— Это в прошлом, — тихо ответила я.

Едва слова сорвались с губ, он резко притянул меня к себе, сжимая в объятиях так, что я ощутила каждую мышцу его тела. Это был тот самый Эмир — грубый, властный, ненасытный.

— Ну так что, — его губы замерли у моего уха, дыхание обожгло кожу. — Отпразднуем?

От этой хриплой, наполненной желанием интонации по телу пробежала дрожь. Я подняла голову, встречаясь с его пронзительным взглядом, и знала — этой ночью я снова потеряюсь в нём.

От этой хриплой, наполненной желанием интонации по телу пробежала дрожь. Я подняла голову, встречаясь с его пронзительным взглядом, и знала — этой ночью я снова потеряюсь в нём.

Я не успела ответить, потому что Эмир уже не оставил мне выбора. Его руки сомкнулись на моей талии, и в следующее мгновение я оказалась прижата к двери.

— Отпразднуем? — повторил он, изучая моё лицо с хищной усмешкой. — Хотя зачем я спрашиваю, Лилу, ты же всегда была моей.

— Самоуверенный, — выдохнула я, когда его пальцы скользнули вверх по спине.

— Разве нет? — Он наклонился ниже, касаясь губами уголка моих губ, но не целуя. — Хочешь, напомню, насколько?

От его слов по телу пробежала дрожь.

— И как же ты это сделаешь?

Эмир усмехнулся, и в его глазах заплясали искорки.

— О, я подготовил целый план… но думаю, он тебе понравится.

Он вдруг подхватил меня на руки, легко, будто я весила не больше пушинки.

— Эмир! — я вцепилась в него, а он только рассмеялся, направляясь к кровати.

— Что? — его улыбка была почти мальчишеской, но голос оставался низким, соблазнительным. — Тебе не нравится, когда я тебя балую?

— Балую? — я фыркнула, но сердце бешено колотилось.

— Конечно, балую. Кто ещё тебя так носит?

Он мягко уложил меня на постель и наклонился сверху, нависая, его глаза блестели с откровенным удовольствием.

— Ты становишься невыносимым, — пробормотала я.

— А ты — чертовски красивой, когда злишься, — он подался ниже, улавливая каждую эмоцию на моём лице.

Я собиралась ответить, но он больше не дал мне шанса. Его губы накрыли мои, жадно, требовательно, с той самой страстью, от которой кружилась голова.

— Чёрт, Лилу, — выдохнул он, отрываясь на секунду, — почему ты всегда так пахнешь?

Я рассмеялась, задыхаясь.

— Пахну?

— Как что-то опасное, — он снова склонился к моей шее, его губы оставили горячий след. — Как что-то, от чего я никогда не смогу отказаться.

И в следующую секунду неожиданность настигла меня, пощечина ударила по бедру, и я вскрикнула. Ну всё, начинается.

— Ты думала я не трахну тебя если увижу ребёнка? Член у меня стоит, — прошептал он, крепко сжимая моё бедро, вызывая новый крик.

— Мне больно…

— Я знаю, — вновь впитался в мои губы, жадно поцеловав. — Ты подарила мне ребёнка, и это — повод взять тебя сильнее, детка.

Он снова приблизился и начал медленно снимать моё платье, не заботясь о том, причинить мне боль. Ткань упорствовала, и, разрывая её, Эмир слегка повредил мою кожу. Конечно, вскоре моё тело покроется синяками, но в этот момент это не имело значения. Он был рядом — вот что истинно важно.

— Ты не устал? — спросила я, когда он коснулся моей шеи.

— Да, но у меня хватит сил заняться с тобой любовью.

Эмир слегка отстранился, его взгляд скользнул по моему голому телу, а пальцы пробежались по коже, вызывая дрожь. Я почувствовала, как его дыхание резко ускорилось, в глазах зажегся голод, который он больше не собирался скрывать.

— Ты стала ещё более женственной… это возбуждает, — его голос был низким, наполненным тем самым опасным желанием, от которого дрожь пробежала по моему телу.

— Тогда возьми меня, — прошептала я, прижимая ладони к его крепкой груди.

Я медленно провела пальцами по его рубашке, чувствуя, как под ней напрягаются мышцы. Осторожно расстегивая пуговицы одну за другой, я обнажала его тело, наслаждаясь каждым открывающимся сантиметром. Но внезапно замерла.

