Градоначальник засиял улыбкой, от которой мне стало ещё менее приятно, но я решила немного подождать. И правильно! В помощницы нам выделили не одну, а сразу двух женщин — мать и дочь, угодив таким образом и мне, и Гору. Всё бы было просто замечательно, если бы не одно «но»!

С момента той знаменательной поездки прошло два дня. После нескольких перепалок с градоначальником наедине у нас теперь не только две сотрудницы, но и парнишка, готовый выполнять поручения и привезти продукты из города.

Когда в дверь постучала сгорбленная старушка с мешком через плечо, я застыла, недоумевая, что происходит. Но стоило из-за угла появиться юной веснушчатой девчонке лет восемнадцати, как мне стало ясно: местные жители решили подшутить надо мной и прислали тех, кого не жалко.

— Добрый вечер, госпожа! Как было велено, мы явились к вам на службу, — бодро отрапортовала старушка.

В этот момент все приличные слова мгновенно вылетели из моей головы, оставив место лишь растерянности и паре крепких выражений.

Я ведь просила помощницу, которая сможет работать наравне со мной! А тут впору самой ухаживать за моей «помощницей» и в промежутках пытаться воспитывать девчонку.

Что мне теперь с ними делать? В сотый раз за всё время, что я здесь, я подавила всхлип и отступила, пригласив гостей в дом.

Мой пессимизм не разделял только Гор. У парня даже глаза загорелись, когда он заметил конопатую, курносую малышку с двумя жидкими косичками.

«Детишки...» — так и хотелось цокнуть языком.

Распределив гостей на верхнем этаже, я наконец-то смогла спуститься к источнику.

Помню, как у бабушки в деревне люди обустроили что-то вроде зоны отдыха рядом с родником.

Под ивой установили лавочку, а на крючке повесили небольшую жестяную кружку, чтобы каждый мог утолить жажду прохладной водой из родника. Долгое время здесь царил порядок, а вокруг даже высадили цветы. На открытом поле это выглядело невероятно живописно.

Здесь всё оказалось совсем по-другому. Во-первых, из-за магии, которая время от времени потрескивала в воздухе. А во-вторых, потому что я заметила не меньше десятка существ, мгновенно спрятавшихся, едва услышали мои шаги. Увы, это были далеко не рыбы-мутанты.

— Чем дальше, тем занятнее, — пробормотала я себе под нос, усаживаясь на большой валун, покрытый мхом. Когда-то вода, спадающая с водопада, струилась по этим массивным камням, но теперь остались лишь редкие капли, да и те мутно-зеленого оттенка.

Я протянула руку, пытаясь призвать источник, но, как и предполагала, ни одна капля не потянулась к моим пальцам.

— Нет! Так дело не пойдёт! — воскликнула, сбросив балетки и заправив подол юбки за пояс, после чего решительно шагнула в источник. Нужно было как-то обуздать свой дар, а эти бесконечные танцы с бубном уже начинали сводить меня с ума.

— Ай! — вскрикнула, когда острый камешек поцарапал пятку, и тонкая струйка крови тут же растеклась по поверхности воды.

Вздохнув, я сделала ещё шаг, погружаясь глубже. Казалось, что это вовсе не священный источник, а какое-то запущенное болотце. Дойдя до середины водоёма, остановилась. Вода уже доходила до груди, и вдруг мне показалось, что кто-то ущипнул меня за икру. Можно даже сказать, любовно погладил. Как я не заорала в тот момент — сама не понимаю.

Я вздрогнула, но осталась на месте. После нескольких неудачных попыток призвать силу махнула на всё рукой и решила прибегнуть к дедовскому методу — начала вылавливать из воды всё, что там плавало. При любом раскладе тут нужно навести порядок. В итоге это оказались гнилые ветки, мёртвые водоросли и какая-то чёрная жижа.

Так разозлилась на свои неудачи, что даже не заметила, как наступила ночь. Отмахнувшись от Грома привычными фразами, отправила его в дом. Несмотря на усталость, продолжала чистить водоём. То выходила на берег, то опять погружалась. В небе уже ярко сияла полная луна, когда я, совершенно вымотанная, споткнулась и просто не смогла подняться. Силы не то что меня покинули, я была измотана.

