. Я прилегла, завернулась в шаль и забылась коротким тревожным сном.

Разбудило меня касание до руки чего-то прохладного, с ворсинками. Ай!

Я вскочила с кровати и увидела, как по полу пробежала жирная крыса. Такое у меня теперь было соседство.