Рана. Глубокий, заживающий шрам пересекал его кожу с боку. В груди больно кольнуло, сердце сжалось от страха.

— Эмир… у тебя… — мой голос дрожал, и я едва сдерживала панику.

Он взял мою ладонь и мягко прижал к своей груди, глядя прямо в глаза.

— Детка, успокойся, — его голос был твёрдым, но тёплым. — Это просто рана. Уже зажила.

— Просто рана? — я провела кончиками пальцев по его коже, будто пытаясь стереть то, что когда-то причинило ему боль.

Он усмехнулся, склоняясь ближе.

— Поверь мне, сейчас рана, которую ты нанесла мне своей красотой, куда глубже, — его губы пробежались по моей шее, заставляя меня забыть обо всём. — И единственный способ исцелиться — это взять тебя прямо сейчас.

Его пальцы скользнули по моему телу, оставляя огненные следы, а дыхание стало тяжелее. В этот момент больше ничего не имело значения — только он, только я и эта ночь, сотканная из желания и страсти.

Забыв о шраме, я ответила на его поцелуй, вкладывая в него всю свою нежность и страсть. Мои руки блуждали по его спине, чувствуя каждый мускул, каждую линию его сильного тела.

Затем он медленно поднялся с кровати, увлекая меня за собой.

— На кровати слишком скучно, — прошептал он и тут же снова впился в мои губы поднимая меня в воздух, даря глубокий, жадный поцелуй. Его язык скользнул внутрь, переплетаясь с моим, и в этом прикосновении было столько дикого, необузданного желания.

Я обвила его ногами за пояс, ощущая, как напряжены его мышцы. Он уверенно удерживал меня, приближаясь к ближайшей стене, а затем резко прижал к ней, заставляя вскрикнуть от нахлынувшего возбуждения.

Я скучала по этим грубым, властным рукам.

Его горячее дыхание опаляло мою кожу, когда он склонился к самому уху и хрипло прошептал:

— Я слишком долго ждал этого момента, малышка.

Его руки крепко держали меня, не позволяя отстраниться, не давая ни малейшего шанса на сомнение. В этот момент я была полностью во власти его желания, и мне это нравилось. Я хотела его так же безумно, как он — меня.

Эмир прижался ко мне сильнее, и мое тело откликнулось мгновенно — горячей волной, разливающейся от его прикосновений.

Мои пальцы запутались в его темных волосах, и я слегка потянула, вызывая из его груди низкий, довольный рык. Он поднял меня выше и скользнул губами к груди, оставляя горячие поцелуи в самой точке. Его руки уверенно изучали мое тело, заставляя меня извиваться от нетерпения.

— Ты создана для меня, — прошептал он, целуя меня туда, где мое сердце билось с бешеной скоростью. — Никому не позволю даже прикоснуться к тебе.

Я ответила ему стоном, впиваясь ногтями в его плечи, поддаваясь ощущению безумии.

Он с силой сжал мою грудь, а затем горячим языком медленно прошелся по ней, вызывая во мне дрожь наслаждения. Я застонала, позволяя ему делать со мной всё, чего он желает.

Эмир внезапно опустил меня на пол и толкнул вперед — я едва успела опереться ладонями о ближайший стол, пытаясь сохранить равновесие. Но прежде чем я смогла выпрямиться, он уже оказался за моей спиной. Его руки скользнули по моей спине, пробуждая электрические разряды под кожей, затем он властно надавил, заставляя меня наклониться.

— Я знаю, как сильно ты этого хочешь, — его низкий, горячий голос прозвучал у самого уха, пробираясь по телу сладким трепетом.

Сильная ладонь шлёпнула меня по ягодицам, заставляя меня задохнуться от всплеска ощущений.

— Ты огонь, детка… и сегодня ночью ты сгоришь в этом пламени.

Я ощутила, как он расстегивает ширинку брюк, и только стоило мне немного расслабиться, как он мощно вошёл в меня, заполняя до последней капли. В груди застрял стон, который он тут же вырвал своим движением.

— Кричи для меня, детка, — его голос срывался на хрип, в котором слышалось чистое, необузданное желание.

Изнутри меня поднималась волна сладких чувств, и странное влечение, которое не хотело исчезать. Я закусила губу, чтобы подавить крик, но он прозвучал, как только Эмир начал двигаться. Каждый его рывок вызывал в теле сладкие ощущения, которые я не могла игнорировать.