Наконец, заметив деревянную вывеску, я поспешила к ней. Устала до изнеможения — спотыкалась на каждом шагу и чертыхалась вполголоса.

Здание будто срослось с землёй, напоминая землянку. Стены были обшиты старыми деревянными досками, затянутыми виноградной лозой и покрытыми пылью.

Дубовая дверь скрипнула, когда я подошла ближе. Стоило толкнуть её, как меня окутал тёплый аромат трав, свежего хлеба и молодого вина.

Внутри было тепло, уютно — и неожиданно шумно. Низкий потолок мягко освещался светляками, медленно покачивающимися в углах. Казалось, мебель выросла из самого леса: массивные столы, стулья с резными спинками, в которых так и хотелось утонуть.

За каменной стойкой стояла пожилая женщина с видом скучающего сфинкса. Её седые волосы были собраны в аккуратный пучок, а на плечи был небрежно наброшен шерстяной плед, придающий ей одновременно строгость и домашний уют.

Моё появление мгновенно оживило скучающее лицо хозяйки — она даже выпрямилась. В помещении воцарилась тишина. Мужики дружно грохнули глиняными кружками о столы и неотрывно уставились на меня. Стало не по себе. Мысль о ночёвке под открытым небом вдруг показалась не такой уж плохой.

Я сделала неуверенный шаг, затем ещё один, чемодан жалобно гремел за мной… и тут дорогу перегородил рослый детина с лысой головой.

— Ой, мамочки… — вырвалось шёпотом.

— Ты кто такая? — пробасил великан, нависая надо мной как гора.

Невольно отшатнулась, сердце подскочило к горлу, и в голове тут же зашуршал ехидный внутренний голос: «На улице-то и вправду свежо… и спать никто не мешает!»

Вот тебе и уют!

Но отступать было поздно. Я упрямо отогнала трусливые мысли, расправила плечи и, набрав воздуха в грудь, выпалила:

— Ревизор нагрянул!

Может, и глупо. Но оставалась надежда, что в этой части города Каталину ещё не знают, а ревизора боятся.

Голос у меня, конечно, прозвучал тонко и нервно, но, к удивлению, сработало. Женщина за стойкой, до этого скучающе охранявшая своё место, побледнела и едва слышно охнула. Детина передо мной повторил моё движение и отшатнулся. Ага, значит, страшного зверя по имени «Ревизор» боятся и в этом мире!

Сказала это скорее наугад — чтобы не вышвырнули сразу в ночную прохладу. Но, как выяснилось, мой обман распахнул передо мной все двери.

Кто-то начал перешёптываться, а потом тихонько начали один за другим стали покидать таверны. Ну что ж... домой-то вернутся пораньше, глядишь — и протрезвеют, и с домашними делами помогут. Жёны будут довольны.

А всё благодаря мне, великому и ужасному ревизору!

— Гор! Не стой столбом! Пригласи нашу милую гостью за стол, — гаркнула хозяйка лысому детине, а сама скрылась за боковой дверью, на ходу наводя там порядок.

По звону посуды я догадалась — ушла на кухню.

— Не жалеем мыло! Быстро, лоботрясы! Чтобы, когда я вернулась, всё блестело! И... какого демона ей тут понадобилось?! — донёсся приглушённый, но явственно панический голос.

Я молча направилась туда, куда указал своей огромной лапищей детина. В отличие от остальных посетителей, Гор был трезв как стекло. А с того самого момента, как услышал, что я ревизор, и вовсе начал посматривать на меня с явным ужасом.

— Проходите, мадам, — прошептал он с почтением и нервно смахнул со стола остатки прежнего пиршества.

Я была настолько голодна, что даже не поморщилась при виде оставшихся кусков мяса в густом жирном соусе. Они уныло покачивались в глиняной тарелке, будто осознавали свою неминуемую участь.

— Леди, — с достоинством поправила я, опускаясь на скрипучую скамью.

С трудом удержалась, чтобы не развалиться на ней. За день я так увлеклась исследованием нового мира, что не заметила, как вымоталась. Прошла, наверное, километров двадцать, не меньше. И ещё этот проклятый чемодан…

Ждать долго не пришлось. Хозяйка вернулась довольно быстро — сияя подобострастной улыбкой. Аккуратно поставила передо мной тарелку с аппетитным жареным мясом и буханку хрустящего, ещё тёплого хлеба.

