— Тебе бы этого хотелось, принцесса? — Спрашиваю я.

Она прикусывает внутреннюю сторону щеки, но продолжает молча смотреть на меня.

— Какой из вариантов тебе больше нравится? — Я перемещаю руку и провожу большим пальцем по ее нижней губе. — Тот, где я снова засуну свой член тебе в глотку? Или тот, где я вставлю тебе в рот огромный кляп и закреплю его на голове замком, ключ от которого будет только у меня? Таким образом, ты не сможешь говорить, пока я не разрешу.

Очередная дрожь пробегает по ее телу, и она ненадолго закрывает глаза.

Я ухмыляюсь.

— А может, тебя привлекают оба варианта?

Она прерывисто вздыхает.

У меня болит член. Блять, мне не следовало произносить все это вслух. Потому что сейчас я могу думать только о том, чтобы сделать с ее идеальным телом и то, и другое, и даже больше.

Ее грудь вздымается, и она смотрит на меня глазами, в которых отражается целая гамма эмоций. Затем она делает глубокий вдох, и на ее губах появляется лукавая улыбка.

— Попробуй, — усмехается она. — И я убью тебя во сне.

Из моей груди вырывается смешок. Я перемещаю руку обратно к ее горлу и крепко сжимаю его.

— Угрожаешь, да? Ты только что видела, как один из лучших наемных убийц выпускного года убежал, поджав хвост, после одного моего слова, и думаешь, что угрозы тебе здесь помогут?

— Да, но у меня вопрос, почему?

— Что, почему?

— Почему все отступают, стоит тебе только взглянуть в их сторону? — Она качает головой, и в ее глазах читается неподдельное замешательство. — Это бессмысленно. Все здесь тренируются, чтобы стать наемными убийцами. Так почему же все так чертовски боятся тебя?

Я удивленно поднимаю брови.

— Ты не знаешь?

— Нет.

Отпустив ее горло, я делаю шаг назад и наклоняю голову, изучая ее.

— Как ты можешь не знать?

Тень раздражения и смущения мелькает на ее лице, когда она, в попытке защититься, скрещивает руки на груди и отводит взгляд в сторону.

— Моя семья не хотела, чтобы я становилась наемным убийцей. Так что я... не совсем знакома со всей политикой этого мира.

Несколько секунд я просто молча наблюдаю за ней. Не по этой ли причине она не боится меня, как все остальные? Не потому, что она каким-то образом видит все мое дерьмо насквозь и ее не волнует, что я жестокий и непостоянный. А просто потому, что она не знает.

Разочарование пронзает меня насквозь.

Как только она поймет, как устроен этот мир, она, вероятно, начнет вести себя как все остальные и перестанет бросать мне вызов, как делает это сейчас.

У меня в животе появляется тяжесть.

Но если это так, то мне нужно знать, поэтому я подавляю все эти чувства разочарования и вместо этого задаю ей вопрос, на который, я знаю, она ответит утвердительно.

— Хочешь, я тебе покажу?

Райна

Илай направляется к водительскому сиденью своего Range Rover, который теперь снова в идеальном состоянии. Я отхожу в сторону, направляясь к пассажирской двери. Не успеваю я открыть дверцу, как чья-то рука снова захлопывает ее.

— Мило, — фыркнув, говорит Рико. Вместо этого он кивает подбородком в сторону задней двери. — Назад.

На секунду я раздраженно смотрю на него, но потом закатываю глаза и отпускаю ручку. Кейден стоит рядом с открытой дверью заднего сиденья, вертя в руке нож.

Несмотря на то, что он даже не смотрит на лезвие, он не пропускает ни одного вращения, поднимая другую руку и указывая на открытую дверь.

— После тебя.

Не потрудившись ничего сказать, я просто прохожу мимо него и сажусь в машину. Не успеваю я как следует сесть, как распахивается другая дверь, и Джейс плюхается на сиденье рядом со мной.

Рико, сидящий на переднем пассажирском сиденье, оборачивается и хмуро смотрит на него.

— Где ты взял биту?

Джейс захлопывает за собой дверь и откидывается на спинку сиденья. В правой руке он держит бейсбольную биту, прислонив ее к плечу.

— Она просто лежала на поле, поэтому я ее подобрал.

