– Сначала я хотела дождаться, когда вы будете тыкать этой бумажулькой в лицо мистеру Гемону, требуя у него отдать вам некоторое имущество маркграфа. Он сообразительный, мигом бы вызвал дознавателей. Но мне стало жаль Элианну, нельзя пачкать ее имя.

– Ты-ы, – прохрипела графиня. – Ты поставила фальшивую подпись!

– Ну что вы, очень настоящую, – серьезно ответила Падма. – Только под другим углом, неверным нажимом и куда меньшую, чем нужно. Принеси вы документ с совершенно чужой подписью, смогли бы сослаться на недоразумение. А мне не хотелось давать вам и шанса выйти сухой из воды.

Я отступила назад, скрываясь в тени замкового свода. Девушки действовали на удивление слажено, сразу видно, не первый раз прикрывают спину Элы и подкладывают кирпичики в шаткую лестницу ее благополучия. Справятся без меня.

Ночь прошла крайне плодотворно. Пунцовую от смущения невесту поймали в комнате жениха, устроили головомойку и потащили мыться. Эла сначала отмалчивалась, но по большому секрету открыла сакральное знание – оказывается, поцелуи бывают не только в губы и шею. Я снисходительно хмыкнула. У леди сегодня будет целая ночь открытий.

Когда молодожены под руку отправились в следующий зал, уводя бесчисленную толпу гостей, ко мне подскочила запыхавшаяся Кедра.

– Госпожа попаданка, срочно во двор.

Винсент! Я рванула, не разбирая дороги, и чувствуя как кровь шумит в ушах. Пусть его защищал Дарен и хорошее кремниевое ружье, я все равно не находила себе места от волнения.

В воздухе полыхало холодное черно-алое пламя, из которого показались две мужские руки, бережное держащие младенца. Кедра подхватила дитя и прижала к груди, принявшись его баюкать, а на землю выпрыгнул Дарен. Следом за ним из портала шагнул мистер Эшфорт, несший на руках бесчувственную длинноволосую женщину.

Женщина зашевелилась и слабо застонала. Стоящие поодаль свинопасы подхватили ее под мышки, и служанка тут же передала младенца матери – сходство между вортанами было очевидным.

– Винсент, что случилось? Кто это? Вы нашли росток?

– Нет, – мужчина устало потер поясницу и лучезарно улыбнулся. – Мы нашли кое-что получше – проводницу к острову, где остались последние живые растения.

– Рдаговые?

– Возможно. Я очень на это надеюсь. Но все потом, – Винсент шагнул мне на встречу и, не стесняясь, заключил в крепкие объятия. – А сейчас позволь мне принять душ, поесть и пригласить тебя на танец. Мой брат женится, в конце концов.

– Да, мам, с деньгами все в порядке. Не голодаю, не мерзну, не болею.

Я рассеянно перебирала кучу золота, возвышающуюся на столе, как маленькая пирамида. Все украшения переплавили в тонкие цепочки и простые кольца, чтобы их можно было легко сдать в комиссионный магазин или продать с рук людям, которых не интересует проба.

– Конечно, устроюсь на работу как можно скорее… Жаль, нет вакансий специалиста по неприятностям. Жених? Ох, мама…

– Я познакомлю тебя с племянником своей подруги. Помнишь тетю Таню, которая готовит божественные пирожные? – мамин голос прерывисто доносился из телефона. – Она уезжает в командировку почти на год и жаловалась, что ее двоюродный племянник никак не встретит хорошую девушку. Правда, он может оказаться для тебя староват, ему почти сорок лет. Но мужчина хороший, надежный и положительный.

Я вздрогнула, машинально притянув к себе Львицу. Кошка истошно мяукнула и хлестнула меня лапой по носу, сохраняя свое царственное достоинство. У-у-у-у, котомо неоседланная!

– Хорошо. Мам, я перезвоню, ладно? Кофе кипит. Пока!

Вообще-то, кошка права в своем честном негодовании. Она не ела целых двадцать четыре часа и буквально умирала с голоду, слабея с каждой секундой, о чем и сообщила мне прямо в лицо дикими воплями и сюрпризом мимо лотка.

