Сбросив с себя одеяло, я резко села на кровати, провела ладонями по пылающему лицу и вдохнула глубоко, чтобы хоть немного прийти в себя. Холодный утренний воздух слегка остудил кожу, но мысли всё ещё жгли.

Взглянув на дверь, я твёрдо решила, что больше не собираюсь сидеть здесь и утопать в своих чувствах. Нужно отвлечься, выйти, хотя бы ненадолго избавиться от его удушающего присутствия.

Я привела себя в порядок как могла, стараясь игнорировать отражение в зеркале, в котором всё ещё читались остатки эмоций прошлой ночи. Через несколько минут я покинула комнату и медленно спустилась вниз.

Приближаясь к гостиной, я услышала приглушённые голоса.

«Опять они» — подумала я, узнав тонкие, обиженные голоса наложниц.

Я остановилась за углом, не желая выдать своё присутствие, и стала слушать.

— Он провёл ночь в её покоях, — с недовольством произнесла одна из женщин.

— Первый раз, как он нарушил правила расписании, — ответила другая. — Вчера у него никого не было.

— Да, он даже не заинтересовался, — добавила третья, и её голос звучал почти жалобно.

— Вы бы видели, как я старалась вчера понравиться ему, — вдруг всхлипнула одна из них. — Но он даже не взглянул на меня.

— Господь мой, — вмешалась ещё одна, звучавшая резче остальных. — Неужели вы думаете, что он увлёкся женой?

После её слов повисла пауза, которую нарушил чей-то приглушённый голос:

— Это уже беда. Никогда раньше такого не было. Он всегда приглашал одну из нас, а вчера… он ночевал в её комнате. Я специально проверяла, выйдет ли он. Не вышел.

Я невольно сжала кулаки, стоя за углом. Их слова звучали будто обвинение, будто я сделала что-то против них, хотя мне самой от происходящего было не легче.

«Увлёкся?» — пронеслось в моей голове, и я быстро отогнала эту мысль. Это всего лишь очередной способ манипулировать мной. Ничего больше.

— Мы не можем этого допустить, — вдруг уверенно произнесла одна из женщин. — Если он действительно увлекся женой, нас могут просто отправить прочь. А ведь вы знаете, что случается с бывшими наложницами.

— Думаешь, мы должны что-то сделать? — тихо спросила другая, словно боялась, что её подслушают.

— Конечно. Мы должны максимально стараться понравиться ему.

Моя спина прилипла к стене, и я едва дышала. Эти женщины не просто раздражены, они готовы бороться за своё место.

Я вспомнила прошлую ночь, его настойчивость, его взгляд, в котором читалось что-то пугающе притягательное. Моё тело снова пронзило тепло. Это всё было слишком странно, слишком непривычно.

Я больше не стала слушать их шепотки и уверенным шагом вошла в гостиную. Девушки тут же поднялись с мест, опустив головы, словно виноватые дети.

— Подготовьте мне ванну, — холодно приказала я, окинув их строгим взглядом.

— Как прикажете, ваше величество, — хором ответили они, и одна за другой бросились выполнять поручение.

Некоторые на бегу украдкой бросали взгляды в мою сторону, видимо пытаясь оценить мой внешний вид или угадать, что произошло за закрытыми дверями прошлой ночью. Остальные направились к кухне, чтобы накрыть для меня завтрак.

Я присела за стол, стараясь выглядеть равнодушной, хотя внутри всё ещё ощущала их настойчивые взгляды.

— Где король? — спросила я, взяв в руки вилку.

— Его величество отправился по государственным делам, — ответила одна из служанок.

— Интересно, что это за дела, — усмехнулась я, делая первый кусок и стараясь не показать своё раздражение.

Завтрак проходил в тишине, но атмосфера вокруг была натянутой. Я чувствовала, как напряжение витает в воздухе. Лицемерное подобострастие наложниц было словно ядом, медленно разъедающим моё терпение. Каждое их движение, каждое опущенное ресницами косое взглядывание были пропитаны скрытой враждебностью.

«Они боятся,» — подумала я, поднося ко рту следующий кусок. — «Боятся, что я заняла место, которое каждая из них хотела для себя. Но, чёрт возьми, если бы они только знали, как я ненавижу всё это.»

