— Чего тебе? — спрашиваю, когда он останавливается в паре шагов.

— Я хочу поговорить, — его голос тихий, почти примирительный.

— А я сказал, что нам не о чем разговаривать.

— Послушай меня, — он подходит ближе, смотрит в глаза. — Я твой отец, и ты обязан...

— Я тебе ничем не обязан, — перебиваю его. — Ты чуть не запорол мою жизнь. И теперь пришёл сюда, чтобы что? Требовать, чтобы я вернулся к тебе? Чтобы согласился жить с твоей бабой? Не дождёшься. Я не вернусь. И можешь не просить.

— Артём, — он пытается взять меня за плечо, но я отшатываюсь. — Мы еще можем оспорить решение суда.

— Руки убери, — рычу я.

— Если дело в том, что я не забрал тебя из участка…, — он запинается, ищет слова. — Я просто хотел, чтобы ты научился жить самостоятельно. Чтобы стал взрослым.

— Именно этим я сейчас и занимаюсь, — говорю, чувствуя, как внутри все закипает. — Я учусь жить самостоятельно. Но не для себя одного, как делал всё это время ты. А для мамы. Ты хоть думал о том, сколько всего она сделала для тебя? Для нас? Смотрел на всё, что она делает, не как на должное, а как на то, что она делает ради нашего благополучия?

Он молчит. Смотрит на меня, словно я говорю на другом языке. И молчит! Ни слова оправдания, ни слова признания. Просто стоит, смотрит.

— А я вот посмотрел, — продолжаю, и голос срывается. — Да, она себя на кон готова положить, чтобы только мы были счастливы. А ты повёл себя как последний урод. Плюнул ей в лицо и размазал. Но я не пойду по твоим стопам. Мне хватило ума осознать, кто есть кто. И теперь я не ошибусь. Я останусь с мамой. И если ты будешь являться к нам на порог, то в следующий раз я лично тебя выставлю.

— Артём, послушай…, — начинает он, но в голосе нет уверенности. Словно он сам не знает, что сказать.

— Я не собираюсь тебя слушать, — обрываю его. — Убирайся из нашей жизни. Иди к той, которую так хотел, что аж ребёнка ей заделал. А мы справимся без тебя. И больше не появляйся мне на глаза. Я не хочу тебя знать.

Я разворачиваюсь и ухожу. Не бегу, не смотрю назад. Иду быстро, широкими шагами. Слышу, как он окликает меня, но не оборачиваюсь. Не хочу. Не могу.

На душе тяжело и пусто одновременно. Я только что отрёкся от отца. От человека, который был для меня всем. Но он сам выбрал этот путь. Он сам сделал выбор.

Я выхожу за ворота стадиона, достаю телефон. Набираю маму. Она отвечает после первого гудка.

— Артём? Ты как? — в её голосе тревога.

— Мам, — говорю, и голос срывается. — Я сделал всё, что мог и... тренер взял меня обратно, — выкрикиваю я, не в силах сдерживать эмоции. — Завтра тренировка с командой.

— Молодец, — она выдыхает, и я слышу, как она улыбается. — Я знала, что ты справишься.

— Мам, — снова говорю я. — Я сейчас домой иду. Можешь подогреть покушать?

— Конечно, — отвечает она.

— Спасибо, мам. Ты лучшая.

Я иду по улице, и внутри постепенно отпускает. Впереди новый день. Новая тренировка. Новая жизнь. Без него. С мамой. С теми, кому я действительно нужен.

Глава 45

Алиса

Сижу на работе. Очередной клиент только что покинул мой кабинет, оставив после себя тишину и лёгкий аромат духов. Я откидываюсь в кресле, закрываю глаза. Дышится легко и свободно.

Это странное, почти забытое чувство. Никакого давления, никакой тяжести в груди. И Максим... он странным образом не попадается мне на глаза. Ни звонков, ни сообщений, ни случайных встреч. Как будто он растворился. Исчез. Может, наконец-то понял, что ему здесь не рады.

Дверь открывается. На пороге стоит Катя. Смотрит на меня с прищуром, руки в боки.

— Ну и почему мы всё ещё не в кафе?

Смотрю на часы. Обед давно закончился. Перевожу взгляд на неё, не понимая о чем она говорит.

— Не поняла, о чём ты.

— В смысле о чём? — она заходит, садится на стул напротив. — Ты вообще-то уже развелась как две недели назад, а мы всё ещё не отметили.

— Почти три, — улыбаясь, поправляю её.

— А я о чём говорю? Где банкет?

