Попрошу-ка я Кейна сделать запрос, — решаю я. — Он ведь отвечает за безопасность экспедиции. А в случае какой-то нештатной ситуации станет её командующим с абсолютной властью и ответственностью за всё.

Через два дня Кейн пересылает мне этот доклад вместе с резолюцией по нему.

«Выражают озабоченность и считают целесообразным учитывать упомянутые факты при обследовании этого сектора силами одной из ближайших экспедиций…» — повторяю я. — За это, конечно, можно уцепиться в разговоре с Эрви. Но этого мало для столь серьёзного нарушения обычного порядка формирования экспедиции.

И тут меня осеняет. Надо у Дейна спросить! У них же тоже бывают подобные экспедиции. Может, и они сталкивались с чем-то необычным?

Прочитав доклад, Дейн нахмуривается.

— Лет за пять до нашего переселения на Старый Айрин не вернулась одна из экспедиций. Между прочим, там были двое из нашего клана, — говорит он. — Только, понимаешь, на Старом Айрине всё не так, как здесь. Там такие вещи делаются в основном силами энтузиастов с небольшой поддержкой государства.

— Я в курсе! — отвечаю ему.

Мы с Кейном изучали этот вопрос ещё на Старом Айрине, когда искали возможности бежать оттуда.

— Так вот, — продолжает Дейн, — у вас всегда идёт пара звездолётов, там же обычно только один. Прыжок в незнакомую звёздную систему всегда несёт риск. Да тысячи вполне естественных причин могут найтись. Поэтому я не возьму на себя смелость утверждать, что это мог быть контакт с некой агрессивной цивилизацией. Тем более, я даже не знаю, куда они вообще отправились. Хотя…

Дейн задумывается ненадолго и добавляет:

— Есть на Заре один человек, который может это прояснить! Если хочешь, можешь с ним пообщаться. Мы с Мари как раз собираемся туда, завтра или послезавтра, как с делами закончим.

Наш флаер приземляется в шлюз поместья тен Заро, мы выходим и останавливаемся на площадке перед домом.

— Как красиво тут разрослось всё! — замечаю я.

С каждым моим визитом сад смотрится ещё прекрасней.

— Никогда не забуду, как я вошёл сюда после нашей свадьбы с Мари! — отвечает Дейн. — Ты сделала нам самый лучший подарок!

— Ну, одна бы я ничего не сделала!

— И всё же. Когда я вошёл в спроектированный твоей мамой дом, словно в детство возвратился!

Увы, на мой вопрос о пропавшей экспедиции Лин тен Заро реагирует откровенно по-хамски:

— С какой стати я должен тебе об этом докладывать?

Когда я рассказываю об этом Дейну, он нисколько не удивляется:

— Ты же знаешь, что его супруга погибла на Даоне, спутнике Тамау. Она была медиком на базе. А сам Лин получил серьёзное ранение, отбивая вашу атаку… Ему здесь очень тяжело, он только из-за детей с нами отправился. Теперь они создали свои семьи, и ощущают себя обычными жителями Светлого Айрина. Он же душой всё ещё там.

— А почему он не вернётся?

— Его там сразу арестуют.

— Зачем вообще ты посоветовал мне обратиться к нему?

— Просто подумал, может, тебе удастся…

— Не удалось, как видишь!

Из-за всего этого мне откровенно не по себе. Тягостно как-то на душе. И ничего с этим не поделать.

Ну с чем я пойду к Эрви Даро? — размышляю я. — Ведь он вполне заслуженно назовёт меня сумасшедшей, и выгонит прочь!

Я прошу Дейна доставить меня на орбитальную станцию, откуда на Айрин уходит звездолет, но он уговаривает меня переночевать у них в доме. А утром меня вызывает Лин тен Заро.

— Вчера мы с тобой поговорили… не очень хорошо. Возможно, ты подумаешь, у меня не все дома. Но я увидел во сне своего друга детства. Он был в той самой экспедиции. Прилетай, расскажу тебе всё, что знаю!

Лин тен Заро выглядит взволнованным. Он разворачивает экран своего инта и спрашивает:

— Ты вообще разбираешься в расчётах перемещений между звёздными системами?

