— Не взваливай это на меня. Я не могу за это отвечать. Пожалуйста, просто возвращайся.

— Ладно, я буду звонить тебе каждый час, чтобы узнать, как дела.

— Идёт.

— Хорошо, — с осторожной решимостью говорит Картер и направляется к двери, а я следую за ним. Он поворачивается ко мне и вздыхает.

— Хорошо, — повторяет он. — Пока.

— Пока, — отвечаю я с задумчивой ухмылкой.

Он напряжен, как будто его по-медвежьи обхватили невидимые руки. Я вижу, как Картер напрягся, сопротивляясь желанию меня обнять. Мне следовало бы протянуть руку и сказать ему, что он может ко мне прикасаться, но я этого не делаю. Не могу.

— Со мной все будет в порядке.

Картер кивает и уходит.

Я жду, пока не стихнут его шаги, а затем запираю дверь на ключ и цепочку. Хватая ртом воздух, я поворачиваюсь и прижимаюсь спиной к двери. Наконец-то я могу дышать. Прошло всего четыре дня, но Картера уже слишком много. Я должна бы жаждать постоянного внимания, но хочу вовсе не этого, а того, что мог дать мне Сэм. Картер осторожен, нежен и неловок. Я понимаю, что должна относиться к нашим отношениям снисходительно, но мне просто нужно побыть наедине с собой. И не только, когда удаляюсь в ванную, где подолгу принимаю душ, чтобы поплакать на полу.

Я подхожу к окну и выглядываю на улицу. Снаружи стоит одинокая патрульная машина. Шериф сказал, что полиция пробудет здесь всю следующую неделю (и у Картера, и у моей матери), чтобы убедиться, что никто не вернулся. Ему придется притвориться, что он хочет с этим разобраться. Думаю, шериф делает ставку на то, что Сэм слишком умен, чтобы так быстро объявиться. Я включаю телевизор. По нему во всю показывают какие-то дневные сериалы, и я поворачиваю переключатель. И вижу свое лицо. Фотографию незнакомой девушки. Не успев расслышать ни слова из того, что говорят обо мне в новостях, я в панике снова переключаю канал. Я переключаю передачи до самого последнего канала и обратно. К этому времени в новостях уже другой сюжет. Но я не могу успокоить свой разум, поэтому отключаю его. Я слоняюсь по маленькой квартире, прикасаясь вещам, как к редким артефактам.

Я слышу в коридоре шум и замираю. Это он?

Подбегаю к двери и смотрю в глазок, соседка входит в свою квартиру. Я опускаю взгляд на свою руку и вижу, что все мелкие волоски встали дыбом. Несусь к окнам и убеждаюсь, что все они по-прежнему заперты, а шторы задернуты.

Я качаю головой, словно пытаясь отогнать противоречивые мысли. Сэм все еще мне необходим. Я ненавижу себя за это. Мне страшно, и все же я хочу, чтобы он пришел ко мне.

Он — моя самая большая угроза, и поэтому я продолжу чувствовать надвигающуюся опасность, пока не окажусь с ним. Быть с Сэмом, ощущать себя его частью — это единственный способ снова почувствовать себя в безопасности.

Следующий час я провожу, вздрагивая от каждого звука и приводя в порядок не нуждающиеся в уборке вещи, пока мой страх не пересиливает беспокойство. Я надеваю рубашку Картера и брюки, которые он принес мне из дома. Зачесываю волосы наверх и беру его солнечные очки.

С минуту я смотрю на дверь, размышляя, стоит ли мне выходить за пределы этой безопасной зоны. С тех пор, как я переступила порог этой квартиры, прошло четыре дня. Я бы хотела просто пойти на озеро. Там тихо и просторно, и я не заперта в четырех стенах.

«Прекрати, Весп. Ты туда не вернешься. Сделай это. Ты должна это сделать».

Я осторожно берусь за ручку дрожащей рукой.

«Ты справишься. Поверни ее. Ну же».

Я закрываю глаза и кусаю губы, делая прерывистый вдох. Вытягиваю из себя нервозность. Собираю силы.

К действительности меня возвращает телефонный звонок. Я снова задыхаюсь, вырванная из обретенного мной гипнотического покоя.

Телефон звонит три или четыре раза, прежде чем я понимаю, что должна ответить. Теперь, когда Картер ушел, это моя обязанность.

— Алло? — произношу я.