— Так вроде же собирались после раздела имущества, — пожимаю плечами.

— Ну это же ждать надо, — она качает головой. — До завтра.

Я чувствую легкое напряжение. Самый гадкий момент в этом всём — раздел имущества. Последняя битва.

— Ну вот, — Катя встаёт. — Значит, надо сходить и немного расслабиться, прежде чем делить имущество. Так как насчет ужина?

— Ладно, — сдаюсь я. — Уговорила. Сейчас закончу с последним клиентом и пойдём.

— Договорились. Жду тебя.

— А у тебя уже всё на сегодня? — спрашиваю я.

— Да, — она улыбается. — Я ж не ты. Я не работаю до победного.

— Вот даже не начинай, — вздыхаю я. — Мне сыну на сборы деньги нужны. И я вообще-то жить хочу, а не выживать.

— Да ладно, — Катя поднимает руки. — Я тебя не осуждаю. С подростками нелегко.

— Вот именно.

— Всё, жду тебя.

Она закрывает дверь, и в ту же секунду заходит мой следующий клиент. Молодая девушка, лет двадцати пяти. Глаза красные, в руках она сжимает платок.

— Добрый день, Алиса Семёновна, — тихо говорит она.

— Добрый день, — киваю я. — Присаживайтесь.

Сеанс проходит на одном дыхании. Я так погружаюсь в проблемы девушки напротив, в её боль, в её страхи, что не замечаю, как истекает время. Она рассказывает о разрыве с молодым человеком, о том, что чувствует себя ненужной, брошенной. Я слушаю, задаю вопросы, подвожу к выводам. Её слёзы постепенно высыхают, плечи расправляются.

— До следующего раза, — она поднимается. — Спасибо, что выслушали.

— Вам скоро обязательно станет легче, — говорю я, провожая её до двери. — Вы сильнее, чем думаете.

Она уходит. В коридоре уже стоит Катя, прислонившись к стене. Нервно постукивает носком туфли по полу. Увидев меня, улыбается.

— Ну наконец-то!

— Кать, ты как ребёнок, — смеюсь я. — Не могла подождать?

— А я что по-твоему делала? — она берёт меня под руку. — Поехали, уже сил нет.

Мы выходим на улицу. Садимся в ее машину. Катя за рулем, я на пассажирском. Она болтает без умолку о работе, о своих планах. Я слушаю, киваю, иногда вставляю реплики. За окном проплывают огни вечернего города.

— Куда мы едем? — спрашиваю я.

— Сюрприз, — подмигивает Катя.

Мы паркуемся у ресторана в центре. С виду дорогой, но не пафосный. Катя вылезает из машины, я за ней. Идём ко входу, увлеченно обсуждая, что заказать.

— Да потому что я тебе говорю, что так и должно было быть, — бросает Катя. Я поворачиваюсь к ней и тут же врезаюсь в чье-то крепкое тело.

— Ой, простите, — поднимаю глаза и замираю.

Это он. Тот самый мужчина из бара. С которым я танцевала. Артур, кажется.

Он смотрит на меня секунду, и кажется сразу узнаёт.

— О, это вы, — улыбается он. — Рад вас здесь видеть.

— Благодарю, — улыбаюсь, но выходит как-то натянуто. — А вы здесь какими судьбами? — спрашиваю я.

— У меня тут столик зарезервирован, с другом, — кивает он в сторону зала. — А вы?

— А мы перекусить зашли, — говорю я. — И отметить кое-что важное.

— Ясно, — он открывает передо мной дверь, пропуская внутрь. — Тогда прошу.

— Спасибо, — прохожу внутрь, чувствуя его взгляд на своей спине.

Катя идет рядом, улыбается во весь рот.

— Смотри, — шепчет она мне на ухо. — Сама судьба свела вас снова. А я ведь тебе говорила, что он тот самый.

— Не говори ерунды, — отмахиваюсь я, но внутри что-то ёкает.

За стойкой администратора нас встречает приветливая девушка.

— Здравствуйте, вы резервировали столик? — спрашивает она.

— Нет, — отвечает Катя.

Девушка смотрит в планшет, качает головой.

— Прошу прощения, но сейчас все столики заняты. Ожидание около часа. Будете ждать?

Я поворачиваюсь к Кате.

— Не могла подумать об этом раньше?

— Прости, — виновато пожимает она плечами. — Кто ж знал, что все рванут сюда.

— Простите, — раздаётся за спиной голос. Я оборачиваюсь. Артур стоит рядом. — Вы не против присоединиться к нам?