Но это было только началом ощущения беды. Следовало проверить ещё кое-что не менее важное… Мне было стыдно делать это при Николасе, но он и так уже видел достаточно, чтобы можно было от него скрыть хоть что-то ещё.

Я замерла, ощущая, как кровь приливает к щекам. Внутри все сжалось от дурного предчувствия. Медленно, почти боясь подтвердить свои подозрения, я провела рукой по промежности - пальцы встретили липкую влагу и легкую болезненность при прикосновении.

Сердце бешено застучало, в висках пульсировало. Я коснулась подушечками пальцев нежной кожи чуть глубже, и тело отозвалось глухой болью - не острой, но явной.

Я резко сжала кулак, словно могла стереть это ощущение. Но знание уже проникло под кожу, глубже, чем пальцы. А вместе с тем в голову хлынули яркие и пугающие воспоминания.

Память обрушилась на меня, как удар кинжала в солнечное сплетение. Внезапно я снова ощутила его - его железную хватку на запястьях, его горячее дыхание на губах, его голос, пропитанный темной страстью, который проникал в самое нутро. Ваалант… Ректор Академии Мрака.

Я вскрикнула, когда воспоминание о той боли пронзило меня снова - той невыносимой, раздирающей боли, когда он вошел без предупреждения, без подготовки, без малейшей мысли о моих чувствах. Мои пальцы впились в виски, но кинолента кошмара продолжала крутиться перед глазами.

А после острые как бритва клыки, вонзающиеся в мою шею. Сначала - жгучая боль, потом... о боги, сплошное отчаяние и нежелание бороться от полнейшего бессилия. Медовый привкус крови на языке - его или моей, я уже не различала.

Николас молчал, но в его суженых зрачках читалось то, что он не решался сказать вслух. Этот немой укор: "я же предупреждал".

Но это была ложь. Чистейшая ложь.

Я не хотела этого. Ни прикосновений Вааланта, ни единого его поцелуя. Я лишь... позволила себя обмануть, пытаясь спасти собственную жизнь.

А он взял все остальное без спроса.

- Я вспомнила, - произнесла я заплетающимся языком, словно оправдываясь. - Он... пил меня, - мой голос звучал чужим, а пальцы дрожали, касаясь двух едва затянувшихся ранок на шее. Кожа вокруг них все еще пылала, будто помеченная каленым железом. – И… он…

Слова застряли в горле, перекрытые волной жгучего стыда.

Николас поднялся резким движением, вода хлынула на кафель серебристыми брызгами.

- Росали, - его голос, обычно такой игривый, теперь звучал непривычно серьезно, - дыши. Просто дыши.

Но мои легкие отказались слушаться. Воздух не поступал, застряв где-то в сжавшемся горле, а вместо него наружу вырывался только сдавленный свист.

Потому что теперь я понимала всю глубину произошедшего. Это было не просто лишение меня невинности против моей воли. Это было нечто более ужасное, отпечаток, что навсегда останется на мне.

Когда я обнаружила себя рыдающей в объятиях Николаса, то нисколько не удивилась этому. Парень прижимал меня, обнажённую, к своему такому же обнажённому телу, и со стороны нас, наверное, можно было принять за парочку, устроившую бурное примирение. Я знала, что поступаю неправильно, но мне нужно сейчас было почувствовать чьё-то участие, тепло, нужность, а потому не стала сопротивляться, когда губы Кота накрыли мои, залепив стоны жарким поцелуем. И это было ещё одной моей роковой ошибкой, потому как в этот момент дверь в ванную комнату с треском распахнулась, явив нашему взору взволнованного Себастьяна.

Повисла неловкая пауза. Я была не в том состоянии, чтобы здраво оценивать ситуацию, и всё же разочарование, скользнувшее в глазах Волка, не заметить было просто невозможно.

- Росали… - произнёс он одними губами, и я почувствовала, что причинила ему боль. Конечно, между мной и Николасом по-прежнему ничего не было, но то, что Себастьян увидел собственными глазами, свидетельствовало об обратном.

- Неловко получилось, - смущённо усмехнулся Ник, бережно отодвинув меня от себя, словно это могло хоть что-то исправить. – Себ, ты только не подумай, это был просто порыв и…

- Замолчи! – рыкнул на него Волк, и я видела, как яростно потемнели его глаза. – Я смотрю, ты опять взялся за старое…

- Нет! – попытался отшутиться Кот в свойственной ему манере. – Мы просто разговаривали, а потом…

Себастьян его не дослушал. Зарычав, он бросился на Николаса, в прыжке обращаясь в настоящего волка! Красочное и одновременно ужасающее действо, но я знала, чем оно могло закончиться. А потому, не сдержавшись, закричала во весь голос.

