— Я здесь родился. Здесь умру, скорее всего. Но домом это место не было никогда. Крепость. Цитадель. Передовой пост. Всё что угодно, только не дом.

— Почему?

Он долго молчал. Я думала, уже не ответит.

— Потому что дом — это там, где тебя ждут, — сказал он тихо. — А здесь меня никто никогда не ждал. Ждали моих решений, моих приказов, моей защиты. Но не меня.

У меня сжалось сердце. Я смотрела на него — на этого сильного, сурового человека, который вдруг оказался таким одиноким.

— А сейчас? — спросила я.

Он поднял на меня глаза. В них не было прежнего льда. Только усталость и, кажется, вопрос.

— Сейчас… не знаю. — Он отвёл взгляд. — Ты странная. Я не понимаю тебя.

— Я тоже себя не всегда понимаю, — призналась я.

Он допил кофе и поставил чашку на столик. Откинулся на подушки, прикрыл глаза.

— Останься, — сказал он вдруг. — Ненадолго.

Я кивнула, хотя он не видел.

— Хорошо.

Мы сидели в тишине. Огонь догорал, ветер выл за окном, но здесь, в этом кабинете, было тепло. И почему-то спокойно.

Я смотрела на него — на этого сложного, сломанного, но не сломленного человека — и думала о том, что Льюис был прав. Он не злой. Просто забывший, как это — быть нужным не за что-то, а просто так.

— Эмили, — позвал он тихо, не открывая глаз.

— Да?

— Спасибо.

Это было всего одно слово. Но я поняла, что оно значит больше, чем все его прежние гневные речи.

— Пожалуйста, Лоренц.

Он чуть заметно улыбнулся — впервые, кажется, с нашего знакомства. Улыбка вышла кривой, почти незаметной, но она была.

Я завернулась в шаль и откинулась на спинку кресла. За окном бушевала ночь, а здесь, у камина, начиналось что-то новое.

Что-то, чему я пока не могла подобрать названия.

Глава 37 Вести с границы

Утро встретило замок хмурым небом и пронизывающим ветром. Я сидела в кабинете герцога, просматривая списки запасов, когда дверь распахнулась без стука.

Льюис влетел внутрь, а за ним — капитан Бардо и Томас. Лица у всех были такие, что я сразу отложила бумаги.

— Лоренц, — сказал Льюис, подходя к кушетке. — Плохие вести.

Герцог, который уже начал понемногу сидеть, опираясь на подушки, напрягся.

— Говори.

— Гонец от восточного дозора. — Бардо шагнул вперёд и положил на столик смятый лист пергамента. — Штауфен собрал войско. Тысяч пять, может больше. Они уже у границы.

Герцог попытался встать, но тут же зашипел от боли и рухнул обратно. Ругань, которую он выдал, заставила бы покраснеть даже бывалых солдат.

— Чёрт! — Он сжал кулаки, глядя в потолок. — Сейчас, когда я даже меч поднять не могу…

— Лоренц, — Льюис положил руку ему на плечо. — Ты не один.

Герцог перевёл тяжёлый взгляд на меня. Я молчала, но внутри уже прокручивала варианты.

— Сколько у нас времени? — спросила я у Бардо.

— Неделя, может, чуть больше. Они ещё стягивают силы, ждут подкрепления. Но если двинутся быстро — дня через три-четыре будут у стен.

— Значит, у нас есть неделя, — сказала я твёрдо. — Используем её.

Все посмотрели на меня. Даже герцог приподнял бровь.

— Что ты предлагаешь? — спросил он. Не приказным тоном, а скорее с интересом.

Я встала и подошла к карте, висевшей на стене. Провела пальцем по линии границы.

— Первое: эвакуация деревень. Всех, кто не может сражаться, — женщин, детей, стариков — уводим в замок или в лес, подальше от дорог. Скот тоже. Чтобы врагу не досталось ни зерна, ни мяса.

— Умно, — кивнул Льюис. — Выжженная земля.

— Второе: укрепление замка. У нас есть неделя, чтобы подготовиться. Йозеф уже чинит ворота, но нужно проверить все стены, башни, запасы камней и смолы. — Я повернулась к Бардо. — Капитан, вы знаете слабые места лучше всех. Составьте список того, что нужно сделать в первую очередь.

Бардо кивнул, и в его глазах мелькнуло одобрение.

