Олег сосредоточился, направил тонкую струйку собственной ци вперед. Дух ответил, туман рванулся вниз и нырнул в амулет. Кость засветилась изнутри тусклым серебристым светом и погасла. Хар выдохнул и сел прямо на землю.

— Живы… Пока живы… Ученик, ты чокнутый.

Олег поднял амулет. Он был тяжеловатым, теплым на ощупь и внутри кто-то присутствовал.

— Лэяо? Ты там?

— Я слышу тебя, Олег. И вижу. Как непривычно. Будто нахожусь в ящике со смотровыми щелями.

Голос звучал в сознании парня, как и в предыдущий раз.

— Оно говорит? -поинтересовался Хар.

— Да, мысленно.

— Дальше с ней сам играйся. Если высосет мозги, потом не беги ко мне. Сам виноват.

— Не высосет… ведь так?

— Зачем мне вредить тому, кто помог мне?

Хар не стал вести дальнейшие разговоры, собрал развешанные амулеты и с деловитым видом пошел прочь к башне. Олег, взяв круглую костяную пластину в руки, присел у дерева.

— Теперь ты можешь появиться в виде призрака?

— Попытаюсь.

Амулет замерцал и из него потянулась тонкая струйка эктоплазмы, собравшаяся в силуэт девушки. Более четкий, плотный, чем раньше. Она оглядела собственные руки.

— Теперь чувствуется все по-другому. Я не привязана к этой земле.

— Зато привязана к амулету.

— Это ничто по сравнения с веками ожидания.

— Как ты не сошла с ума?

— Не знаю. Я много думала. Наблюдала за птицами, за рыбами, за водой. Научилась впадать… в спячку, когда совсем становилось тоскливо.

— Мда, мне как-то после твоих слов глупо жаловаться на жизнь, -протянул Олег. — Небытие или забытье куда лучше такого тупого, бесцельного существования.

— Я завидую. Ты умер и обрел новую жизнь. Небеса благосклонны к тебе.

Парень поморщился.

— Я более чем уверен, что никакой волей небес тут и не пахнет. Скорее в стечении обстоятельств. В моем мире существовали тысячи мнений о то, что нас ждет после смерти. Ад с вечными пытками, рай с вечным блаженством, перерождение, нирвана, растворение во вселенском информационном поле, квантовое бессмертие… Все же, как погляжу, варианты могут разниться. Я переродился в какой-то параллельной вселенной.

— Ты… из другого мира?

— Да. Забавно, правда? Я бы, наверное, с радостью вернулся в свой мир без магии, ягуаев, шанши и драконов. Если б мог.

— Как вообще получилось, что человек стал учеником ягуайского колдуна? Почему они тебя не съели? — Лэяо искренне недоумевала, Олег шестым чувством «„чуял“» ее эмоциональный настрой.

— Сам попросился. Родившись тут, я стал крестьянином, без шансов подняться выше. Никто из имперских практиков не станет учить голодранца без сильного врожденного таланта, слишком много сил и времени процесс займет. Я начал мыслить нестандартно и решил найти того, кто готов делиться знаниями. Хар — хороший малый.

— Но это ягуай, нелюдь.

— А ты долбанное привидение, высасывающее жизненные силы. И чего? Перестань мыслить стереотипами, выйди за рамки того, что считаешь «„нормальным“».

— Что такое stereotip?

— Общепринятая норма. Я родился в другом мире, мыслю не так как местные люди. Например, мне противно пресмыкаться перед всякими вонючими господами, мне плевать на волю небес, свою судьбу я творю сам, пойду на любые уловки. Если надо жахаться в десны с гоблинами — легко. Надо сдружиться с призраком древней покойницы — пожалуйста. Любой другой тебя бы шуганулся, я же вижу в нашем сотрудничестве обоюдную выгоду.

— Ты хочешь использовать меня.

— Не так. Ты помогаешь мне, я тебе, -продолжал убеждать Олег. — Но это не отменяет потенциальной дружбы и теплых взаимоотношений между нами.

— Мне в детстве рассказывали сказки про злых колдунов, которые только и мечтают похитить мою душу.

— Не сомневаюсь, что есть и такие, Лэяо. Но я предпочту не причинять никому зла, если есть другой путь… Предлагаю начать.

— Что именно? -спросил дух.

