Она вытянула из-под него руки и упёрлась ему в грудь, отталкивая его, скидывая с себя. Вик почувствовал, как её начинает трясти. Она пыталась укусить его ладонь. Из её глаз потекли слёзы. Он ощутил их вкус на своём языке.

— Не стоит, зайка, — прошептал он. — Тебе понравится. Ещё ни одна баба не сказала, что я оставляю своих тёлок неудовлетворёнными.

Он опустил голову и впился ртом в её сосок, покусывая его, перекатывая между зубами, оттягивая, посасывая, как младенец, ударяя по твердому кончику языком. Она заметалась под ним.

- Сейчас, малая.

Вик достал из неё палец, поднял руку к её лицу.

- Смотри, какая ты влажная, ты уже течёшь, как хочешь меня. Сладкая, бля.

Он открыл рот и облизнул пальцы, застонав от удовольствия.

- Хочешь попробывать себя?

Его рука опять спустилась вниз, пальцы скользили туда и обратно, пока не остановились на тугом узелке у самого входа.

- Да. сука, вот он. Иди сюда.

Он сжал его, чуть крутанув. Лялька вгнулась дугой. Её зрачки расширились. Первые сильные волны оргазма накрыли её. Внутренние мышцы стали ритмично сжиматься. Вик почувствовал, как внутри неё стало жарко и туго. Она обхватила его пальцы плотным кольцом. её сок потек по бедрам, капая с его руки.

- Да, киска, ты голодная. Сейчас я тебю накормлю. Я оттрахаю тебя так, что ты забудешь всех, кто был до меня, я наполню тебя до краёв.

Она замерла.

Вик поднял голову и посмотрел на неё. Девушка отвернулась к стене и лежала, закрыв глаза, из под ресниц текли слёзы.

- Ляля?

Она повернула голову.

- Орать не будешь?

Она отрицательно махнула головой.

Вик осторожно убрал руку с её рта.

Лялька молчала. Просто смотрела на него.

Он провел рукой по её лицу. Накрыл её губы своими обветренными губами, проник языком в сладость её рта и нежно ласкал нёбо, сплетаясь с её языком. Вик продолжал пальцами проникать в неё, чувствуя, как влаги становится больше, слыша тихие хлюпающие звуки. Ещё чуть-чуть.

- Сука, не могу больше! Обхвати меня ногами! Ляля!

Тишина, ни одного движения.

- Блядь!

Он резко закинул её ноги за спину и стал протискиваться в узкую щелочку. Она тихо закричала, горько и надрывно.

Вик замер. Его начало трясти. Дрожь крупными волнами прокатывалась по его напряженному телу. Пот капал с носа, подбородка, падая солеными каплями на её грудь и губы. Черты лица заострились, Вик оскалился.

- Сука! - выругался он сквозь зубы. - Этого ни хера не может быть! Блядь! Сколько тебе лет? Сколько лет, твою мать?

- Двадцать три. - тихо прошептала она сквозь слезы.

- Ненормальный!

Я ходила из угла в угол, до сих пор не веря в то, что это произошло со мной.

Рука горела до сих пор, то ли от прикосновения к его огромному члену, то ли от… Нет, всё-таки от прикосновения. Я села на кровать.

Конечно, тут не поспоришь, нахал красив, как Люцифер в день низвержения с небес.

Я вспомнила, как меня прошибло током от одного его взгляда. Горячая волна спустилась вниз, и я почувствовала, как трусы сразу намокли. Ох! Я никогда себя так не чувствовала. Оттого, что он находился рядом, грудь стала тяжелая, соски сжались до боли. А когда он подошел ко мне сзади и прикоснулся к моей пятой точке своим горячим естеством, я в полной мере ощутила его мощную пульсацию и силу его желания. Всю дорогу, сидя за его спиной, ловила себя на мысли, что мне хочется опустить руки вниз и ещё раз почувствовать его сильные толчки.

- Оооо!

Я упала на спину и закрыла глаза, прижав к груди плющевого медвежонка. Провела пальцами по губам, вспоминая его поцелуй. Меня никогда ещё так не целовали. Ложь! Меня вообще никогда не целовали! Ни так, ни как! Поцелуй в четырнадцать лет я не считаю. Это был клевок в губы влюбленного и отвергнутого парня, который отомстил так, что с тех самых пор мужчины, как класс, перестали для меня существовать.

Память сразу перенесла меня на девять лет назад.

* * *

- Эй, Мята! Ты в курсе, что Макс от тебя тащится, как мышь по стекловате?

