— До недавнего времени почти ничего. Слышал общие вещи… от мастера Юйфэна. До этого обходился простым усилением тела.

Цзи едва заметно поморщился, словно услышал что-то ожидаемое, но неприятное.

— Неудивительно, -сказал он. — Юйфэн всегда считал, что страх и боль — лучшие учителя. За это он и поплатился.

— Если позволите вопрос, мастер, -осторожно произнес Олег. — Как такой богатый и известный человек мог настолько глупо поступить? Сам себя отправил на каторгу на треть века? А мог отделаться гораздо меньшим сроком или вовсе без него.

Цзи усмехнулся краешком губ.

— Тщеславию и гордыне человеческой нет предела. Чем выше человек поднимается, тем чаще он начинает путать уважение с безнаказанностью. Юйфэн решил, что закон для него — пустой звук. Я этим не страдаю. И бить учеников по лбу без причины не собираюсь.

Олег кивнул и позволил себе слабую иронию в голосе:

— Благодарю, мастер. Вы мне уже нравитесь.

Цзи хмыкнул, принимая это как должное, и аккуратно поставил чашку в сторону, поднялся, подошел к низкому ларцу, стоявшему у стены. Ларец был старый, потемневший от времени, без резьбы и украшений. Мастер открыл крышку и достал изнутри гладкий черный шар размером с яблоко. Поверхность его была отполирована до зеркального блеска.

— Возьми, -спокойно сказал Цзи, протягивая шар Олегу. — Это определитель ци.

Олег не спешил принимать предмет и спросил, сохраняя внешнее спокойствие:

— Что он делает?

— Реагирует на циркуляцию и качество энергии,- без тени раздражения ответил мастер. — Показывает силу, устойчивость, предрасположенности. Цвет меняется сам. Магический глаз для этого не нужен, потому такими вещами я и пользуюсь. Не всем дано видеть ауры, даже через десятки лет практики.

Олег чуть склонил голову.

— Я не привык брать в руки… странные вещи.

— Опасности нет, -мягко, почти добродушно сказал Цзи. — Если бы была, ты бы уже это почувствовал.

Пришлось подчиниться, предварительно было применение заклинание сокрытия ци с маскировкой каналов с Искрой.

Олег взял шар обеими руками. Сначала ничего не произошло, затем от поверхности пошло слабое тепло, предмет медленно нагревался изнутри. Черный цвет начал мутнеть, растворяться, уступая место переливам. Сначала появился глухой зеленый оттенок, затем он быстро сменился синим, фиолетовым, красным. Цвета перетекали один в другой, не задерживаясь ни на мгновение, шар не мог выбрать, каким ему быть. Тепло усилилось, но не до боли. скорее до ощущения давления, будто предмет сошел с ума от измерения.

«„Черт, маскировка не помогает. Я так спалюсь.“»

Цзи подался вперед, его спокойное лицо впервые дало трещину. Живой взгляд стал сосредоточенным.

— Так не бывает, -медленно произнес он. — У цуаней точно. Даже у тех, кто стоит на границе Путей, определенный поток всегда доминируют над другими. Земля, Огонь, Воздух… хоть что-то. А у тебя… несколько течений накладываются друг на друга и мешают сами себе, причем Искр больше одной. Как такое может быть?

Шар в руках Олега продолжал переливаться, добавляя к палитре мутно-фиолетовые и багряные оттенки, которые мастер явно не ожидал увидеть. Олег аккуратно положил предмет обратно в ларец, словно ничего особенного не произошло, и посмотрел на Цзи.

Он уже понял, что маскировка, которая еще кое-как работала при беглом осмотре, здесь дала трещину. А реальность была слишком сложной для аккуратных имперских классификаций.

— Я… -начал он и осекся, понимая, что любое продолжение только усугубит ситуацию.

— Ты не врешь, -медленно сказал мастер. — Это я тоже вижу. Ты действительно считаешь себя цуанем, ведешь себя как цуань. Но внутри у тебя что-то… лишнее.

Он сделал паузу, затем добавил уже тише:

— Скажи прямо, Кан. Ты знаешь, почему шар так отреагировал?

Олег задумался на долю секунды. Лгать дальше становилось опасно, но и открываться полностью он не собирался.

