- Не трогай меня, пожалуйста. Я не хочу. Я не хочу тебя. Не трогай.- прошептала она, срывающимся голосом.

Он засмеялся, гладя её по волосам.

- Ольга, я не брал силой ни одной бабы, неужели ты думаешь, что мне нужно добиваться взаимности насилием? Когда придёт время, ты сама ко мне придешь и станешь моей, поверь мне. Я просто подожду.

Он вышел из машины и, обойдя её, открыл Ляльке дверь.

- Выходи.

Ольга вышла из внедорожника и встала, обхватив себя руками.

- Иди за мной.

Тагир широким шагом двинулся в сторону высокого строения с железными воротами. Ольга стояла на месте. Он обернулся и посмотрел на неё.

- Я свободен? - прищурив глаза, спросил Зайкалов.

Ольга мотнула головой и двинулась за ним следом.

- Дай руку, там темно.

Он протянул назад руку, и она вложила в его ладонь пальцы. Толкнув тяжелые ворота, он взял ключ и нажал на него. Из тьмы ударили два световых пучка, освещающие ангар.

- Пойдем.

Он направился к ним. Они подошли к машине, стоящей в глубине ангара. Тагир открыл дверь и посадил Ольгу в салон.

Сам сел на водительское сидение и вставил ключ в зажигание.

- Она такая же, как и ты, Оленька,- тихо, растягивая слова, сказал он, поглаживая руль пальцами,- непокорная, но когда ею управляет крепкая рука, становится ласковая, как котенок, и послушно делает всё, что ты только захочешь.

Он наклонился к её лицу, прошептав последние слова на ухо, задевая губами кожу у виска, одновременно с этим, проворачивая ключ в замке.

Ольга вздрогнула. Мотор заурчал, и машина медленно выехала из темного ангара. Тагир выехал на площадку рядом со своим внедорожником и остановился.

- Ты же понимаешь, что я не могу её принять, Тагир? - спокойно сказала Ольга.

- Нет, не понимаю. - хмыкнул он. - Это свадебный подарок, который я могу и хочу подарить…

- Кому? Кому, Тагир? - она повернулась и посмотрела ему в глаза. - Чужой жене? Женщине, которая любит другого мужчину и ждёт от него ребёнка? Ты понимаешь абсурдность этой ситуации? Я люблю его! Ты видел, как я его люблю! Ты слышал, как я его люблю! Зачем ты это делаешь?

Она буквально хлестала его словами. Перед его глазами опять была она, там, в лесу, берущая его со всей страстью, забирающая его семя, которое сейчас уже росло в ней. Ярость и желание захлестнули его. Он застонал и прижался к её губам, требуя открыть рот, вонзаясь в неё, сминая. Рука обхватила грудь, пытаясь прощупать под тканью сосок. В голове шумело от дикого желания подчинить её, войти на всю глубину и заставить забыть ЕГО раз и навсегда. Он не сразу понял, что она бьет его по спине кулаками, кричит ему в рот не от страсти, а от страха. Он замер. И медленно отстранился, уже зная, что за этим последует. Она размахнулась и со всей силы отвесила ему пощёчину, потом ещё одну и ещё, и ещё. Открыла дверь и вылетела из машины.

Развернулась и, обхватив себя руками, закричала:

- Никогда, ты слышишь, никогда больше не смей ко мне прикасаться! Даже приближаться больше не смей! Ты нарушил своё обещание! Я никогда больше не хочу тебя видеть! Я всё ему расскажу! Будь ты проклят, Тагир!

Она развернулась и быстрым шагом вышла за территорию.

Тагир взвыл и несколько раз ударил руками о руль.

- Твою, сука, мать! Какого хера! - крикнул он, выходя из машины и устремляясь за нею следом.

Когда он выскочил на улицу, Ольга уже садилась в такси.

Тагир сжал кулаки и достал айфон. Быстро набрал знакомый номер и резко сказал:

- Злата, ты мне нужна немедленно, на всю ночь.

Меня трясло! От ужаса, от ярости, от той ловушки, в которую я попала. Такси остановилось около дома. Расплатившись, я вышла и оглянулась, ожидая, что сейчас рядом появится его внедорожник. Я не понимала, что теперь мне делать. Тагир очень ясно донес до меня свои планы относительно меня. Его не волновало ни то, что я люблю Вика, ни то, что я была, возможно, беременна от него. Как он сказал? Пристрелит моего мужа? Он сказал это так спокойно, что я поняла, для него это будет не первое убийство. И это всё из-за меня.

