Знаете, как это бывает: люди годами встречаются, живут вместе, а замуж деву так и не зовут. Вот и я думала, что я из тех самых, кто в итоге навсегда останется одна. Нет, бывают, конечно, смелые девушки, которые сами намекают, но мы же знаем, как мужчины нас «понимают». Им же надо сначала сказать прямо, потом — громче, затем повторять каждый день, а в финале всё равно пойти и нарисовать плакат, где всё будет чёрным по белому написано. И всё! Считай, готово. Вот тогда и можно робко надеяться, что он, возможно, что-то понял.

А мне вот повезло. Да! Я ведь всерьёз полагала, что остаток жизни проведу за спицами и кастрюлями. Буду вязать, жарить пирожки, лабать на фоно менуэт (прости господи), грызть зубочистки у экрана ТВ и материться на героев сериалов, излучая при этом полнейшее умиротворение. Ну, это я так, от нервов шучу, конечно. Мне ещё никто ствол у виска не держит. Но нормальной я бы бабкой была, уверена.

— О чём задумалась? — Киллиан подошёл сзади и мягко обнял меня за талию, уткнувшись подбородком в плечо. От его близости по коже привычно побежали мурашки.

— Да так... о старости, — я привалилась спиной к его груди, прикрыв глаза от удовольствия.

— Ещё рановато о ней думать, — он тихо рассмеялся, и я почувствовала вибрацию его голоса всем телом.

— Кто бы говорил! — я обернулась в его руках и шутливо ткнула пальцем в его нос.

— Да хватит уже мой возраст вспоминать! — Киллиан поймал мою руку и запечатлел на ладони невесомый поцелуй, от которого внутри всё сладко сжалось.

— Я ещё ого-го сколько проживу. Особенно теперь, когда мне есть ради кого.

— Твои слова да богине в уши! — я улыбнулась, заворожённо глядя в его потеплевшие глаза. — Ну что, мой герой? Пойдём поговорим с Крамсом?

— С Крамсом? — Киллиан удивлённо приподнял бровь, не спеша меня выпускать.

— Ну да. Я что, тебе не сказала? Он разумный. И, между прочим, очень даже вежливый, если его подкупить шоколадом. Это ведь он подсказал погрузить тебя в озеро. Кстати! А оно что, волшебное?

Киллиан на мгновение задумался, глядя на мерцающую гладь воды.

— Было у нас подобное озеро в Светлой империи... — его голос стал серьёзным, в нём промелькнула тень былого величия. — Только оно высохло много столетий назад. Считалось, что его воды даруют жизнь.

— Ну, видимо, когда у вас произошли катаклизмы, тектонические плиты разошлись и поменяли подземный рельеф. Вот его внутренние воды снова и поднялись на поверхность.

Киллиан замер и посмотрел на меня с таким нескрываемым восхищением, будто я только что сотворила чудо покруче золотых нитей:

— Ты сейчас столько слов мне незнакомых сказала… Рина, ваша планета, видимо, не только технически развита — вы владеете какими-то запредельными знаниями о сути мира.

— Ну, на самом деле я много чего не знаю, — я немного смутилась под его пылким взглядом. — Так, в школе кое-что по верхам изучали.

— Ничего себе! У вас такое преподают ещё детям в школах? — он покачал головой.

— Да. Конечно, всё довольно поверхностно, а в университетах знания дают намного глубже.

— Хотел бы я побывать в твоём мире... просто чтобы увидеть, как ты там жила.

— В этом лучше! Здесь есть магия. И здесь есть ты. Ну что, пойдём к Крамсу? Он просил выйти «пообщаться».

— Вот, — Крамс ткнул когтем в карту. — Я думаю, вам нужно именно это место.

— Почему ты так считаешь? — уточнил Киллиан.

— Потому что оно единственное из всех уцелело.

— Так храм цел?

— Ну, не совсем, всё-таки столько лет стоит… Но выглядит вполне прилично.

Новость нас обрадовала. Теперь не придётся лишний раз таскаться по зарослям, ведь именно этот храм по плану мы собирались посетить в последнюю очередь.

— Почему вы никогда не общались с людьми? — полюбопытствовала я.

— Потому что вы, глупые людишки, всегда нападали или орали как ненормальные при виде нас, — Крамс фыркнул, выпустив облачко дыма. — А вчера мне стало интересно… Давно тут не было разумных существ. Да и конфеты эти ваши оказались довольно вкусными.

