Но ненависть к Эмиру продолжала тлеть внутри.

«Я просто ненавижу этого психа. Он не может прожить ни одного дня, не запихав свой член в дырочку.»

Мысль резанула больнее, чем я ожидала, но я стиснула зубы, заставляя себя идти дальше.

«Но со мной такое обращение не пройдет,» — твёрдо решила я. — «Даже если он король всего мира, даже если он управляет этой чёртовой вселенной.»

Снег шёл мягкими хлопьями, ложась на землю и укрывая её белоснежным покрывалом. Я медленно шагала по саду, стараясь сосредоточиться на красоте природы, а не на мыслях о нём. Морозный воздух слегка обжигал лёгкие, но это было даже к лучшему — он помогал отрезвить разум.

Снег скрипел под ногами, но внутри меня всё бурлило. Воспоминания о прошлой ночи всё ещё преследовали меня, вызывая боль и злость.

Я остановилась у замёрзшего фонтана и посмотрела на лёд, покрывший его поверхность. Гладкий, холодный, безжизненный. В каком-то смысле я чувствовала себя так же.

— Ваше величество.

Я вздрогнула, услышав голос позади. Обернувшись, я увидела одного из стражников. Он вежливо поклонился и подошёл ближе.

— Его величество просит вас прийти к нему в кабинет.

Моё лицо застыло. Всё, что я чувствовала на протяжении последних часов, мгновенно нахлынуло с новой силой.

— Скажи ему, что я занята, — ответила я холодно, поворачиваясь обратно к фонтану.

Стражник замешкался, явно не ожидая такого ответа.

— Но, ваше величество…

— Я сказала, я занята, — повторила я твёрже, не оборачиваясь.

Он постоял ещё мгновение, потом развернулся и ушёл, оставив меня одну.

Я снова посмотрела на лёд в фонтане.

«Он хочет поговорить? После всего? Нет уж, пусть поймёт, что я не собираюсь быть ещё одной женщиной в его гареме, которая бросается к нему по первому зову».

Я отвернулась от фонтана и продолжила прогулку. Если он хочет меня увидеть, пусть сначала научится заслуживать моё внимание.

Я стояла с закрытыми глазами, позволяя снежинкам падать на лицо. В эти минуты тишины и холода мне казалось, что я могу забыть обо всём, хотя бы ненадолго.

Но мой покой прервал голос, пробивший зимний воздух.

— Занята, значит? —

Я вздрогнула и мгновенно обернулась.

Эмир стоял на расстоянии, одетый в свой чёрный плащ и тёмное одеяние, словно сама тень. Его ярко-синие глаза выделялись на фоне зимнего снега, и от их взгляда мороз становился ещё сильнее.

— Да, — ответила я, стараясь звучать уверенно.

Он прищурился, а затем усмехнулся.

— Ах ты мелкая сучка, — прошипел он, двинувшись в мою сторону с таким видом, что я невольно начала пятиться назад.

Я отступала шаг за шагом, пока не почувствовала за спиной холодную мраморную кромку фонтана. Сердце бешено колотилось, и я была уверена, что он мог это слышать.

— Ты зашла слишком далеко, — произнёс он с яростью, резко хватая меня за локоть. — Как ты смеешь перечить мне, чёрт тебя побери! Я убью тебя! Откуда в тебе столько смелости, а?

Гнев в его глазах был пугающим, но я сжала кулаки, стараясь не показывать свой страх.

— Я не захотела, поэтому не пришла! — выпалила я резко, бросая ему вызов.

— Чёрт тебя побери! — взревел он. — Я из тебя живого места не оставлю! Шагай!

Он толкнул меня так, что я не удержалась и упала на белый снег. Морозный покров обжёг кожу, но я едва заметила это, глядя, как он приближается ко мне.

Эмир схватил меня за локоть и рывком заставил подняться.

— Вставай! — рявкнул он, тянув меня за собой.

Но он не повёл меня во дворец. Вместо этого он направился к заднему двору, и моё сердце сжалось от страха.

Я понимала, что сама напросилась, что его гнев теперь не остановить. Но каким-то странным образом я знала, что не уступлю. Даже если это будет стоить мне слишком дорого.

— Коня сюда! — рявкнул Эмир стражникам, и те мгновенно подчинились, приведя его огромного чёрного коня с блестящей шерстью и диким взглядом. — Принесите верёвку. Плотную.

Слова эхом прозвучали в тишине, заставляя меня вздрогнуть. В груди всё сжалось, предчувствие беды охватило меня целиком.