— Имею представление, — отвечаю я, — но это не моя специальность.

— Ладно, буду объяснять, как стажеру, — Лин выводит на экран данные о предполагаемом маршруте пропавшей экспедиции, потом включает объёмное изображение и начинает показывать и рассказывать.

Я просто поражена его способностью так ясно и доходчиво излагать столь сложные вещи. По ходу дела он очень аккуратно и тактично выясняет, всё ли мне понятно.

Во всяком лицее кшатри были бы рады заполучить такого преподавателя, — соображаю я.

Теперь я разворачиваю свой экран и вывожу на него информацию о звёздной системе, где были обнаружены предполагаемые следы посещения одной из планет. Лин просит показать весь маршрут.

— Получается, они двигались в одном и том же направлении. Можно сказать, параллельно, — произносит он.

— Так может, это ваши там образцы собирали и наследили? — предполагаю я.

— Они могли, конечно, по каким-то причинам отклониться от запланированного маршрута. Но не настолько. И потом, наши всегда оставляют на исследуемых планетах кое-что из оборудования, чтобы снять данные при возможном повторном визите, вы бы явно это обнаружили.

— Логично. Участники экспедиции сказали, что исследовали планету более тщательно, чем обычно. Скажи честно, что ты думаешь насчёт всего этого?

— Понимаешь, с одной стороны, это может быть просто трагической случайностью. С другой, зная людей, которые туда отправились… Они из таких передряг выходили! Ну не верится мне, что они стали жертвами каких-то природных феноменов либо технических неполадок. Есть у меня ощущение, что дело тут нечисто!

— Не у тебя одного. Планетолог Нея Сайрен, видевшая эти следы своими глазами, тоже так считает. И настаивает, чтобы экспедиция снаряжалась как для боевого патрулирования.

— Нея Сайрен… — повторяет Лин. — Очень странная женщина. Но я с ней полностью согласен!

— Тогда помоги мне убедить Эрви Даро!

Услышав это имя, тен Заро аж передёргивается. Но соглашается отправиться со мной на Айрин, хотя явно видно, что перебороть себя даётся ему очень нелегко.

Почему же он пошёл мне навстречу? — недоумеваю я. — Неужели и правда из-за какого-то сна?

Мой сын Марк изначально тоже хотел лететь с нами. Планетология и особенно терраформирование интересуют его с раннего детства. Ещё лет в 7, а, может, и раньше, он впервые сказал:

— Я хочу делать мёртвые планеты живыми!

В последнее время он размышляет о том, как можно сделать пригодными для жизни сложные в этом отношении планеты. Например, с отсутствующим магнитным полем, или те, которые слишком медленно вращаются вокруг своей оси, так что сутки там длятся неделями и даже месяцами.

Он находит и изучает все посвящённые этому материалы и сам выдвигает смелые и неожиданные идеи. А ещё сын всё больше тянется к Нее и при малейшей возможности помогает ей в исследованиях.

Сейчас она собирается отправиться, в одиночку, между прочим, в длительный вояж по множеству звёздных систем. Да, теперь такое возможно, ведь флаер, способный совершать межзвёздные прыжки, уже готов. Осталось только довести до ума его боевой вариант. Как ни странно, Нея зовёт с собой и Марка.

— Иначе не успею… — оправдывается она.

Не успеешь куда? — хочется спросить мне. Но я знаю, что это бесполезно. Она говорит только то, что хочет. Или что ей позволено. Кем? Может, именно поэтому её слова обычно звучат странно.

Сын с радостью откликается на её предложение. Конечно, придётся пропустить учебный год в лицее, расстаться с друзьями. Но отказаться от столь уникальной возможности? Нет уж, она того стоит!

Мы с Кейном поддерживаем Марка. Такое путешествие даст ему очень много. А вот брать его с собой в экспедицию мне категорически не хочется. Нет, не потому, что у нас сложные отношения, или кто-то бы этому воспрепятствовал. Просто есть ощущение, что не надо, и всё.

Ознакомившись с отправленным мною докладом и переговорив с тен Заро, Эрви Даро всё-таки даёт добро снарядить экспедицию всем необходимым для боевых действий: