Ни отклика, ни ощущения тонкой нити, которую я обычно чувствую. Пустота, холод и липкий страх, заставляющий чаще дышать.

Ещё несколько панических попыток выплыть, и в пещере осталось совсем мало воздуха, а у меня почти не осталось сил.

Наконец поток ослабел настолько, что перестал уносить меня обратно.

Выгребая из арки, я ощущала лишь слабое сопротивление и с опаской отправилась в сторону третьей пещеры. Надеюсь, там остался воздух, иначе мое упрямство обернется трагедией.

Воздуха почти хватало, но, оказавшись напротив арки, я обнаружила, что она уже заполнена водой.

Паника, отчаяние и страх.

Ко второй арке я не поплыла, просто лихорадочно барахталась, ощущая, как горит всё в груди и туманится сознание.

«Шушууу,» — мысленно взмолилась, понимая, что даже с магией доплыть банально не хватит сил.

Как ни странно, они не понадобились. Прежде чем я успела наглотаться воды, озеро озарила голубая вспышка, а меня прижали к чему-то горячему и потянули в сторону пещеры.

Сделав рваный вдох, вместо воды я ощутила горячие мужские губы, плотно прижатые к моим. Подобной наглости от дракона я никак не ожидала. И как только мы выплыли в пещеру, вместо благодарности оттолкнула его голову.

— Ты что, совсем? — часто задышала, цепляясь за шею Дерека, второй рукой вытирая свои губы.

— А ты предпочла бы наглотаться воды? — скептически проследив за моим жестом, хвостатый крепче прижал меня к себе.

— Неизвестно, что хуже — вода или твои слюни, — бурчала я, в то же время с интересом рассматривая дракона.

Глаза Дерека стали ещё ярче, зрачок сузился, а всё лицо было покрыто блестящей голубой чешуёй. Вероятно, издалека это выглядело жутко, но мне почему-то безумно захотелось прикоснуться к сияющим пластинкам.

«Интересно, на ощупь они такие же горячие, как его рука на моей талии?» — мелькнула мысль, от которой стало противно.

Ещё чего не хватало — на дракона залюбовалась.

Моргнув, я посмотрела на сосредоточенное лицо чешуйчатого ректора. Он не спешил меня отпускать, отстраняться или ругать за глупость. Часто дышал, прижимал к себе и молча позволял себя рассматривать.

— Готова? Первую пещеру скоро тоже затопит, — невозмутимо сказал этот непрошибаемый дракон.

Пытаясь набрать воздуха, я почти кивнула, но тут же закашлялась и крепче вцепилась в мужскую руку.

— Не могу, слишком замерзла. Даже связи с Шушу не чувствую, — замотала головой.

— Тогда придётся потерпеть мои слюни, Амелия. Иначе мы не выплывем, — всё тем же холодным тоном произнёс Дерек, потянувшись ко мне.

— Так бы и сказал, что хочешь поцеловать. Может, я и позволила бы, — фыркнула и закрыла глаза в ожидании, пока горячие губы снова накроют мои и меня не утянут под воду.

Но губы дракона моих так и не коснулись. Зато холодная рука заставила поднять подбородок.

— Если я тебя поцелую, Амелия, ты заметишь разницу. А это просто способ, чтобы ты не наглоталась воды, — слишком тихо произнёс хвостатый.

Ощутив на лице горячее дыхание с привкусом моря, я открыла глаза.

Зелёное сияние и пульсирующая тонкая полоска черноты. Это почти как у змеев, которые обитают в запретных лесах.

Дерек будто гипнотизировал меня, прожигая взглядом и заставляя сердце стучать быстрее.

Пришлось напомнить себе, что это всего лишь безродный подкидыш, верный наглый прихвостень отца и брата.

— Не уверена, что есть разница, дракон. Слюни и слюни — противно, вязко и мокро, — ответственно заявила.

Никогда не понимала все эти поцелуи. Нет в них ничего приятного, а со стороны выглядит просто «ФУ».

В ответ на свои слова я ожидала, что дракон заявит что-то в своём стиле — самодовольное и наглое.

Что-то вроде: «Никто раньше не жаловался» или «Ты моих поцелуев не дождёшься».

Но нет, Дерек замер. Даже голубые чешуйки пропали, а глаза округлились от удивления.

Почти минуту он переводил взгляд с моих губ на глаза и часто моргал.

— Тебя никогда не целовали? — то ли спросил, то ли утверждал голубой ящер.

Кажется, для него это стало открытием. Хотя нет, судя по тому, как удивлённо он смотрел, — полным шоком.

Ну и пусть! Я не стыдилась того, что меня ещё никто не пытался «облизать», о чём посчитала нужным сообщить своему так называемому мужу-жениху.

— И что с того? Меня, между прочим, выдали замуж за безродного, когда исполнилось всего семнадцать. А до этого… ну не с прислугой же во дворце мне было целоваться. В Академии, как выяснилось, только простолюдины да самодовольные хлюпики. Я скорее жабу поцелую, — скривилась, а Дерек, кажется, слегка улыбнулся, но продолжал так же внимательно за мной следить.

— Ты понятия не имеешь, о чём говоришь, — снисходительно сказал он.

— Ой, ну конечно! Великая потеря. Подумаешь, никто не целовал. Ты вон уже второй раз будешь со мной слюнями делиться. Как по мне, всё одно. Проживу без такого ещё и следующие лет двадцать, — зло заявила дракону.

В этот раз, Дерек даже не пытался сдержать улыбку. Оскалился, прижал меня ещё крепче и опустился в воду почти по самый нос. Мой нос.

— Держись крепче, нецелованная моя, и глаза закрой, — самодовольно заявил, наклонился и воспользовался тем, что я хотела возмутиться.

Стоило открыть рот, как мне мигом его закрыли. Яркая вспышка, а потом тело окутало холодом — меня утянули под воду.

В этот раз мы с Дереком плыли дольше, и время от времени я делала рваные вдохи, ощущая, как в груди всё наполняется приятным теплом.

Я дышала драконом или его странной магией, заменяющей воздух. После каждого такого вдоха рука на моей талии сжималась крепче, а тело голубого ящера становилось горячее.

Когда мы вынырнули в пещере, я даже немного согрелась. А ещё почти не вытирала губы. Точнее, я бы вытерла, но дракон вынырнул, зацепил мои руки за скалу и отплыл подальше.

Частичная трансформация почему-то в этот раз далась Дереку нелегко. Несколько минут он часто дышал, пытался убрать хвост и принять приличный вид.

То ли ректор боялся смутить меня хвостом и чешуей, то ли не желал выныривать в таком виде перед адептами.

— Ещё немного, — прорычал он, кажется, сам себе, и хвост исчез. Мужчина развернулся.

Голубые чешуйки скрылись, глаза больше не сияли, а вполне обычное лицо мага прикрывали мокрые черные волосы, с которых ручейками стекала вода.

Странно, в нижней пещере я даже не заметила, что ректор нырнул за мной в рубашке и брюках. Под прозрачной белой тканью проступала его обнаженная грудь.

Интересно, почему одежда не пострадала во время трансформации?

Отгоняя неуместные мысли о драконьей магии, я попыталась собраться.

— Не так уж противно, зато работает, — выдавила, лишь бы хоть что-то сказать.

Сказать что угодно, только не те глупые вопросы, которые звенели в голове.

Вероятно, следовало поблагодарить Дерека за спасение, но почему-то я не смогла.

Вообще, быть милой с этим хвостатым оказалось сложнее, чем со всеми остальными.

Даже с простолюдинами в Академии, я вела себя более приветливо и культурно, а с Дереком почему-то не получалось. Колкости и яд срывались с губ раньше, чем я успевала их остановить.

— Пожалуйста, Амелия. Нам нужно будет разобраться с твоей магией. Так быть не должно. Без своего фамильяра ты слабосилок, хотя магия бурлит внутри — я её чувствую, — невозмутимо сказал дракон.

Подплывая и посматривая на растущий уровень воды, он осмотрел меня и откинул волосы назад.

Что-то подсказывало, что на поверхность выныривать мы будем по отдельности.

Дерек переводил взгляд с моих губ на арку, заполняющуюся водой. Было очевидно, что он обдумывал, как поднять меня наверх, избегая лишних пересудов.

Уловив сомнения чешуйчатого ректора, я не смогла сдержаться.

— Наверх всплываем за ручки? Или ты желаешь быть героем? Сделаем вид, что новый ректор вытянул на поверхность бессознательное тело, — съязвила я, вздохнула и прислонилась затылком к камню.