Рико усмехается и качает головой, отворачиваясь к лобовому стеклу.

— Конечно, подобрал, Золотце.

Выпрямившись, Джейс направляет биту на Рико и угрожающе стучит ею по боку его сиденья.

— Прекрати меня так называть.

— Если эта бита оставит хоть одно пятнышко на моих сиденьях, я отправлю тебя на тот свет, — предупреждает Илай, глядя на Джейса в зеркало заднего вида.

Справа от меня хихикает Кейден, садясь в машину и захлопывая дверь.

— Он снова принес в машину свои грязные игрушки?

— О, как иронично, что ты пытаешься отчитать меня за грязные игрушки, — парирует Джейс и бросает на него острый взгляд.

Судя по лукавой улыбке, скривившей рот Кейдена, я уверена, что они говорят не о фрисби⁵ и футбольных мячах.

— Если вы закончили препираться, — перебивает Илай. — Пристегните свои гребаные ремни.

Меня охватывает удивление.

— К тебе это тоже относится, принцесса, — говорит Илай, встречаясь со мной взглядом в зеркале.

После четырех щелчков он кивает и выезжает с парковки. Я смотрю, как за окном проплывают поля, пока он увозит нас от Блэкуотера в сторону ближайшего города. Послеполуденное солнце отбрасывает на землю оранжевые и золотые полосы.

Оторвав взгляд от пейзажа, я снова переключаю внимание на окружающих меня людей. И Кейден, и Джейс сидят, широко расставив ноги в типично высокомерной мужской манере, отчего мне приходится поджимать колени. Джейс рассеянно барабанит пальцами по рукояти биты, глядя в окно. Справа от меня Кейден делает то же самое, только вместо этого вертит в руке нож.

Мой взгляд падает на другой клинок, выглядывающий из набедренной кобуры. Незаметно переместив свой вес, я протягиваю к нему руку. Затем замираю на несколько секунд. Убедившись, что никто из них на меня не смотрит, я осторожно вынимаю один из ножен.

Чья-то рука опускается и сжимает мое запястье. Я испуганно втягиваю воздух.

Остальные оборачиваются, чтобы посмотреть на меня, в то время как Кейден поднимает мою зажатую руку. Золотистый солнечный свет сверкает на лезвии, которое я все еще держу.

— Мне было интересно, попробуешь ли ты сделать это еще раз, — говорит Кейден, одаривая меня колкой улыбкой.

Я пытаюсь вырвать свою руку из его хватки. Но когда мне этого не удается, я просто придаю своему лицу беззаботное выражение.

— Ты ожидал этого?

— Одурачь меня хоть раз...

Илай не отвлекается от дороги, но украдкой поглядывает на меня в зеркало. Остальные его братья смотрят на меня глазами, полными предвкушения, как будто им не терпится увидеть, чем все это закончится.

— Как ты это сделала? — Спрашивает Кейден. — В первый раз. Как тебе удалось украсть его так, что я не заметил?

Потому что я химик. У меня невероятно ловкие руки и нежные пальцы, потому что последние десять лет я работала с опасными химикатами. Но пока я хочу оставить эту информацию при себе, поэтому решаю ответить по-другому.

Выдерживая его тяжелый взгляд, я отвечаю:

— Потому что, возможно, я не такая уж и никчемная, как все здесь, кажется, думают.

В зеркале заднего вида я чувствую, как взгляд Илая прожигает дыры в моей голове. Но я не свожу глаз с Кейдена.

— Скажу лишь раз, — медленно начинает он, четко выговаривая каждое слово. — Никто не прикасается к моим клинкам.

Все еще сжимая мое запястье, он отводит мою руку назад, приближая нож в моей ладони к моему горлу. Я пытаюсь остановить его. Не получается. Я даже обхватываю его запястье другой рукой, пытаясь остановить и его движения. Но это все равно что бороться с приливом. И я не могу просто бросить клинок, потому что он упадет прямо мне на колени.

Холодная сталь касается моей кожи, когда Кейден приставляет нож к моему подбородку.

— Поняла? — Требовательно спрашивает он, его взгляд настолько холоден, что я чувствую, как по коже пробегает дрожь, когда он смотрит на меня.