Однако ни тот, ни другой не отреагировали на это. Николас, зашипев, тоже стал котом в прямом смысле этого слова, и волк, что пытался сбить с ног человека, просто проскочил мимо, не причинив тому вреда.

Но ведь это было только начало. Волк и кот сцепились не на жизнь, а на смерть, у каждого из них было своё преимущество – Николас был более ловок, Себастьян – более силён, а мне ничего не оставалось, как смотреть на их схватку растерянным взором, не зная, что мне предпринять в такой ситуации, в которой я сама была виновата.

Но вот, кот, устав сражаться, в какой-то момент подпрыгнул высоко над ванной, а после, нырнув в неё с головой, исчез из виду, и как бы Себастьян не бил волчьими лапами по воде, того уже и след простыл. Вероятно, фамильяр Вааланта воспользовался водным порталом, если такое было возможно. Но иного объяснения его исчезновения у меня просто не было.

Подождав ещё немного в бессильной ярости, Себастьян вернул себе человеческий вид и теперь была моя очередь отвечать за содеянное. Я ждала этого мига молча, словно затравленный зверь, понимая, что заслужила порицания, хотя мы и не были парой. Но я не раз давала ему надежду на более близкие отношения, и даже то, что со мной произошло, оправданием служить не могло.

Но Себастьян, как бы не злился, всё же не нашёл слов, чтобы высказать мне пару ласковых, хотя несколько раз порывался. А после он махнул рукой и заговорил совсем о другом, но я понимала, что после увиденного им поцелуя, между нами уже выросла стена недоверия и недопонимания.

- Что он сказал тебе? – спросил тихо Волк поникшим, совершенно пустым голосом, от которого сердце моё сжалось в груди.

- Всё… Про то, что со мной произошло. И про того, кто это сделал… Себастьян! Прости, я не знаю, что на меня нашло… С Ником… это и впрямь произошло случайно. Я… не хотела…

Знаю, что сейчас была тема поважнее, и всё же не удержалась от извинений. Зубы Волк скрипнули, я знаю, что он всё слышал, но вот реагировать по-прежнему не собирался.

- Ты знаешь, зачем Ваалант сотворил со мной такое? – спросила я, просто желая услышать голос Волка, а заодно получить ответ хотя бы на этот вопрос.

- Да, - Себастьян даже не смотрел в мою сторону. Неужели я стала ему настолько противна? – Он не просто надругался над твоим телом, причём дважды. Понимаешь, быть вампиром – это… как проклятие. Мы все, Тени, живущие в Дарксиле, проходим инициацию. И каждый из нас после неё становиться полноценным представителем своего вида. Это нечто вроде ритуала, не имеющего ничего общего с насилием, уж тем более с физическим. С вампирами иначе… Они не способны к размножению, потому что, по сути, тело их мертво. Да, они так же дышат, едят и пьют, и сердце их бьётся нисколько не тише, но…

- Но?.. – я слушала его, затаив дыхание, потому что всё это касалось меня напрямую.

- Но дело даже не в том, что ты стала живым мертвецом…

А Себастьян пугал меня всё больше и больше. Но на этот раз я не стала торопить его, дав собраться с мыслями.

- Твой отец, Росали, был Королем этого мира, - продолжил Волк тогда. - Всё, что мы рассказали тебе тогда на смотровой площадке, было исключительной правдой. Твой отец, как и твоя мать, обладали могущественной силой и были тёмными колдунами – не в плохом смысле этого слова. Конечно, магия, царящая в Дарксиле, своеобразна и порой жестока. Но она является частью и даже основой этого мира. Без неё бы он просто не существовал. И ты должна была стать великой колдуньей, способной навести здесь порядок, ибо после смерти твоих родителей хаос стал нормой нашего мира. Король не зря спрятал тебя совершено в другом измерении, ведь он хотел, чтобы ты выросла и, пройдя инициацию, обрела всё то, что было сокрыто в твоих генах. Мы как раз подыскивали колдуна или колдунью, способных сделать это. Сила такой мощи могла совершить переворот, свергнув Вааланта с незаконно занимаемого им места в жизни Дарксила, и дать шанс всем с ним не согласным самим выбирать, что хорошо, а что плохо для нас…