Тарасов подскочил сзади и дернул меня за волосы, стаскивая плавательную шапочку.

- Пошёл на хрен, Тарас! Я сняла резиновый тапок и запульнула ему в спину, наслаждаясь шлепком резины по голой спине.

- Совсем охренела! Завтра соревы, а у меня пятно на спине! Мне одной и пяти не хватает до первого разряда, если я из-за тебя время не возьму, утоплю, суку!

- Затрахаешься догонять!- хмыкнула я.

Свой первый я получила ещё зимой. А Тарас, как ни пыжился, не мог отбить полторы секунды.

- Иди ты на хер, ведьма!

Он сплюнул и ушел в раздевалку.

Я надела брошенный тапок и наклонилась, заправляя выскочившую резинку.

- Мята, ты куда после трени?

Голос Макса Лютого окутал меня теплым покрывалом. Самый красивый парень, старше меня на три года. КМСМК, приглашенный в сборную страны. О-о-о! Мечта любой девчонки. Плечи — косая сажень, на лопатках тату в виде ангела с расправленными крыльями. Попа, как грецкий орех. Моя подростковая фантазия в живом виде. В дневнике по плаванию на последней странице пятым пунктом планов на будущее было написано красной ручкой: «Стать женой Макса Лютого». Ни больше ни меньше. И вот он подошел и интересуется моими планами после трени! Есть ли у меня планы? Да их целая куча! Особенно пятый пункт!

Я облизнула губы и прищурилась.

- А что, есть идеи?

- Есть.- прищуривается,- Как насчет прогуляться?

Он улыбнулся, и я поплыла.

- Отлично.- заикаясь, прошептала я внезапно севшим голосом.- Подождешь около басика? Я быстро в душ, волосы высушу, и можем прогуляться.

- Супер! Я жду.

Он протянул руку и ткнул в меня указательным пальцем.

Я сайгаком понеслась в душ. Три минуты и полчаса под феном. Густые длинные волосы сушить такое себе удовольствие, но с мокрыми на улицу — это ещё хуже.

Выходила я уже одной из последних. Макс стоял у ворот и просматривал что-то в телефоне.

- Пошли?- спросила я, подходя к нему.

Он наклонился, чмокнул меня в щеку.

- Давай свою сетку.

Я передала ему тяжелую сетку с плавательными прибамбасами, он легко закинул её на плечо.

- Иди сюда, мелочь.

Его рука легла на моё плечо, пальцы оказались на груди. Он осторожно провел по ней, слегка касаясь, будто случайно. Меня прошибло теплой волной, и по телу побежали мурашки.

- Родаки ругаться не будут?- Хмыкнул он.

- С чего бы это? Я уже взрослая!- вскинула я голову, надеясь, что мать не начнет обрывать телефон, если задержусь.

- О! Совсем другой разговор. Ну пошли, что ли?

Мы шли молча по вечернему городу. Я всё время чувствовала его руку на своей груди, он поглаживал её, словно невзначай, заставляя меня вздрагивать.

- Ты летом едешь на сборы, Оль?

- Конечно, а как иначе, где ещё так классно потренишься?

- Только из-за этого?

- Конечно, а как по-другому?

Он засмеялся.

- Маленькая ты ещё, Мята.

- Сам дурак!

Я скинула его руку с плеча и пошла вперед быстрым шагом.

- Ну Оль! Ты чего обиделась? Я же пошутил!

Он догнал меня и взял за руку.

Мы дошли до моего дома, я остановилась.

- Ты чего? - он наклонил голову на бок.

- Мы пришли, - виновато улыбнулась я, - вот мой подъезд.

- И что? Открывай, провожу тебя до дверей.

Я судорожно стала искать ключи. Нашла. Дёрнула их из рюкзака. Они упали в лужу. Мы наклонились одновременно и ударились лбами.

- Ну ты, мать, даёшь! - засмеялся он, - Головушка деревянная.

- Ой, прости.

Я протянула руки, отодвигая чёрные пряди с его лба и дуя на начинающий наливаться шишак.

- Оля, - шепнул он, - ты знаешь, какая ты красивая?

Его руки обхватили мой лицо, а губы прижались к моим губам.

Я закрыла глаза. Первый поцелуй, он должен быть сладким, как шоколадка «Max Fun». Но... Он закончился, даже не начавшись. Макс тут же отстранился и улыбнулся, глядя мне в глаза. Как, и всё? Печалька.