Ровно в два я стояла на крыльце аптеки в платье, которое после того, как над ним поколдовала Ноэль, выглядело как новенькое. Тряпичные лепестки броши в виде чайной розы щекотали подбородок. Волосы я убрала в высокую прическу и украсила голову аккуратной диадемой с жемчугом. Скрыла бледность от волнения под небольшим количеством румян. Подвела глаза и накрасила губы нежно-розовой помадой.

Рядом со мной переминались с ноги на ногу Чандлер и Тор и так же напряженно вглядывались в даль.

На подъездной дорожке показался первый экипаж, из которого вышли две шикарно одетые дамы. Они раскрыли кружевные зонтики и направились к аптеке. Я спустилась им навстречу.

— Добрый день, леди! — поприветствовала я первых гостей. — Не угодно ли выпить охлаждающего лимонада в тени, пока еще не все собрались? Позвольте представиться, я леди Беверли, владелица новой аптеки.

Идея посидеть в тени пришлась дамам по вкусу. Официанты тут же поднесли им напитки, зазвучала арфа. А я уже шла встречать следующий экипаж.

Гости продолжали прибывать. Я полностью растворилась в роскошных нарядах, улыбках, ароматах парфюма. Ровно в половину третьего произнесла приветственную речь и представила «Рефинум экстра», на который все тут же бросились оформлять заказы. В этом мне помогала Китси, которая на один день закрыла аптеку на улице Лланвайер.

Чандлер и студенты знакомили гостей с лекарствами и снадобьями. Тор развлекал мастер-классом. Я лавировала среди гостей, отвечая на многочисленные вопросы и помогая с выбором.

Вглядываясь в лица людей, искала глазами Коннингтона. Советник не мог не знать, что открытие сегодня. Но, кажется, не спешил появляться. Я вышла в сад проверить, как чувствовали себя гости за столиками, и остановилась рядом с тремя дамами, делящимися впечатлениями от мастер-класса.

— Какой вы выбрали аромат, леди Амалия? Я лично обожаю лаванду? — обратилась одна из женщин к соседке.

— Ах, для меня лавандовый запах слишком тяжелый. Я предпочла более свежий, цитрусовый.

— Как прекрасно все организовано! — подключилась к обсуждению третья дама. — И какой широкий выбор снадобий и лекарств. Говорят, что этот Рефинум — настоящее чудо!

— Ах, вот и леди Гермина! Как всегда, опоздала!

Я посмотрела на дорожку и увидела спешащую к столику изящную женщину в прекрасном голубом платье и маленькой шляпке, украшенной живыми цветами. В руках у нее был кружевной зонтик, который она, кажется, забыла раскрыть.

— Вы слышали новости? — набросилась дама на подруг, даже не поздоровавшись. — Советник Коннингтон дрался на дуэли с кузеном короля, повесой Редгрейвом! И получил смертельные ранения!

Стакан с лимонадом, который я держала в руке, разбился вдребезги. Ноги стали ватными, по спине пробежала дрожь. Дамы заахали и заохали. Никто из них не ожидал, что праздник будет омрачен такими новостями.

— Что… что вы сказали? — обратилась я к даме в голубом платье.

— Да, при смерти, — подтвердила она, усаживаясь за стол с явным намерением обсудить случившееся, — мне сказала фрейлина королевы. Дуэль состоялась сегодня утром. Причина, конечно же, неизвестна, но я лично уверена, что здесь замешана дама. Иначе с чего бы советник Коннингтон стал стреляться? Он человек с холодным рассудком и большими связями при дворе. Насколько мне известно, никаких общих дел у него с Редгрейвом никогда не было и быть не могло!

— Для меня советник всегда был загадкой, — подключилась к разговору леди Амалия, — держался особняком на светских мероприятиях. Я считала его снобом. Но смерть… в таком молодом возрасте… как это печально.

— Редгрейв только и умеет, что бегать за слабым полом, стрелять и кутить. Наверное, в стрельбе ему нет равных.

— Ах, леди Гермина, вы уверены, что нет никакой надежды? Повторите в точности, что сказала ваша знакомая фрейлина!