Стражник, не задавая лишних вопросов, передал Эмиру длинную верёвку. Эмир схватил её грубо, словно уже знал, как она будет использована. Он шагнул ко мне, и в его глазах плескался леденящий страх гнев.

— Ну что, моя женушка, готова? — произнёс он тихо. Он поднял верёвку, будто демонстрируя, что её участь уже решена. — Ты ведь знаешь, что бывает с плохими девочками, не так ли?

— Это слишком… — попыталась я возразить, чувствуя, как страх сковывает всё моё тело.

Эмир приподнял бровь, ухмыльнувшись.

— Слишком? — повторил он, сжимая верёвку в руках. — Ты сама пересекла черту. А теперь отвечай за свои поступки.

Он рывком схватил меня за запястья, заставив сложить руки перед собой. Верёвка обвилась вокруг них с пугающей быстротой и такой силой, что я зашипела от боли.

— Что ты собираешься сделать⁈ — крикнула я, стараясь скрыть дрожь в голосе, но страх всё равно проскользнул в нём.

Эмир наклонился ко мне, его лицо оказалось так близко, что я могла ощущать его горячее дыхание на своей коже.

— То, что ты заслуживаешь, Лилу, — прошептал он у самого моего уха, его голос был полон угрозы. — Я сломаю тебя. Сломаю твои хрупкие кости, чтобы они выполняли только мои приказы.

Эти слова обрушились на меня, как удар, от которого некуда было укрыться.

Его глаза пылали гневом, а холодный ветер обжигал кожу. Он не смотрел на меня как на человека, передо мной был человек, который привык, чтобы ему подчинялись безоговорочно.

После того как он затянул узел на моих руках, он потянул верёвку, привязав её к седлу своего коня. Я стояла, ошеломлённая и униженная, не веря, что он действительно собирается сделать.

— Нет, — покачала я головой, с ужасом догадываясь, что он собирался сделать. — Давай договоримся?

Эмир усмехнулся, спокойно оседлывая коня.

— Единственное, о чём я могу с тобой договориться, — это чтобы ты сделала мне отличный минет. Всё остальное меня не интересует.

Он дёрнул верёвку, заставляя меня пошатнуться. Конь тихо фыркнул, чувствуя напряжение в воздухе.

— Эмир, ты сошёл с ума! — выкрикнула я, но он лишь бросил холодный взгляд в мою сторону, словно мои слова были просто шумом.

— Откройте ворота, — приказал он стражникам ледяным тоном.

Конь фыркнул снова, когда Эмир потянул поводья. Он тронулся с места, увлекая меня за собой. Верёвка резко натянулась, заставляя меня шагнуть вперёд, чтобы не упасть в снег.

— Держись, Лилу, — бросил он через плечо с насмешкой. — Путь долгий.

— Я тебя ненавижу! — крикнула я, спотыкаясь на холодном снегу.

— Ненавидь сколько хочешь. Мне плевать, — обернулся он с ухмылкой. В его взгляде было садистское удовольствие. — Люблю, когда меня ненавидят.

Я пыталась шагать за конём, чтобы не упасть, но холод обжигал ноги, а верёвка впивалась в запястья, вызывая боль. Унизительное положение жгло меня не меньше мороза. Гнев и ярость кипели внутри, но я сдерживала слёзы, чтобы не показать ему свою слабость.

— Пусти меня, псих! — выкрикнула я, срывая голос. — Ты об этом пожалеешь!

Эмир усмехнулся, и его лицо исказила жестокая улыбка.

— Это то, что я хотел услышать, — ответил он, не останавливаясь. — Надеюсь, ты сделаешь так, чтобы я действительно пожалел. Хотя, знаешь, я никогда ни о чём не жалею, женушка.

Я пыталась сопротивляться, оттягивая шаги, но верёвка тянула меня вперёд с неумолимой силой.

— Ты думаешь, что совершаешь какой-то подвиг, издеваясь надо мной? — выкрикнула я, глядя ему в спину. — Думаешь, что после этого я стану покорной?

Он резко натянул поводья, и конь остановился, вскинув голову. Эмир обернулся ко мне, его тёмный плащ развевался на холодном ветру, а глаза, яркие и ледяные, прожигали насквозь.

— Я не думаю, Лилу. Я знаю. Ты станешь такой, как все остальные. Никто, слышишь, никто не выдерживает меня и моих выходок. Не сегодня, так завтра ты сдашься. И будешь плясать под мою дудку.