— А вот за МОИ конфеты я тебе ещё припомню! — всё никак не мог успокоиться Шанти.

— Угомонись уже, а то точно больше их не увидишь! — пригрозила я коту.

Киллиан вежливо попрощался с монстром:

— Крамс, спасибо за беседу и помощь. Надеюсь, ещё увидимся. Ну что? Тогда выдвигаемся?

Да-а, когда-то я представляла себе, что на следующий день после первого секса буду сидеть на своей террасе среди роз и гортензий, в шёлковом халате, с фужером холодного шампанского в руке и буду мило улыбаться соседям с выражением полного удовлетворения на лице… А на самом деле я прусь по ухабам в кожаных штанах и грубых ботинках, чтобы спасти этот мир.

Шанти всю дорогу канючил о несправедливости жизни. Мне казалось, что от его нытья у меня на сердце скоро рубец образуется в палец толщиной и на глазах поседеют волосы. Честное слово, ещё чуть - чуть и прямо на ходу, я начну капать себе корвалол. Капель пятьсот. И не в фужер, а в походную железную кружку. Другой-то нет.

— Ты как себя чувствуешь? — Киллиан придержал ветку, пропуская меня вперёд.

— Всё хорошо, но если Шанти не заткнётся, я его точно прибью.

— Мы почти дошли. Потерпишь ещё немного? — он ободряюще улыбнулся, и я в очередной раз отметила его ямочки.

— Я только и держусь на мысли, что скоро всё закончится и я буду дома... — я замерла. — Кажется, я вижу ступени. И колонны. Это точно храм Богини.

— Ну неужели! Мяу. Я так устал. Бедные мои лапки... — привычно затянул кот.

— Если ты скажешь ещё хоть слово, я тебя оставлю здесь!

— Приношу свои извинения! Молчу! — Шанти вдруг выдал такую галантную тираду, что я чуть не споткнулась. Похоже, до него наконец дошло, что я на пределе.

— Кто -кто, а Шанти сегодня выигрывает золотую звезду в хит-параде по занудству! — громко объявила я, перешагивая через очередной обломок колонны. — Уверена, даже при награждении он бы ещё ворчал, что медаль недостаточно шоколадная, а пьедестал слишком жёсткий для его «бедных лапок».

Шанти только демонстративно фыркнул и отвернулся, всем своим видом показывая, как он оскорблён в лучших чувствах. Я же покосилась на Киллиана, который едва сдерживал смех.

— Я вообще святая женщина, раз до сих пор не пустила его на воротник, — проворчала я, вытирая пот со лба. — Слушай, Киллиан, а что там полагается за вредность у вас в мире? Молоко? Дополнительный отпуск? Льготы на валерьянку?

— У нас нет такой опции, — улыбнулся он, придерживая меня за локоть на скользких камнях.

— Жаль, — вздохнула я. — Очень жаль. Я бы сейчас от пары литров молока «за вредность» точно не отказалась. Причём исключительно для собственного успокоения, а не для этого хвостатого критика.

- Жадина.- выдал мой «сын».

Мы шли по руинам когда-то великолепного храмового комплекса. Былое величие проглядывало во всём: в многочисленных поломанных ступенях, обломках колонн и полуразрушенных статуях. Посреди всего этого запустения стояло здание, сильно заросшее, но всё ещё сохранившее свой остов.

— Этот храм стоял недалеко от дворца. Я хорошо его помню, — Киллиан махнул рукой в сторону нескольких разрушенных стен.

— Нужно пройти через этот проход. Видишь за ним здание? Там при входе должны быть статуи двух дев, насколько я помню. Пройдём мимо них вверх по ступеням — там и будет главный зал.

Мы прошли мимо статуй, и я замерла как вкопанная.

— А это ещё что такое? — я во все глаза смотрела на полуразрушенные стены… кхм… храма и никак не могла взять в толк, что же за вера такая была в Светлой империи. — Это и есть храм богини Авы? Интересненько…

Стены были снизу доверху унизаны фигурами, выточенными из когда-то белого камня. Работа потрясающая, мастер однозначно вложил душу… А если вспомнить, что это ваяли минимум восемьсот лет назад, так вообще челюсть отвисает. У нас что в это время было? Предки в полуземлянках жили, в лучшем случае — в деревянных избах, и бегали голозадыми, рассекая прерии?