— Госпожа, позвольте угостить вас нашим фирменным блюдом от шефа, — пропела она, потирая руки.

— Так и быть, рискну попробовать, на что способен ваш повар, — снисходительно кивнула, стараясь сохранить лицо.

На самом деле мне хотелось съесть всё сразу, облизать тарелку и попросить добавки… Но я держалась. Леди же.

— Чего встал, дармоед?! — гаркнула хозяйка, хлопнув Гора по плечу грязным полотенцем. — Быстро спускайся в погреб и принеси кувшин холодного молока для нашей гостьи!

Она подтолкнула его в ту самую дверь, из которой только что вышла. М-да… будь я настоящим ревизором, эта мадам лишилась бы своего заведения уже сегодня.

Руки прилипали к столу, а на потолок я старалась даже не глядеть.

Пока наслаждалась горячим ужином, хозяйка устроилась напротив, при этом продолжая бессовестно заискивать:

— К нам так редко заглядывают уважаемые господа… особенно леди… что мы уж и забыли, как с вами обращаться…

Она замялась, но, подбадривая себя, продолжила:

— Прости за прямоту… — вытерла особенно липкое пятно на столе уголком своего фартука, — но… кто пожаловался на меня и мою харчевню?

Я не торопилась с ответом. Приподняла бровь и холодно уставилась на неё, разглядывая, как охотник оценивает добычу. Пусть понервничает. Глядишь, сама назовёт нужного кандидата.

Если хозяйка догадается, что я всё выдумала и просто спугнула её пьяниц… то есть клиентов — вряд ли она будет трогательно заботиться обо мне. Скорее — выкинет на улицу.

— Я хотела спросить, надолго ли вы к нам? — с наигранной учтивостью поинтересовалась она. — Здесь живёт простой люд, без магии. Маги и аристократы давно на нас махнули рукой. Мы — как тот неловкий родственник, про которого вспоминают только тогда, когда совесть проснётся, — усмехнулась дама. — Я, конечно, понимаю, что после войны с демонами наш правитель предпочитает держать древние магические роды поближе… но про нас, простых, будто совсем забыли.

Война с демонами…  Тут же мысленно зацепилась за эту деталь. Кто бы они ни были, звучит так, будто в этом мире не всё спокойно. Ещё один плюсик к моему плану: держаться от академии подальше.

— И вот теперь, когда никому не нужные люди вдруг стали интересны королевским службам, — продолжила хозяйка, — к нам присылают таких, как вы. Так кто вас направил в «Харчевню мамаши Алетты»?

Ага, значит, зовут её Алетта. Имя подходящее. С виду — добродушная тётушка, но под этим пледом явно спрятан характер с кулаками. Лучше не злить.

Встретилась с её цепким, подозрительным взглядом и изобразила искреннее удивление.

— Направили к вам? Разве я говорила такое?

Мой ответ запутал женщину. Алетта откинулась на скамью, нахмурилась и погрузилась в размышления. Ну давай, думай. Чем дольше ты в сомнениях — тем больше у меня времени придумать, как выкрутиться.

Я поняла, что хозяйка не глупа и долго её не обманешь. Скоро она всё сложит в одну картинку, и прощай, крыша над головой.

С этой удручающей перспективой я заработала ложкой быстрее. Мясо хоть и остыло, но шло на ура.

Тонкие пальцы, ухоженные ногти, мягкая кожа — всё во мне выдавало избалованную аристократку, а никак не простую работницу.

По крайней мере — в этом теле. В своей прежней жизни я не чуралась никакой работы. И мыла, и убирала, и кур кормила… а теперь — леди.

Даже с дипломом психолога мне так и не удалось устроиться на должность, которая позволила бы хотя бы просто выживать. Пришлось перебиваться — то кассиром, то официанткой. Но больше всего меня эксплуатировали как девочку на побегушках у любовницы одного очень влиятельного дяди.

Как это часто бывает, у хозяина жизни имелась и личная секретарша… но бедняжка практически не вылезала из-под стола шефа. Все офисные дела и поручения в итоге исполняла я — Наталья Белякова.

Похоже, у кого-то в голове наконец сложился пазл, потому что я услышала резкий, недовольный голос: