— Да чтоб ты сдох, выродок! -не совсем понятно кому было адресованы данное пожелание.

— Тридцать лет каторги за оскорбление суда. Увести, -добавил судья, делая едва заметный жест. Стража подошла к Юйфэну с двух сторон. На шее мага защелкнули тяжелый подавляющий ошейник с выгравированными печатями, мгновенно приглушивший его ауру до уровня обычного человека. Юйфэн дернулся, но сопротивляться уже не мог. Когда его уводили, он бросил на Олега взгляд, полный ненависти и бессильной злобы.

Олег встретил его спокойно и почти равнодушно. Где-то на краю сознания мелькнула мысль: отправка к Юйфэну могла быть не случайностью, а частью чьей-то игры. Но зацикливаться на этом он не стоит, в Империи Дракона лишние догадки часто стоили дороже, чем ошибки.

Олег уже второй месяц использовал любое свободное время для учебы. Пока остальные стражники пропивали жалование или отсыпались после дежурств, он спускался вниз в катакомбы и старые участки канализации под Шанду. Там было сыро, холодно и отвратительно, но именно это место идеально подходило для дел, которые лучше не показывать посторонним.

Подземелья давно стали чем-то вроде личного полигона. Здесь он искал уцелевшие тайники гоблинов, оставшиеся со времен, когда эти земли еще не принадлежали Империи, и здесь же оттачивал заклинания. Камень и кирпич терпели ошибки лучше, чем живые люди, а свидетелей можно было не опасаться вовсе.

Сегодня Олег снова стоял в одном из тоннелей, где человеческая кладка переходила в древнюю, грубо вырезанную породу. Влажные стены поблескивали в тусклом свете масляной лампы, в воздухе висел привычный запах сырости. Он медленно выдохнул и поднял руки.

Заклинание Юйфэна не выходило у него из головы с того самого дня. Тот телекинетический удар был простым по форме, но чрезвычайно эффективным. Никаких сложных эффектов, никакой избыточной структуры. Олег помнил жесты, помнил последовательность движений, помнил, как на мгновение вспыхнул узор вокруг руки мастера. Но этого было недостаточно.

— Жесты — это не главное, -пробормотал он себе под нос, медленно повторяя движения. — Они всего лишь костыль.

Он попробовал еще раз, осторожно направляя ци по каналам, пытаясь совместить человеческую манеру с тем, как сам привык работать с энергией. Поток получался рваным, нестабильным, ци то скапливалась слишком глубоко, то расползалась, не желая собираться в нужной точке.

Где-то в глубине сознания отстраненно наблюдала Лэяо, не вмешиваясь. Олег остановился, опустил руки и нахмурился. Человеческая магия была раздражающе иной. Быстрой, грубой, завязанной на тело, а не на внутреннюю архитектуру. Словно кто-то взял сложный инструмент и упростил до простой дубины.

Парень снова сосредоточился, на этот раз не торопясь. Если первые попытки была слепым копированием, то теперь Олег решил разложить увиденное у Юйфэна на составляющие и понять, что именно там происходило.

Гоблинская школа учила начинать с узора. Сначала мысленная конструкция, четкая, устойчивая, как каркас здания. Затем наполнение энергией строго по заданным каналам. Жесты, если и использовались, были вторичны, скорее якорями для концентрации, чем обязательным элементом. Цена за это — время и необходимость держать в голове сложную схему, не давая ей рассыпаться ни на миг.

Человеческая магия шла от обратного. Жест задавал форму, движение -направление, а ци подчинялась телу, а не мысли. Узор при этом тоже существовал, но был примитивнее, грубее, словно отпечаток, который оставляет движение руки в энергии. Его нельзя было выстроить одной лишь мыслью.

Олег медленно повторил жест Юйфэна, но теперь не вслепую, а «„прислушиваясь“» к тому, как ци реагирует на движение. Он заметил, что в человеческом варианте поток не собирался в глубине, как он привык, а наоборот, подтягивался ближе к поверхности каналов, почти к коже. Юйфэн не давил энергией изнутри, он словно подхватывал ее на ходу и выбрасывал вперед, не давая осесть.

— Значит, фокус не в накоплении, а в проталкивании, -пробормотал Олег.

Он попробовал изменить циркуляцию, ослабив привычную «„гоблинскую“» фиксацию узла и позволив ци течь свободнее, но подхватывать ее жестом. Поток сразу стал нестабильным, расползся по меридианам, отдавая неприятным жжением в ладонях и предплечьях. Слишком много свободы.

Тогда он пошел другим путем, вместо полноценного узора он попытался создать его обрывок, не конструкцию целиком, а всего лишь направляющий вектор. Минимум формы, максимум импульса. Это шло вразрез с тем, чему его учили раньше, но именно так, судя по всему, работали человеческие школы.

Он снова поднял руки, медленно выстраивая движение. Ци откликнулась, собралась неровно, с перебоями, но уже не рассыпалась полностью. Внутри возникло ощущение давления, словно сжатый воздух искал выход.

— Почти…

Он сделал завершающий жест и толкнул поток вперед. В следующую долю секунды понял, что просчитался.

Импульс рванул не туда, куда Олег рассчитывал. Вместо узкого выброса вперед ци сорвалась с удерживающих ее каналов и разошлась во все стороны сразу, как если бы внутри него взорвался туго надутый мех.

Воздух хлопнул, ударив по ушам, а волна энергии с силой швырнула Олега назад. Он успел инстинктивно напрячь тело, но это мало помогло: его мотнуло, ударило затылком о стену, а в глазах на мгновение потемнело.

Во рту хрустнуло. Олег сплюнул и выругался, ощутив вкус крови. Зубы, к счастью, остались на месте, но губы саднило, а щеки словно ошпарили.

— Е…чий случай! -процедил он на русском, выпрямляясь и потирая челюсть.

Ци внутри бурлила, не желая сразу успокаиваться. Каналы ныли, как после неудачной тренировки, а в ладонях оставалось ощущение жжения. Он несколько раз глубоко вдохнул, прогоняя энергию по привычному кругу, пока внутренний хаос не улегся.

— Ты пытаешься заставить человеческое заклинание вести себя как гоблинское, -спокойно заметила Лэяо из глубины сознания. — А оно так не работает.

— Я уже понял, -мрачно ответил Олег. — Только вот как тогда?

Последовала короткая пауза. Он почти физически ощутил, как дух анализирует произошедшее, перебирая варианты быстрее, чем он сам был способен.

— Разреши мне попробовать, -сказала Лэяо. — У тебя слишком много привычек, они мешают. Ты все время пытаешься удержать форму.

Олег нахмурился.

— Ладно, -после секунды колебаний согласился он. — Только аккуратно. Без фокусов.

Ощущение смены было резким. Сознание Олега отступило на шаг, оставшись наблюдателем, а тело подчинилось другому ритму. Движения стали плавнее, экономнее, в них исчезла та скрытая напряженность, которая выдавала в нем живого человека.

Лэяо подняла руки, тем же жестом, что и он минутой ранее, но сделала это иначе. Не повторяя форму, а задавая направление. Ци не стали сжимать и фиксировать, ее словно подхватили на полпути, позволив течь и одновременно подталкивая. Вокруг ладоней закрутились голубые вихри энергии. Камни под ногами едва заметно задрожали, затем последовал выброс.

Узконаправленный, резкий, как удар тарана. Волна ци ушла вперед, врезалась в кирпичную кладку стены и с сухим треском вырвала из нее несколько крупных кусков. Камни разлетелись, гулко ударяясь о пол, а в стене осталась рваная вмятина.

Контроль вернулся к Олегу почти сразу. Он моргнул, уставившись на результат, потом медленно выдохнул.

— С первого раза… -пробормотал он.

— Потому что я не пытаюсь быть аккуратной, -отозвалась Лэяо с легким оттенком самодовольства. — Человеческая магия грубая. Ее нужно просто толкать, а не удерживать.

Олег криво усмехнулся, разглядывая раскуроченную кладку.

— Одна голова хорошо, а две лучше, да?

— Предпочла бы иметь собственную.

— Увы. Некромантию нам пока изучать не довелось.

Всю следующую неделю Олег оттачивал получившееся заклятье телекинетического удара.

Вот, после очередной тренировки он решил Просто пройтись по туннелям, посмотреть, не завелось ли где-нибудь что-нибудь зубастое и самоуверенное, а заодно дать глазам работу.