– Легко сказать, – вздохнул Морозов.

– А что такого? – удивился Ровнин. – Объясни, что после этой операции кучу «висяков» в архив можно будет сдать. Серию с грабежами в пример приведи. Там уже квартир под сорок суммарно выставили. Про шлюх с Тверской расскажи. И среди генералов умные люди встречаются. Такие, до которых достучаться можно.

– Олежка, иной раз упыря легче голыми руками убить, чем до обладателей больших звезд на погонах что‑то донести, – мягко произнесла Павла Никитична. – Даже до таких, которые вроде и не дураки. Подрастешь – поймешь, о чем мы.

– В любом случае без этого никак, – твердо произнес Ровнин. – Чтобы потом вой в главке не поднялся на тему «у нас тут не Чикаго». Или, не дай бог, туда «пепсы» какие‑нибудь со своими «калашами» заявятся в ненужный момент, и какой‑то вурдалак им глотки вырвет. Отписываться же замучаемся. Или, того хуже, они нас сдуру перестреляют…

– Эти могут, – согласился Морозов. – Вот только «пэпсы» с «калашами» – они вообще не по генеральскому профилю проходят. Ладно, разберусь как‑нибудь. Ты другое скажи – к Ленцу сам пойдешь?

– А ты к Ростогцеву? – ответил ему в тон Олег, знавший, что Саша нет‑нет да и общается с князем на взаимовыгодной основе.

– Уел. Тогда к Арвиду я схожу. Мне этот его Себастьян с самого начала не по нраву. Очень гнилой тип. Уверен, на нем крови будь здоров сколько.

– Ну а я тогда Михаила Андреевича навещу, – согласился Олег. – Тем более что Рашида Славян с Васькой никому не уступят. Они скорее меня порешат, чем согласятся к кому‑то другому нагрянуть.

– Думаю, это все надо обсуждать, когда парни в отдел вернутся, – резонно предложила тетя Паша. – Да и я пошла уже. Как выяснилось, у меня кое‑какие дела нарисовались. Саш, ты деньги‑то в сейф убери. Не дело им так на столе лежать.

Отдел в полном составе, за исключением тети Паши, которая как куда‑то уехала, так и не возвратилась, собрался лишь к вечеру. К тому времени Олег успел отксерить большую часть черной записной книжки, которую Морозов извлек‑таки из сейфа, сгонять на Никитскую, чтобы проверить сигнал о том, что на чердаке завелся беспокойный призрак (который на самом деле оказался вовсе никаким не духом, а вполне рассудительным и сговорчивым, но очень вонючим бомжом), и даже пообедать.

Предсказуемо Баженов и Антонов пришли в совершеннейший восторг, когда узнали о предстоящей акции, ну а следом в один голос заявили, что именно они должны Рашиду жало вырвать.

– Жало жалом, но до того другим займетесь, – сообщил им Морозов. – На вас практические моменты. Людей надо будет встретить, приветить, койками обеспечить и так далее. Так что по ходу того, как Олег с Леной будут договариваться с коллегами, станете в гостиницах номера бронировать. Причем всех в одну не стоит определять, ни к чему это. Нашего брата издалека видать, мало ли кто заинтересуется, на кой столько ментов из регионов в столицу понаехало.

– А может, ну эти гостиницы на фиг? – предложил Славян.

– Ты про частный сектор? – уточнил Морозов. – Дороже выйдет. И цены подросли, и за месяц сразу платить надо. Да и не факт, что рядом несколько квартир сразу получится снять. Замучаются люди ездить туда‑сюда.

– Я не про то. Олеж, ты помнишь Кузьму?

– Кузьму? – переспросил Ровнин, а мгновением позже кивнул. – Того, который с рынка?

– Ага. Его же года полтора назад из органов выпнули.

– В самом деле? За что?

– Да они с напарником какого‑то «грача» сильно отметелили в четыре берца за то, что он слишком много на себя брал и русскую речь понимать не хотел. А у того дядя оказался в префектуре… Короче, гнилая история. Так вот он теперь у одного коммерца работает в охране объектов. Тот под шумок себе в середине 90‑х чего только не купил – и пару заводов простаивающих, и речные суда, и даже свалку. А еще бывший пионерский лагерь километрах в двадцати от Москвы. Я к чему – гостей можно в нем расселить.

– Так там, наверное, все уже сгнило давно? – усомнился Морозов. – И электричества нет.