— Третье: стрелы. Генрих делает по сто наконечников в день. Если подключить ещё людей, можно удвоить. Нужно организовать ночные смены.

— Людей дам, — сказал Томас. — Из тех, кто не занят на других работах.

— Четвёртое: еда. — Я посмотрела на Томаса. — У нас есть мыло, которое можно обменять в деревнях на продукты. Надо отправить людей, пока дороги ещё открыты.

— Я займусь, — отозвался Томас.

— Пятое: гонцы. Нужно послать за помощью к соседям. Кто из ближайших лордов может поддержать?

Льюис усмехнулся.

— Барон фон Эйхен — мой старый друг. Он приведёт сотни две, если успеет. Граф фон Вальдек должен, у него с Лоренцем договор о взаимопомощи. Я сам поеду, если надо.

— Ты нужен здесь, — отрезал герцог. — Пошлём гонцов. А если не успеют — будем держаться сами.

Он снова попытался сесть, на этот раз осторожнее, и ему почти удалось. Льюис подсунул подушку под спину.

— Ты всё продумала, — сказал герцог, глядя на меня. — Прямо как…

— Как тот, кто не хочет умирать, — закончила я. — И не хочет, чтобы умирали другие.

В кабинете повисла тишина. Бардо смотрел на меня с уважением, Льюис — с весёлым изумлением, Томас — с привычной деловитостью. А герцог… герцог смотрел так, будто видел меня впервые.

— Что ж, — сказал он наконец. — Вы слышали герцогиню. Выполнять. Бардо, через час жду подробный план укреплений. Томас — список запасов и людей. Льюис, займись гонцами. Эмили… — Он посмотрел на меня. — Ты останься.

Все вышли. Я стояла у карты, чувствуя, как колотится сердце.

— Садись, — сказал он, кивая на кресло.

Я села.

— Ты знаешь, что делаешь, — сказал он тихо. — Откуда?

— Я уже отвечала. Из другого мира.

Он усмехнулся — без насмешки, скорее устало.

— Иногда мне кажется, что это правда. Потому что таких, как ты, я не встречал.

— Таких, как я, вообще мало, — ответила я. — В любом мире.

Он посмотрел на меня долгим взглядом. В его глазах больше не было льда. Только усталость, боль и… что-то ещё, чему я пока не находила названия.

— Спасибо, — сказал он просто.

— За что?

— За то, что ты есть.

Я не нашлась, что ответить. Мы сидели молча, глядя на огонь в камине, и за окнами выл ветер, неся с собой запах приближающейся войны.

Глава 38 Военный совет

В кабинете герцога никогда не собиралось столько народу. Я стояла у стены, наблюдая, как подтягиваются приглашённые: капитан Бардо — с неизменным хмурым лицом, Томас — с охапкой бумаг, Йозеф и Генрих — оба в рабочих фартуках, явно чувствующие себя не в своей тарелке среди знати. Льюис уже сидел в кресле, забросив ногу на ногу, и с любопытством разглядывал собравшихся.

Герцог полулежал на кушетке у камина, укрытый пледом. Вид у него был всё ещё болезненный — бледность, тени под глазами, — но взгляд оставался острым, командирским. Он обвёл всех тяжёлым взглядом, и в комнате моментально стало тише.

— Все в сборе, — сказал он. Голос звучал хрипло, но твёрдо. — Вы знаете, зачем мы здесь. Штауфен у границы. Через несколько дней они будут под стенами. У нас есть неделя, чтобы подготовиться.

Он сделал паузу, давая словам осесть. Бардо кивнул, Томас что-то записал в своём блокноте.

— Обычно я командую сам. — Герцог поморщился — то ли от боли, то ли от необходимости признавать слабость. — Но сейчас… сейчас я не могу даже меч поднять. Матиас сказал, что если я встану раньше времени, то просто развалятся швы и я слягу окончательно.

Он перевёл взгляд на Бардо.

— Капитан, вы принимаете командование обороной. Все военные вопросы — к вам. Стены, ворота, расстановка людей, тактика. Вы знаете своё дело лучше всех.

Бардо выпрямился, и в его глазах мелькнуло удивление — кажется, он не ожидал такого доверия.

— Сделаю, ваша светлость. Оправдаю.

— Знаю. — Герцог кивнул и повернулся к Льюису. — Ты будешь моим заместителем. Координируешь действия с Бардо, возьмёшь на себя разведку и связь с соседями. И приглядывай за порядком в замке.