— К советнику вызвали лекаря на поле Меркурия. Побоялись, что он не выдержит дороги. Король рвет и мечет, так как не знает, кем теперь заменить Коннингтона. Обещался даже запретить дуэли законом. В общем, во дворце переполох. Поговаривают, что Редгрейва ждет ссылка, так как он и без того наворотил дел, а теперь еще и дуэль.

Голоса дам пробивались ко мне, словно из густого тумана. Переполох? Ссылка повесы-лорда? Дуэли? Какое все это имело значение, когда речь шла о человеческой жизни? О жизни Эддарда!

Во рту пересохло. К нам подошел официант с напитками, и я залпом выпила стакан воды, пытаясь собрать мысли воедино. Чувства было собирать бессмысленно. Они разбились вдребезги, как и фужер с лимонадом. Онемевшими пальцами я схватилась за спинку стула, на котором сидела леди Амалия.

— Леди Беверли, как вы себя чувствуете? Вы очень бледны, — проговорила одна из женщин.

— Где находится поле Меркурия? — почти шепотом спросила я.

Дамы с удивлением на меня посмотрели.

— Севернее от стены, окружающей королевский дворец, — наконец, ответила Гермина.

— Прошу меня извинить, — проговорила я и направилась в аптеку.

Отыскала среди гостей Чандлера, который тут же набросился на меня с вопросами о моем самочувствии.

— Господин Чандлер, вам придется завершить мероприятие без меня. Вы знаете, что делать.

— Леди Беверли, что с вами? Куда вы? Почему вы плачете?

Я не ответила ни на один вопрос старика, вышла из дома, поймала экипаж, которых сегодня здесь было в достатке, и, только оказавшись одна в карете, дала волю чувствам.

А если я не успею? Если уже не застану Эддарда в живых? Эта мысль страхом сковала сердце. Слезы текли по щекам. Впервые в жизни я ощущала собственное бессилие. Я и верила, и не верила в то, что говорила дама. Неужели не было надежды на спасение? А как же чары Великих Магов? Все эти пещеры и кристаллы, на силу которых я, сама того не замечая, вдруг стала полагаться.

— Сила Великих Магов, — произнесла я вслух, захлебываясь в слезах и вытирая нос рукавом платья (как-то не рассчитывала сегодня получить известие о смерти возлюбленного, поэтому не озаботилась наличием носового платка в сумочке).

Я уставилась на прабабкин перстень. Так и не придумала, куда его спрятать, поэтому носила на пальце. То, что могло спасти Эддарда, находилось у меня! Теперь я знала, что делать!

Я утерла слезы и крикнула кучеру, чтобы ехал быстрее. Вряд ли чудодейственная амброзия способна вернуть ему жизнь, но вот не позволить советнику умереть было вполне в ее силах. Если, конечно, жидкость в кольце имела какие-то лечебные свойства. У меня же так и не нашлось времени ее изучить.

Мне не сиделось на месте. Казалось, что карета ехала слишком медленно, а пейзаж за окном словно застыл на одной точке.

— Быстрее! Прошу! — вновь крикнула я кучеру.

Наконец, впереди замаячила охранная стена. Экипаж свернул севернее, миновал платановую аллею и остановился возле других карет. Перед моими глазами раскинулось большое зеленое поле с красивым пышным деревом посередине. Там и было скопление люди.

Я чуть ли не на ходу распахнула дверь, и не успела карета затормозить, соскочила с высокой подножки. Быстро рассчиталась с извозчиком, подобрала неудобную юбку и побежала к дереву.

Первый, кого я встретила, был Редгрейв, шедший мне навстречу с довольной ухмылкой на тонких губах. Завидев меня, лорд остановился в изумлении, но быстро собрался.

— Твоему любовнику уже ничего не поможет, — крикнул он мне вслед (так как останавливаться и вести с ним беседу я не собиралась), — а до тебя я еще доберусь.

— Пошел ты! — мне уже было не до светских приличий.

Чуть не упала, споткнувшись о кочку. Почувствовала боль в лодыжке, но продолжала бежать. Главным было не дать Эддарду умереть, а для всего остального у меня были необходимые снадобья.

Запыхавшись, я остановилась возле группы мужчин, которые толпились вокруг лежащего на траве Коннингтона.

— Пуля задела легкое, — услышала я голос старичка-лекаря. — Жить ему осталось…

— Пропустите, пожалуйста, пропустите, — воскликнула я и пробралась к советнику.