– Все там есть, – заверил его Славян, – и свет, и кровати, и матрасы, и столовая. С охранником, который там живет на постоянке, поговорим, он все приготовит к заезду. И в деревню соседнюю сходит, пару местных баб наймет, чтобы те еду готовили. Тем только в радость будет – работа какая‑никакая, да еще при кухне. Продукты тоже не проблема – мы с Васькой на оптовку метнемся, все завезем – картоху, крупы, масло и далее по списку. Но, конечно, за аренду и работу надо будет денег заслать и коммерцу, и остальным. И немало.

– Все равно лучше выйдет, чем в гостиницы селить, – вставил свои пять копеек Антонов. – А тут все в одном месте и не на виду.

– И нам куда проще, – согласился с ним Морозов. – Не надо будет одно и то же пять‑десять раз в новом месте проговаривать. Сразу все собрались, всё обсудили. Хороший вариант. Даже отличный. Слав, узнай, сколько надо будет заплатить, потом мне скажешь.

– Лады, – кивнул Баженов. – И транспорт. Я сгоняю в один автопарк, там можно «микрики»‑«СПВшки» арендовать недорого. Для акции нам их штук шесть понадобится, не меньше. Ну, если мы хотим одновременно все три клуба накрыть. Не на метро же поедем, верно?

– Верно.

– И два на постоянку арендуем, – добавил Славян. – Людей встретить, то отвезти, это привезти. Народ же из разных городов, плюс кто на поезде приедет, кто на самолете прилетит. Короче – текучка.

– Хорошо.

– Тогда денег дай, – протянул руку Баженов. – Чего тянуть?

– Сначала договорись, а потом деньги, – показал ему кукиш Морозов. – Так, что дальше?

В принципе вопросы были все те же: не возьмут ли отдел после за жабры, кто обзванивать потенциальных союзников станет и самый главный – каким образом такую толпу вурдалаков на фарш месить будем? Обычное серебро их не убивает, крест не пугает, на чеснок они болт класть хотели. Тут что‑то помощнее надо.

Морозов коллег успокоил, сказав, что с пистолетом на танк никто не побежит, а после огласил разбивку по парам, как он выразился, «чтобы вы мне мозг не клевали». Баженову с Антоновым предстояло выпотрошить Рашида, Морозов с Ольгиным отправятся в клуб Ленца, ну а Олег с Веретенниковой в Козихинском переулке станут громить заведение Ростогцева. Если честно, Ровнин очень удивился, узнав, что ему в напарники тетя Паша досталась, но начальник отдела тут же пояснил, что она лично высказала желание поучаствовать в акции, причем именно в связке с ним. Впрочем, Олег ничего против не имел, наоборот, он очень обрадовался, узнав, с кем ему плечом к плечу вурдалаков светит гробить. Это все равно что в советское время кагэбэшнику дать пострелять из личного пистолета Андропова – и приятно, и почетно, и будет после о чем коллегам рассказать.

Кстати, Ростогцев, который был славен своим тщеславием и наносным блеском, и тут всем своим сородичам нос утер. Место под заведение‑то он выбрал ого‑го какое – самое сердце старой Москвы, от Большого Козихинского переулка что до Садового Кольца, что до Тверского бульвара семь‑десять минут пешим ходом. И пять до одного из самых культовых мест столицы – Патриарших прудов. Впрочем, оно и к лучшему. Жилых домов там не так много, а в тех, что есть, отличная звукоизоляция, жильцы выстрелы могут и не услышать. Да и молодежь там особо не встретишь, нечего им там делать. Танцевальных клубов нет, светской жизни тоже, кафе и то – раз‑два и обчелся. По сути, спальный район в центре Москвы, где живут большей частью состоятельные пенсионеры, часть которых у Ростогцева в клубе основной клиентурой и является. Пьют дорогой виски, лакомятся высокой кухней, курят гаванские сигары да ближе к трем ночи смотрят на молодых девчонок, что на пилоне крутятся. Ну а к пяти‑шести утра в заведении кроме своих никого не остается, что отдельским на руку.

И все бы ничего, но в какой‑то момент Ревина, улучив паузу, тихо произнесла:

– А вы уверены, что вообще кто‑то приедет?

– Нет, – подумав, ответил ей Олег. – Но по крайней мере мы будем знать, что все, что могли, сделали.