Я вздохнула, пытаясь сосредоточиться на еде и успокоить бурю внутри себя.

Пока я ела, мысли о Эмире не давали мне покоя. Его отсутствие, как и его действия прошлой ночью, только добавляли загадок. Что он задумал? И почему вдруг нарушил свой привычный распорядок ради меня?

Я отпила глоток чая, чувствуя, как тепло обжигает горло.

Сегодня Эмира весь день не было во дворце. Я сидела в кресле, поджав под себя ноги и пытаясь сосредоточиться на книге. Но мысли постоянно ускользали, возвращаясь к тому, где он может быть и что делает.

«Почему я за него переживаю? Какого черта? Неужели то, что произошло вчера, для меня что-то значит?»

Я раздражённо захлопнула книгу и закрыла глаза, но тут услышала звуки, доносящиеся из коридора. Моя тревога усилилась. Шаги… Возможно, он вернулся.

Отложив книгу, я вскочила и направилась к двери. Затаив дыхание, прислушалась. Но уже была тишина. Не в силах справиться с любопытством, я осторожно приоткрыла дверь и выглянула наружу.

Сердце заколотилось, когда я увидела девушку. Она быстро шла по коридору в сторону комнаты Эмира, её платье едва прикрывало тело. Это была одна из наложниц.

Внутри меня что-то щёлкнуло. Чувство, которому я не могла дать название, охватило меня полностью. Не раздумывая, я выскользнула из комнаты и пошла следом, стараясь не издавать ни звука.

Она остановилась у двери его покоев и на мгновение оглянулась, словно проверяя, нет ли свидетелей. Я спряталась за колонной, с трудом подавляя громкие удары сердца.

Наложница приподняла руку, чтобы постучать, но дверь вдруг распахнулась сама.

— Ты опоздала, — холодно произнёс Эмир.

Мое дыхание перехватило.

— Простите, ваше величество, — пропела она с покорным видом. — Я старалась как можно быстрее.

— Входи, — коротко бросил он.

Она скрылась за дверью, которая тут же закрылась.

Я осталась стоять в тени колонны, чувствуя, как внутри всё сжимается. Вчера он был со мной, спал рядом, укрыл одеялом, а сегодня — она. Всё повторяется.

«Боже…»

Горячие слёзы потекли по щекам. Боль и унижение накрыли меня, как волна. Для него ничего не значит то, что было между нами. Конечно. То я, то другая. Он никогда не изменится.

Я не могла больше находиться здесь. Резко развернувшись, я побежала в свою комнату, закрыла дверь на засов и опустилась на пол, сжимая ладонями лицо.

— Урод! Ненавижу! — вырвалось у меня, и я изо всех сил ударила кулаком по двери. Боль отдалась в покрасневших костяшках, но она не могла затмить ту, что разрывала сердце.

«Чёрт, почему это так больно?»

Он никогда не изменится! Никогда!

«Как я могла позволить этому случиться? Как могла быть такой наивной?»

Вспомнив его прикосновения и слова прошлой ночи, я почувствовала, как сердце вновь сжалось. Всё это было ложью. Он просто играл. Для него я всего лишь очередная игрушка, как и все остальные.

— Урод, — прошептала я снова, но уже слабее.

Я сжала кулаки, пытаясь заглушить злость, которая боролась с болью внутри меня.

«Но почему это так ранит? Почему я позволяю ему влиять на себя?»

Я поднялась на ноги, решив, что больше не дам ему такого контроля над собой. Если он думает, что я буду просто частью его гарема, он глубоко ошибается. Я вытру слёзы, подниму голову и сделаю так, чтобы он пожалел о своей невнимательности ко мне.

— Чёрт! — вырвалось у меня, когда я в отчаянии попыталась справиться с нахлынувшим гневом.

Почему я вообще злюсь? Почему позволяю этому мужчине так влиять на меня? Он не заслуживает даже тени моей реакции.

«Пусть только посмеет прикоснуться ко мне снова… Я убью его!»

На следующий день я вышла на утреннюю прогулку, надеясь, что свежий морозный ветер поможет мне очистить голову. Холод обжигал кожу, но приносил облегчение, временно стирая воспоминания о прошлом вечере.