Не помню, как добралась до кровати, но точно помню, что, ощупывая рану на пятке, не обнаружила её. Либо мне всё это привиделось, либо источник действительно исцелил меня.

Спала как убитая, но утром меня разбудил грохот на первом этаже и пронзительные голоса. Кажется, это уже становится традицией. Когда-то меня будила бабушка — её забота и любовь были такими тёплыми, что на неё невозможно было обижаться. А здесь... совсем другое дело.

С каждым шагом зверея, я, только в белье, направилась вниз. В этот момент я была готова превратить в лягушку любого, кто осмелился нарушить мой сон. Даже черти, наверное, вели бы себя тише. Спина ныла, ноги гудели после вчерашнего, а Гром, похоже, развлекался, как только мог.

— Что тут опять творится?! — взревела я, выходя на крыльцо.

— Госпожа! Эти дамы крадут наши вёдра! — в отчаянии воскликнул Гром, пытаясь вырвать утварь из зелёных лапок, при этом стараясь не поранить воришек.

— Дамы? — протянула я с явной иронией, сложив руки на груди и уставившись на эту колоритную банду местного разлива.

«Добро пожаловать в наш дурдом!» — именно с такими словами мне захотелось поприветствовать излишне бодрого Данте. Я ещё толком не успела понять, что местные кикиморы задумали, раз так нагло воровали наши вёдра, как на дорожке, ведущей к дому, появился хранитель.

Я заметила его первой, а значит, по всем правилам вежливости мне и следовало бы его поприветствовать. Но не тут-то было! Гор, горя жаждой справедливости, гневно ругал зелёных воришек, которые, в свою очередь, не стеснялись давать отпор. Поэтому переместила свое внимание на самом главном, оставив мужчину без внимания. Как оказалось, это ему не подходило.

— Я уже начинаю привыкать, что вокруг тебя всегда что-то происходит, — вместо приветствия этот нахал выдал очередное своё «остроумное» замечание.

Его прямая осанка и кривая ухмылка окончательно испортили мне настроение. Скривившись, словно от неспелого лимона, я, уловив в воздухе утреннюю влагу, направила руку в сторону спорящих кикимор, призывая стихию.

Магия, подпитанная моим раздражением, сработала безукоризненно. Пять кикимор оказались смыты волной ледяной, но кристально чистой воды.

Шум и перепалка прекратились мгновенно. Наступила оглушительная тишина. Пока я довольствовалась собственной выходкой, все остальные замерли в немом изумлении.

В этой тишине были слышны, как капли воды стекают с чешуйчатых тел кикимор, как Гор пытается отдышаться после шока и как медленно приближался Данте.

— Я попросила вас привести себя в порядок перед тем, как мы сядем за стол переговоров. Видимо, мои слова были восприняты как шутка наивной аристократки? — проигнорировав насмешливый взгляд Данте, я обратилась к «дамам». — А теперь объясните, будьте добры, зачем вам наши вёдра? И почему вы просто не попросили их, как цивилизованные лю… существа? — с трудом удержалась от того, чтобы не шмыгнуть носом.

Утренняя прохлада вместе с недавней ледяной ванной явно не способствовали хорошему самочувствию. К тому же моя белая сорочка насквозь промокла и неприятно прилипла к телу.

Хотя тело Каталины, похоже, привыкло к водной стихии, я сама оказалась жуткой мерзлячкой. А еще в последнее время начала замечать, как некоторые мои привычки из другого мира начинают проявляться и в этом чужом теле. Например, фантомная боль на месте старого ожога, который у Каталины не имелся, всё равно давала о себе знать.

Шок прошел, и началось…

— Да что ты себе позволяешь?! — подала голос самая младшая из кикимор, та, что с крошечным ежиком на голове.

— Избалованная аристократка! Вот ты кто! — топнула ногой другая, и я заметила знакомую синюю блузку на ней, которую, кажется, сама бросала в чемодан.

— Мы здесь жили задолго до тебя и насмотрелись на таких же, как ты! Походишь тут денёк, поохаешь от несправедливости, что приходится чахнуть в этой глуши, пока в столице устраивают балы, а потом бежишь в одну прекрасную ночь! А нам что? Опять прятаться под кустами, как звери?! Нет! Мы не позволим загубить наш дом и единственное, что осталось от живого источника! — старшая из них была самой громкой, та самая, с ракушками в волосах.