В комнате воцаряется тишина, и Кейден наблюдает за мной с непроницаемым выражением лица. Мое сердце так громко колотится о ребра, что я уверена, он его слышит.

— И что это значит? — Наконец спрашивает Кейден.

— Ты знаешь, что это значит.

— Нет уж, поясни.

Я делаю неглубокие вдохи, чувствуя, что мое сердце вот-вот выскочит из груди. Кейден, стоящий в двух шагах от меня, наблюдает за мной с мрачным напряжением, которое лишь еще сильнее нервирует меня. Я облизываю губы. Небрежно откинувшись на руки, я обхватываю пальцами край стола, который находится между стеной и мной, и слегка раздвигаю ноги.

— Мы трахнем друг друга.

Мой желудок переворачивается, а пульс учащается, когда эти слова слетают с моих губ. В течение нескольких секунд Кейден ничего не говорит. Что, конечно же, не помогает справиться с диким трепетом в моей груди.

Затем он усмехается и с отвращением оглядывает мое тело.

— Можно подумать, я горю желанием трахнуть Петрову.

Смущение пронзает меня насквозь, отчего мои щеки пылают. Разумеется, именно этого и добивался этот псих. И я это знаю. Поэтому, вместо того чтобы отреагировать на его оскорбления, я снова сажусь прямо и бросаю на него многозначительный взгляд.

— Не думай, что я не замечала, как ты смотришь на меня, — говорю я, пристально глядя ему в глаза. — Как ты изучаешь каждый дюйм моего лица, когда я испытываю оргазм. Как твой взгляд упивается каждым изгибом моего тела. Ты хочешь трахнуть меня так же сильно, как я... — Я останавливаю себя, прежде чем успеваю закончить предложение.

Потому что, несмотря на то, что я приехала сюда с определенной миссией, я не могу отрицать тот факт, что на самом деле я тоже хочу трахнуть Кейдена. Каждый раз, когда он доводил меня до оргазма с помощью вибратора, веревки или другим безличным способом, я не могла перестать думать о том, каково это — переспать с ним. По-настоящему. Чувствовать его руки на своей обнаженной коже. Чувствовать, как его смертоносное тело прижимает меня к матрасу. И мне безумно хотелось узнать, каково это — быть оттраханной таким человеком, как Кейден Хантер.

— Так же сильно, как и ты… что? — Тут же подхватывает Кейден. Разумеется он не оставил бы это без внимания.

— Так же сильно, как я хочу трахнуть тебя, — признаюсь я, отводя взгляд, в то время как к моим щекам приливает еще одна волна жара.

Кейден придвигается ближе. Положив свои сильные руки мне на бедра, он широко разводит мои ноги, а затем встает между ними. Его пьянящий аромат окутывает меня, заставляя мое сердце биться чаще, а кожу — пылать.

После того как его руки скользят немного выше по моим бедрам, вызывая приятную пульсацию в клиторе, он убирает их. Мое сердце замирает, когда вместо этого он проводит одной рукой по моему горлу, а затем обхватывает мой подбородок большим и указательным пальцами, запрокидывая мою голову назад. На его губах появляется самодовольная ухмылка, когда я наконец снова встречаюсь с ним взглядом.

— Ты так сильно хочешь меня трахнуть, да? — Насмехается он.

Я пытаюсь убрать его руку со своего подбородка, но она не сдвигается ни на дюйм. В его глазах пляшет веселье.

— Ты так же сильно хочешь трахнуть меня, — парирую я. — Даже не пытайся притворяться, что это не так. — Я с вызовом смотрю на него. — Так что давай просто трахнем друг друга и покончим с этим.

— Мы враги, — указывает он.

— Значит, сегодня вечером мы враги с привилегиями.

Он усмехается.

— Один жесткий трах, — предлагаю я.

— И что потом?

— Потом мы разойдемся.

Его темная бровь изгибается.

— Я не участвую в этой войне, которую ты ведешь с моими братьями, — говорю я. — Так что сегодня вечером мы избавимся от этого напряжения между нами, а затем наши пути разойдутся.

— Напряжения? — Насмехается он.

Отпустив мой подбородок, он наклоняется и проводит своими губами по моим. Его дыхание ласкает мой рот и танцует на моей коже. По спине пробегают мурашки, и я отчаянно пытаюсь вспомнить, как дышать.

Он ухмыляется, а его губы находятся всего в нескольких дюймах от моих.

— О каком именно напряжении ты говоришь?

