Сказать, что я была в шоке от того, что Витька оказался его внуком, это было не сказать ничего! Мы практически выросли рядом, но наши пути пересеклись на той дороге всего лишь шесть дней назад и завязались в такой узел, что сам дьявол не развяжет. Пространство скручивалось в спираль, у меня появилось стойкое ощущение, что я сижу в машине, которая юзом несется в пропасть, а я ничего не могу с этим сделать. Остаётся только ждать неминуемого падения вниз.

Взгляд Тагира до сих пор прожигает меня изнутри. Что он сказал по поводу нашей сегодняшней встречи? Господи, во что Вик влез? Я повернула голову. Мой муж сидел с Артамоновым и о чем-то тихо с ним разговаривал, периодически замирая и глядя в одну точку.

- Оль! Ольга!

Голос Светки выдернул меня из моих мыслей.

- Да, Свет? Я обернулась и посмотрела на неё.

- Тебе Вик хоть что-то сказал по поводу сегодняшнего вечера?

- Нет, Свет. - вздохнула я. - Но… Зайкалов, кажется, проговорился, что куда-то меня пригласил, ты же слышала.

- Слышала. Ты смотри, в случае чего, я с мужем буду сидеть сразу за вами. - Она сглотнула. - Если вдруг что, сразу подай знак, и мы тебя увезём. Поняла?

- В смысле? А Вик? Где будет он?

- Очешуеть! - зашипела она. - Он тебе что, совсем ничего не сказал?

Я отрицательно мотнула головой.

- Вот ведь гадёныш! - В её голосе неприкрытая злость. - Он будет на ринге, Оль!

- На каком ринге? - заикаясь, спросила я, чувствуя, как сердце пропускает удар, а кровь превращается в желе.

Голова начинает кружиться. Пол с потолком меняются местами.

- Твою мать! - слышу я голос Светки, который доносится до меня уже через вату. - Витька!

* * *

Что-то холодное касается моего лица. Резкий запах вырывает меня из тьмы. Голова трещит так, что создаётся ощущение, как будто тысячи дятлов одновременно решили в ней выдолбить дупло.

- Оля! Малыха, открой глаза. - В его голосе страх.

Я открываю глаза и понимаю, что Вик держит меня на руках, прижимая к своей груди. Рядом стоит мать с ватным диском, от которого бьёт запах нашатыря. Протягиваю руку и отвожу её кисть, чувствуя, что волна тошноты сейчас меня скрутит пополам.

- Пить. - ломающимся голосом шепчу я.

В моих руках сразу появляется стакан с водой. Вик придерживает его одной рукой, помогая мне. Зубы стучат по стеклу. Я жадно начинаю пить, постепенно приходя в себя. Дикий холод пронзает меня насквозь.

- Я сейчас принесу покрывало. - Тихо говорит Светка.

- Дед, помоги снять пиджак.

Вик одной рукой расстёгивает пуговицы и вытягивает руку из рукава. Через минуту он уже закутывает меня в него, и я погружаюсь в его запах и тепло.

- Солнце, ты у меня не того? - Шепчет он на ухо.

- Я не знаю, Вить. - Дрожащим голосом тихо говорю я. - Поехали домой.

- Хорошо. Тогда по пути в аптеку и домой. - Он поднимает голову и оглядывается. - Свет! Дед, где она?

- Да тут я, Вить!

Запыхавшаяся Светка влетела в зал. Держа в руках плюшевое покрывало.

- Ну как она? - Она подходит к нам и, сдувая чёлку, садится рядом.

- Нормально. - Бурчит Вик. - Машину дашь? Мы домой, ты остаёшься на рулежке. Всё оплачено. Потом проследишь, чтобы все добрались до дома. Дед, Таисья Николаевна, вы к нам?

- Да нет, Вить, мы с Таей домой поедем, я ж на машине, чего толкаться, да и не до нас вам сегодня будет. - Хмыкает дед, подходя к нему и наклоняясь. - Если что, сразу звони. Адрес скинь, я ребят пришлю. Пусть прикроют, не нравится мне всё это.

- Хорошо. - Режет Вик. - Свет, где ключи?

- Держи. - Она протягивает руку и опускает ключи в Витькин карман. - До вечера.

Вик встаёт и выносит меня из душного зала. Вниз, на лифте, и вот мы уже у машины.

- Ляль, обхвати меня за шею, мне машину нужно открыть. - Тихо говорит он, целуя меня в висок.

- Вить, опусти меня. Мне уже лучше.

- Я что-то непонятно говорю, Оль?