— Да, мастер, -ответил он наконец. — Я давно чувствую, что со мной что-то не так. Потому и стараюсь держаться в стороне от магов.

— Разумно, -кивнул Цзи после паузы. — Очень разумно для того, кто якобы вырос в глухой деревне.

— Якобы?

— Думаешь, начальник городской стражи настолько глуп, что не видел твоих колдовских перстней, твоего поведения, не соответствующего поведению семнадцатилетнего юноши?

Олег промолчал. Лучшее, что можно сделать в данной ситуации.

— Мы поступим так, -продолжил Цзи. — Я буду учить тебя медитациям и контролю ци. Без артефактов, без проверок, без попыток лезть туда, куда мне лезть не положено. Ты, в свою очередь, не станешь спрашивать меня о том, что выходит за рамки обучения, и не будешь демонстрировать способности за пределами заявленного. Мне поручено лишь научить цуаня не разносить все вокруг вспышками энергии.

— Я понял, мастер.

— Тогда начнем с самого простого…

Мастер Цзи сидел напротив Ли Бана, держа спину прямо, но без показной чинности. Разговор шел без писцов и свидетелей, дверь была закрыта, на окнах висели простые, но надежные заглушающие печати.

— То, что я увидел в Кане, -заговорил Цзи. — Не укладывается ни во что. По результатам проверки его ци он представляет собой кошмарную с точки зрения классических представлений химеру. Это как если взять корову, прицепить ей клешни от рака, из задницы вырастет птичья голова, а вместо кожи будет чешуя.

Ли Бан медленно поднял бровь.

— Конкретнее. Без твоих метафор.

— У него две Искры, -продолжил Цзи. — Одна выглядит относительно нормально, пусть и нестабильно для цуаня третьей ступени. Вторая же имеет признаки, характерные для нежити. При этом внутри его духовной структуры я отчетливо ощущаю наличие не одного разума. Минимум три, причем одно стало придатком к первому. Это не иллюзия и не расслоение личности, именно параллельные сознания.

Он сделал короткую паузу, подбирая слова.

— Кроме того, я обнаружил следы вампирского проклятия. Не активного, но и не полностью выжженного. Как будто его сломали, не удалив до конца. На этом фоне у него крайне сильный цуаньский потенциал и, формально, слабый магический. Однако последний компенсируется чрезвычайно высоким уровнем ума и способности к анализу. Он схватывает принципы быстрее, чем многие мои ученики за годы.

Ли Бан медленно постучал пальцами по столу.

— Продолжай.

— Его каналы, — Цзи слегка наклонился вперед. — Свидетельствуют о систематических тренировках. Причем не только внутренней ци, что еще можно списать на упорство, но и о регулярном использовании заклинаний. Это не следы случайных выбросов. Это практика. Осознанная и длительная.

— Но какой у него возраст? -уточнил Ли Бан.

— Вот в том и дело, -кивнул Цзи. — Его талант и степень сформированности не соответствуют семнадцати годам. Однако он не лгал, когда говорил о своем возрасте. В этом я уверен. Либо он обучался у кого-то крайне необычного, либо… либо его развитие шло путем, с которым я ранее не сталкивался.

Цзи на мгновение замолчал, затем добавил:

— Отдельно отмечу маскировку. Кан скрывал свою ци сразу двумя способами. Первый — заклятье явно ягуайского происхождения, грубое по форме, но эффективное. Второй куда более опасный: самостоятельное перенаправление потоков ци внутри тела. Это требует не только контроля, но и понимания структуры каналов на уровне, недоступном обычным цуаням. Подводя итог: перед нами не просто одаренный юноша. Это крайне сложный и потенциально опасный субъект, который при этом осознает свою опасность и целенаправленно старается ее скрывать.

Ли Бан некоторое время молчал, переваривая услышанное. Затем откинулся на спинку кресла и, сцепив пальцы, спокойно спросил:

— Допустим, все именно так. Тогда главный вопрос простой. Что в итоге?

Цзи развел руками.

— У меня нет ответа. Я впервые сталкиваюсь с подобным сочетанием. Это не ошибка артефакта и не редкая аномалия. Это… нечто собранное из разных путей, будто кто-то сознательно ломал и пересобирал его основу. Но зачем и как, я сказать не могу.