— Это я, — говорит Картер.

— Привет.

— Извини, я немного задержался с обещанным звонком. Все в порядке? Как у тебя дела?

— Со мной все отлично. Честно. Все точно так же, как тогда, когда ты ушел, — заверяю его я. — Как проходит твой день?

— Хорошо. Как я уже сказал, тяжело находиться здесь, зная, что ты одна.

— Как я уже сказала, не беспокойся обо мне. Хорошо?

— Ладно. Я позвоню тебе через час, на этот раз буду точно по расписанию.

— Идёт.

Я вешаю трубку, решив сразу же выйти за дверь, чтобы вернуться через час к следующему звонку Картера. Я направляюсь к ней, преодолевая сомнения, словно физическое силовое поле. На этот раз я хватаюсь за ручку и целенаправленно поворачиваю ее.

Снова звонит телефон.

На этот раз я фыркаю, раздраженная тем, что Картер проявляет свою назойливую заботу именно в тот момент, когда я наконец набралась храбрости. Я тащусь обратно к телефону и снимаю трубку.

— Аллооо, — мелодичным голосом произношу я, скрывая раздражение.

Ответа нет.

— Картер? — спрашиваю я.

Дыхание. Это все, что я слышу на другом конце провода.

— Картер, это ты? — спрашиваю я, в уверенности, что это всё плохая связь.

Снова чье-то дыхание, оно такое легкое, что я слышу его только из-за мертвой тишины в доме.

Дрожащими губами я выдавливаю из последних сил:

— С-сэм?

Раздается щелчок. Но я держу телефон у лица в ожидании чего-то. Чего-нибудь. До тех пор, пока мне в ухо не начинают врываться агрессивные гудки. Я с трудом вешаю трубку на рычаг и плетусь в ванную. Поворачиваю скрипучую ручку, пока шум душа не заглушит все пугающие меня звуки, а затем сажусь на крышку унитаза и жду возвращения Картера.

— Я приглашаю тебя на ужин, — объявляет Картер, снимая рабочую одежду.

— О... я... э-э...

— Прошло шесть дней. Не хочу на тебя давить, но давай попробуем, а? Тусующиеся на улице репортеры оставили надежду. Они решили, что ты где-то в другом месте.

Я вспоминаю, как на днях была близка к тому, чтобы самостоятельно выйти отсюда. Тот таинственный звонок раздался как раз вовремя, как напоминание о жизни, которой я лишилась. Это был Сэм. Вне всяких сомнений. Весь день и всю ночь я гадала, что бы это значило. Так он хотел сказать мне, что все еще думает обо мне? Он издевался надо мной?

При каждом звонке телефона я вздрагиваю. Нервно жду, когда Картер ответит, боясь, что если проявлю инициативу, то выдам секрет. Но пока что не произошло ничего необычного. И я не допускала мысли об уходе, думая, что в мое отсутствие позвонит Сэм, и я упущу хоть какой-то шанс обрести покой.

— Мы поедем куда-нибудь, где можно тихо и быстро перекусить, — настаивает Картер.

Он раздевается до трусов. Меня поражает, что это впервые с тех пор, как я вернулась. Я помню, что меня привлекало в его фигуре: какой он высокий, как длинной, извилистой дорогой спскаются к бедрам линии его пресса.

— Через пару дней вернется твоя мама. Знаю, с этим нелегко справиться, и думаю, что было бы неплохо вспомнить, каково это — немного расслабиться.

Я несколько секунд обдумываю это предложение.

— Хорошо.

—- Отлично! — говорит Картер и, потеряв самообладание, целует меня в лоб.

Я невольно напрягаюсь. Он делает вид, что не замечает, но мне известно, что это не так.

— Я быстро приму душ, — объявляет Картер, удаляясь в одном нижнем белье. Он осторожно закрывает за собой дверь, и я, глубоко вздохнув, падаю на кровать.

Звонит телефон.

На мгновение у меня перехватывает дыхание. Мне хочется бежать, броситься к телефону, но Картер может выйти и ответить сам, а у меня нет желания объяснять свой внезапный энтузиазм.

Звонок повторяется, Картер не открывает дверь, значит, он наверняка уже в душе. Я подхожу между третьим и четвертым звонками.

— Алло?

Тишина.

— Алло! Меня кто-нибудь слышит? — спрашиваю я, чувствуя, как от волнения перехватывает горло.