Вздохнув, поднимаю руки, обхватывая его за шею. Секунда, и он сажает меня на сидение, пристегивает, закрывает дверь и, обойдя машину, садится на водительское сидение. Он кладёт руки на оплётку и опускает на них голову. Воздух со свистом вылетает из его лёгких.

- Вить... - я поднимаю руку и провожу по его плечам и спине.

- Зай, не сейчас. Дай мне пару минут.

Какое-то время в машине стоит полная тишина, я стараюсь даже не дышать. Напряжение становится физически ощутимым.

Вдруг Вик резко откидывает голову на спинку сидения и несколько раз бьёт ладонями по рулю. Вставляет ключ в зажигание, врубает на полную музыку и выжимает сцепление. Машина с визгом срывается с места.

Всем своим видом он даёт мне понять, что разговор отложен до момента нашего возвращения. Я закрываю глаза и отворачиваюсь к окну.

Взвизгнули тормоза. Открыв глаза, я увидела, что мы остановились около аптеки.

- Я сейчас. - резко бросил Вик, выходя из салона, громко хлопая дверью.

Он скрылся в здании. Меня опять замутило. Я еле успела открыть дверь, как мой желудок вывернуло наизнанку. Картина маслом: Лялька блюёт из «Роллс-Ройса». Это ж в каком сне такое может присниться?

Откидываюсь на спинку и закрываю глаза. Неужели Вик прав? Водительская дверь открывается, он садится и бросает на заднее сиденье что-то тяжёлое.

- Ляль, ты как, малыш? - его рука обхватывает меня за плечи. - Совсем плохо?

Сил хватает только на то, чтобы кивнуть головой.

Он наклоняется и целует меня в висок.

- Потерпи, солнце, скоро будем дома.

Машина срывается с места и несётся дальше.

Через двадцать минут Вик уже заносил меня домой.

Он уложил меня в кровать и сел рядом.

- Малыха, прости меня. - тихо сказал он, беря меня за руку.

- Ты ни в чём не виноват.

Желудок опять начало завязывать в узел.

- Вик... - я зажала рот руками и, прежде чем он хоть как-то успел среагировать, метнулась в туалет.

Попыталась закрыть дверь, но он тут же поставил между дверью и косяком ногу.

- Не смей! Иди сюда.

Он придерживал меня, пока мой желудок бесновался, извергая из меня уже непонятно что.

После этого опять отнёс меня в кровать.

- Лежи и не вставай.

Он вышел на кухню и минут через пять принес стакан с какой-то желтой водой.

- Выпей, сейчас станет лучше.

Я послушно выпила. Желудок тут же успокоился.

- Спасибо. - прошептала я, падая на подушки.

Он накрыл меня одеялом.

- Поспи, Ляль. - он наклонился и поцеловал меня в губы.

Я отвернулась.

- Не надо, Вик.

- Это что ещё за новости, Оля?

- Вить, меня только что вырвало. А ты...

- И что?

Он выпрямился и начал расстёгивать рубашку, сверля меня глазами.

- Даже если ты начнёшь плеваться ядом, мне будет на это глубоко плевать! - рубашка полетела на пол. - Как бы тебе не было плохо, я буду рядом. Я твой муж, если ты это ещё не поняла, советую привыкнуть к этому как можно быстрее. Тем более, - он скинул брюки, - сейчас! Ты в туалет хочешь?

- В смысле? - я краснею, как кумач.

- В коромысле!

Он берет аптечный пакет и достаёт оттуда пригорошню тестов разных фирм.

- Прости, зая, но это я за тебя сделать не смогу. - хмыкает он.

- Вик! Ещё рано! Они ничего не покажут! Минимум после десятого дня!- я уже минут двадцать сидела в туалете, глядя на него снизу вверх.

- А ты постарайся, чтобы показали. - смеётся он.

Я смотрю на него во все глаза.

- Нет, вот ты сейчас серьёзно? - очумело спрашиваю я. - И как я должна постараться? Пописать кругом?

- Ляль, ну кто из нас женщина? - он натягивает шорты и садится рядом на корточки.

- Вот именно! - шиплю я ему в глаза. - От меня тут сейчас ничего не зависит. Может, это ты плохо старался? - вылетает из меня. - Ой!

Я распахиваю глаза и закрываю рот обеими руками.

- Тааак, - тянет он, сдвинув брови, - как я понял, мои еженощные марафоны так, на троечку? Ну-ка, выколупывайтесь из сортира, мадам Татарская! Как золотой медалист, я этого так оставить не могу! Требую пересдачу.