- Будь ты проклят, Тагир!- прошипела я, поднимаясь домой.

Открыла дверь и повесила ключи на место. Желудок скрутило узлом. Тошнота валила с ног, на пару с головной болью. Метнувшись в туалет, профонтанировала там до дрожи в коленках. В кармане, как ошалелый, трезвонил телефон. Достала его дрожащей рукой. Около десяти пропущенных звонков от Зайкалова и, твою мать! Пятнадцать пропущенных от мужа.

Смотрю на время. Пять часов. Набираю его номер, и он сразу же берет трубку.

- Ольга, твою мать!- кричит он.- Я сколько могу звонить? Что случилось? Я сейчас приеду!

- Витя, Вить! Постой!- пытаюсь прорваться через его ярость.- Любимый, пожалуйста!

Он замолкает. Я слышу его тяжёлое дыхание.

- Послушай меня, у меня всё хорошо, я не слышала звонок, прости меня. Прошу, прости.

Он выдыхает.

- Оль, точно всё хорошо?- уже спокойно спрашивает он.

- Да. Звук был отключён, прости меня.

- Ты поела?

- Да.- безбожно вру я.

- Врешь!- тут же обрубает он.

- Я сейчас поем, правда.- ногтем царапаю трубку.- Я соскучилась.- выдыхаю тихо, чуть слышно.

- Малыха, я тоже соскучился.- шепчет он.- Хочу тебя безумно. Постараюсь быть пораньше, не скучай. И включи звук!

- Хорошо. Уже включила.- засмеялась я, чувствуя, что весь ужас этого дня отпускает меня.

Он отключается, и я топаю на кухню. Хочешь, не хочешь, а перекусить придётся. От голода уже начинает кружиться голова. Телефон начинает снова звонить. Тагир. Сбрасываю звонок и набираю сообщение:

«Если не перестанешь звонить, заблокирую».

Тут же получаю ответ.

«Прости, не сдержался».

«Не лезь к нам, Тагир. Если ты хоть что-то ко мне чувствуешь, кроме желания затащить к себе в постель, не лезь в мою жизнь, я тебя прошу».

«Хорошо, Оленька. Прощай».

Выдыхаю и сажусь за стол, тщательно стирая нашу переписку и удаляя его номер. Всё, спектакль окончен. Все зрители ушли. Надо решить, что делать: рассказывать Витьке о сегодняшней встрече или нет. Не приняв окончательного решения, останавливаюсь на том, что сказать всё-таки нужно, вот только как?

Еле затолкав в себя три ложки тушёной фасоли, с какой-то феерической приправой, доползла до кровати и рухнула в неё, чувствуя себя абсолютно разбитой. Засыпая, дала себе слово, что в понедельник поеду в ВШЭ, напишу заявление о приеме на работу и, пожалуй, приступлю к ней раньше, иначе вообще загоню себя до состояния «пристрелите лошадку».

Все планы Вика и мои на эту ночь накрылись медным тазом, так как я проспала до утра, а он не стал меня будить, просто прижал к себе и спал, уткнувшись в мою шею. Только утром он разбудил меня своим вторжением, нежным и сладким. Я застонала и выгнулась, принимая его.

- Доброе утро, солнышко,- прошептал он, целуя меня в шею.

Рука опустилась вниз, раскрывая меня, обхватывая пульсирующий бугорок, сдавливая его, усиливая ощущения. Я вскрикнула.

- Сейчас, малыха,- прохрипел он, ускоряя движения,- давай со мной!

Яркая вспышка, и я кричу, вцепившись в него, растворяясь в нём.

Когда последние отголоски улеглись, я решилась.

- Вик, вчера кое-что произошло.- тихо сказала я, разворачиваясь к нему, глядя в его глаза.

- Ммм..?

- Тагир.- тихо говорю я.

- Он был здесь?- смотрит мне в глаза, чуть прищурившись

- Да. Зайкалов был здесь.

- Хорошо, что ты сказала, Оль. Я ждал, скажешь или нет, и поверь, от этого многое зависело.- вздохнул он, запрявляя пальцами мои волосы за ухо.

Я выдохнула.

- Это ещё не всё, Вить. Он… Мы… Он увез меня, и я была с ним. Нет, господи, нет, Вить.

Я вздрогнула, увидев, как его глаза наполнились яростью, как сжались зубы, до хруста.

- Ляля, блядь! Ты можешь четче выражать свои мысли!- прошипел он, нависая надо мной.

- Он показал мне подарок, Вить, просто показал подарок.