— Ты начинаешь тянуть из меня жизненные силы, пока не отрублюсь. Только не убей.

— Но… зачем?

— Раскачка внутренней силы. Для выживания в этом мире нужно быть нечто большим, чем простым человеком. Я и так за полгода открыл в себе талант мага и цуаня, одержал несколько побед над врагами.

— Я начинаю?

— Начинай. Если что-то будет не так, я скажу.

Амулет превратился в подобие магического пылесоса. Олег ощутил, как через его руку ци стала утекать ци. Медленно, по капле. Он погрузился в медитацию и стал внимательно наблюдать за циркуляцией энергии в меридианах, попытке организма пресечь непотребство, но сознательное усилие заглушило «„иммунную“» реакцию.

Прошло десять, минут, час… на втором стала кружиться голова, в висках появилась мигрень.

— Тебе стало хуже, я чувствую, -забеспокоилось привидение. — Мне прекратить?

— Нет. Работает до потери сознания, как я сказал. Только экстремальные перегрузки, хождение по краю поможет добиться заметных результатов…

Общее состояние стремительно ухудшалось, к головокружению присоединилась слабость, перед глазами витала мутная пелена. Энергетические меридианы лихорадило от недостатка ци, неожиданно Искра сменила оттенок с бело-розового на нежной белый, переключилась в аварийный режим и попыталась повысить выработку жизненной силы. Раз утечку закрыть не удается.

«„Вот оно!“» -восторженно подумал Олег за мгновение до полной отключки… Проснулся он от того, что Хар хлопал его по щекам.

— Тупой, очень тупой ученик… -взволнованно бормотал престарелый гоблин. — Я же говорил. Злые духи. Не предсказуемы. Вытекут мозги.

Олег, окончательно придя в себя, отмахнулся от шамана, присел, прислушался к ощущениям. Присутствовала некая вялость и усталость, ци в меридианах циркулировала также, как и прежде. Никаких серьезных отклонений, побочных эффектов пока не было. Он пришел к выводу, что энергия постепенно восстанавливается, главное, не переусердствовать и не делать процедуру слишком частой.

— Дух тут не причем.

Олег огляделся по сторонам в поисках амулета, тот лежал в стороне и испускал слабое серебристое свечение. Костяную безделушку буквально распирало от высосанной энергии.

— Он вытянул из тебя половину сульки!

— Ну да. Я сам попросил.

— Ты че, Кан, дурак? -этот вопрос Хар задавал постоянно, когда сталкивался с чем-то неожиданным.

— Нет. Я хочу расширить свой вжих… Искру. Если я прав, усилить способности цуаня можно и без битв, просто подвергая себя нагрузкам. Тоже своего рода преодоление. Когда я спал на холоде или игрался с ядовитой змеей, то замечал изменения в меридианах, ненадолго пропускная способность возрастала. Полагаю, нужно повторять неоднократно для закрепления эффекта.

Гоблин несколько раз моргнул. На его морде отобразилось глубокое размышление.

— Опасно… но может сработать.

— Никто до меня такое не делал?

— Никому в бошку бы не пришло, -фыркнул Хар. — Заключать с духом-пожирателем сделку. Кормить своей сулькой и пытаться увеличить силу.

— Вот что значит предрассудки и стереотипное мышление, — Олег потянулся к медальону. — Лэяо, ты как?

В ответ пришло нечто невнятное. Смесь удовлетворения, лени и какой-то приятной тяжести. До Олега дошло — накачавшийся ци дух сейчас напоминал довольного кота, обожравшегося сметаны.

— Кан, ты убьешься так, -продолжал брюзжать гоблин. — А нам еще на Великий Сход идти.

— Постараюсь не убиться, Хар. Суть в том, что максимальный эффект по моей теории будет лишь при доведении себя до предела. То есть вариант с выкачиванием трети ци не подходит.

— Лучше бы я Гуха стал обучать…

Следующие два месяца прошли в довольно однообразном стиле. Олег между разучиванием новых заклинаний доводил себя до магического истощения, восстанавливался и спустя пару дней повторял процедуру. Заточенная в амулете Лэяо не имела ничего против, поскольку ее буквально перекармливали дармовой жизненной силой. Горе-экспериментатор после того, как в очередной раз приходил в сознание, часами изучал собственную Искру и меридианы, оценивая эффект.