Я хватаю его за ворот черной футболки и притягиваю его губы к своим.

Наши губы сливаются в неистовом поцелуе. Я сильно прикусываю его нижнюю губу, и в ответ он просовывает свой язык в мой рот и запускает руку в мои волосы. Обхватив одной рукой мой длинный конский хвост, он начинает наматывать его на кулак, пока не получает полный контроль над моей головой.

С силой сжимая мои волосы, он тянет меня вниз, заставляя еще сильнее запрокинуть голову.

Затем он овладевает моим ртом.

Другого слова для этого и не подберешь.

В моем мозгу вспыхивают молнии, и я забываю, как дышать, когда его требовательные губы и язык заставляют меня подчиниться. Я крепче сжимаю его футболку, прижимая его к себе, в то время как он продолжает поглощать мой разум и высасывать воздух из легких. Моя киска пульсирует от желания из-за страсти и интенсивности этого простого поцелуя.

Я ахаю ему в рот, когда на меня накатывает головокружение.

Если этот псих так целуется, то каково же, черт возьми, будет, когда он меня трахнет?

Обхватив его ногами за талию, я сильнее прижимаю его тело к себе, пока его член не соприкасается с моей киской. Отчаянная потребность пронзает меня, когда я чувствую эту массивную твердую выпуклость сквозь ткань нашей одежды.

Кейден просовывает руку под мою попку, и я сцепляю лодыжки за его спиной, пока он поднимает меня со стола, как будто я ничего не вешу. Я отпускаю его футболку и сцепляю пальцы за его шеей, пока он разворачивается и ведет нас к кровати, продолжая овладевать над моим ртом.

У меня сводит живот, когда он практически швыряет меня на свою кровать.

Матрас подпрыгивает, а черные простыни сминаются, когда я приземляюсь на них. Моргая от головокружения, вызванного внезапным исчезновением его губ и близостью его тела, я судорожно вдыхаю воздух и пытаюсь прийти в себя.

— Сними рубашку. — Резко командует он.

Темный трепет пробегает по моей спине, когда мои пальцы начинают возиться с подолом рубашки. Затем я стягиваю ее через голову и бросаю на пол. Бюстгальтера на мне нет, поэтому мои соски тут же твердеют.

Глаза Кейдена темнеют, когда он смотрит на них.

Мое сердце бешено колотится в груди.

Я вздрагиваю от неожиданности, когда он внезапно поднимает руку и сильно толкает меня в грудь. Я падаю спиной на мягкий матрас.

Не успеваю я прийти в себя, как сильные руки обхватывают мои лодыжки. Я вскрикиваю, когда Кейден притягивает меня к себе, пока мои ноги не свисают с кровати. Подняв голову, я вижу, что он расстегивает мои брюки.

Жар разливается по моему телу, когда он проводит пальцами по краю моих брюк и трусиков, а затем стягивает их вниз. По моей коже пробегают мурашки, когда последние оставшиеся предметы одежды присоединяются к рубашке, лежащей на полу.

Полностью обнаженная, я смотрю на Кейдена.

Он стоит между моих раздвинутых ног, нависая надо мной, как прекрасный дьявол, готовый наказать порочного грешника. Боль между ног усиливается, и я ловлю себя на том, что задыхаюсь. Боже, я хочу, чтобы он трахнул меня. Жестко.

— Почему ты не раздеваешься? — Удается мне выдавить из себя, в то время как мое сердце вытворяет странные вещи в груди.

— С чего бы мне это делать? — На его губах появляется жестокая улыбка. — Я же сказал тебе, что не стану трахать Петрову.

Гнев пронзает меня, как удар молнии. Ну, нет, блять, я не позволю ему так целовать меня, раздеть догола, а затем оставить ни с чем.

— Я, блять, так сильно ненавижу тебя, — рычу я на него.

Он наклоняется ко мне, выражение его лица мрачное и опасное.

— Что ты сказала?

Мое сердце бешено колотится в груди, и я отползаю назад, чтобы увеличить расстояние между нами. Но далеко уйти не удается. Он движется, как чертова гадюка.

Только что он стоял рядом с кроватью. Сейчас же — уже на ней. Я пытаюсь вскарабкаться наверх, к изголовью, но он хватает меня за бедра и тянет вниз, пока не оказывается верхом на мне. Он смотрит на меня, ожидая ответа. Я приподнимаю бедра и пытаюсь сбросить его от себя, но он неподвижен, как гора.