Обратная акклиматизация шла тяжело. В коробке на столе лежали лекарства: жаропонижающие, иммуномодулирующие, абсорбенты и антисептики. Все, что можно купить в аптеке без рецепта. Там же лежал новенький анатомический атлас, справочник болезней и детская медицинская энциклопедия. Подумав, я добавила банку с розовым пищевым красителем, несколько горячо любимых детективов, набор шариковых ручек и пятновыводитель. Вот-вот должны были привезти любительский, но мощный микроскоп.

Надеюсь, за мной все-таки придут.

– Конечно придут, – убежденно сказала вслух. – У них моя бочка с серебром.

Не может же быть такого, что попаданка им больше не нужна. В темном глупом мире столько светлых и умных людей, которые всенепременно оценили мою пользу и еще не раз пригласят решить их беды. Хотя в этой истории моей заслуги мало, люди сами разобрались со своими проблемами и сумели их исправить.

Надо сказать, провожали меня со слезами. Эла держала меня за руку, Кедра норовила прикоснуться к пижаме и поправить невидимые складки, Франц подкручивал отросшую щетину – решил отпустить усы, за что получил от меня пару едких, но справедливых комментариев – и сам затягивал отправление. Я почти умилилась их искреннему горю от прощания, но в задних рядах хлопнула пробка от шампанского.

Кто-нибудь из лордов обязательно за мной вернется, как и обещали. Подумаешь, что пошли уже третьи сутки.

– Да чем можно заниматься целых два месяца? – прошипела я, глядя на мерзкую погоду за окном.

Разница во времени была очень существенна. Утешает лишь то, что разница между миром Тьмы и миром вортанов буквально исчисляется веками, а то и тысячелетиями. Бая Аз владела примитивной устной речью, изъяснялась больше жестами, чем звуками, и пылала лихорадочным жаром. Наверное, только из-за лихорадки она согласилась отправиться с Винсентом и Дареном в их мир вместе с ребенком. Ведь малыш мог просто не пережить путешествие порталом!

Янг предупреждал женщину о рисках, обещал вернуться с медицинской помощью и заключить с ней взаимовыгодный договор. Но женщина только выла, вцепившись ногтями в сапоги лорда, и умоляла его спасти хворого сына. Которого, видит Тьма, убили бы сородичи, выздоровей он от болезни.

Франц едва не упал в обморок, увидев, кого его брат притащил в замок. А Мио громко хохотала, подзуживая и подтрунивая над мистером Эшфортом как самая настоящая девочка-язвочка. Девочка, которая в глубине души до сих пор обижена на глупого взрослого, бросившего ее из-за дурацких слухов.

Возьму и уеду к подруге на целый день или с ночевкой. Посмотрим, как вы будете меня искать. Черт возьми, как же я по ним скучаю! Даже по несносной Падме, сумевшей меня удивить. Нет, ошеломить до глубины души своими интригами. Так ловко оставить леди Ланкрофт с носом и до последнего строить из себя испуганную дурочку сможет не каждая. Ее бы нормальному психологу показать, чтобы комплексы ей лопатой поправил – и порядок.

– Заберет меня кто-нибудь или нет? – я сердито подошла к зеркалу и уставилась на свое отражение. – Сколько можно ждать поезд «Земля – Лютерион»? Они же не… Не…

Глаза резко увлажнились, нос покраснел и захлюпал. Не выдержав тоски, я села на кровать и уткнулась лицом в колени. Наверное, Франц был предельно честен со мной – госпожа попаданка может даже не рассчитывать жить на его земле. У них ни принцев, ни драконов. Ни желания иметь рядом магнит для неприятностей.

– Не знал, что попаданки живут в такой… скромной обители

– Кто здесь? – испуганно взвизгнула я, подпрыгнув вместе с кроватью.

Голос донесся из кухни. Характерный, немного снисходительный и такой знакомый.

– Винсент!

– Госпожа Фрол, – театрально поклонился он, откидывая полу плаща. – Доставка заслуженного серебра. Просим прощения за задержку.

– Задержку? – задохнулась я. – У вас прошло два месяца!

Первые три часа после возвращения я приходила в себя, слонялась по квартире и заново узнавала знакомые до мелочей предметы. По наводящим признакам в виде живой Львицы, слегка севшей батареи телефона и отсутствию пропущенных звонков, стало ясно, насколько разнится время между двумя мирами. С той поры я глядела на минутные стрелки каждый час и отсчитывала количество дней, пролетевших там, по ту сторону портала.