Райна молча смотрит на нее еще несколько секунд. Затем она медленно убирает руку. Развернувшись, она направляется к нам, не говоря больше ни слова.

Я сжимаю руку под столом.

Честно говоря, я немного... разочарован.

Я ничего не сделал, чтобы оттолкнуть руку Шелли, когда вошла Райна, потому что хотел посмотреть, что она сделает. Как она отреагирует.

Если бы я увидел, что какой-то парень вот так положил руку на предплечье Райны, я бы сломал этому ублюдку запястье и все пальцы до единого. Райна — моя. И никто, кроме меня, к ней не прикоснется.

Поэтому я хотел посмотреть, что произойдет. Я надеялся, что она будет такой же собственницей. Но вместо этого она... извинилась за то, что слишком остро отреагировала?

Смятение и разочарование все еще бурлят во мне, когда Райна подходит к нам. Она опускается на пустой стул рядом с Рико, а не на тот, на котором сидела Шелли. Не говоря ни слова, она тянется через стол и хватает мой поднос.

Приподняв брови, я наблюдаю, как она придвигает к себе мою тарелку, а затем быстро приступает к еде.

Все трое моих братьев бросают на меня неуверенные взгляды.

— Ты в порядке? — Спрашиваю я.

Вокруг нас снова раздается рокот голосов и звон приборов о тарелки.

— Конечно, — отвечает Райна, продолжая есть рис и куриное рагу с моей тарелки. С тех пор как она вернулась, она ни разу не посмотрела мне в глаза. — Хотя я немного не понимаю, почему ты просто сидел здесь, как бесполезный комок мышц, и абсолютно ничего не делал.

— Я хотел посмотреть, что ты будешь делать, — честно отвечаю я. — Я не хотел, чтобы она сидела за нашим столом, и не хотел, чтобы ее рука касалась моей, но я не оттолкнул ее, потому что хотел посмотреть, как ты отреагируешь.

Теперь она поднимает взгляд от тарелки. Я пытаюсь разгадать эмоции в ее умных зеленых глазах, но непроницаемая маска на ее лице не позволяет понять, о чем она думает.

Не сводя с меня взгляда, она откладывает вилку и откидывается на спинку стула. Но все, что она говорит, это:

— Ха.

— Должен признать, — продолжаю я. — Я немного удивлен, что ты извинилась перед ней.

Она ничего не говорит. Только продолжает смотреть на меня своими непроницаемыми глазами. Сам воздух между нами словно заряжен электричеством.

— Помогите! — Крик сотрясает воздух, как выстрел. — Помогите! Она не может дышать!

Раздается скрип стульев и шорох одежды, когда все бросаются на звук голоса. Я тоже оборачиваюсь, и мои глаза расширяются, когда я вижу, что Шелли хватается за горло, а ее лицо быстро приобретает оттенок красного.

— Нам нужно доставить ее в больничное крыло! — Кричит девушка рядом с Шелли.

Два человека тут же бросаются вперед, чтобы помочь ей поднять Шелли со стула.

Я снова поворачиваюсь к Райне и поднимаю брови.

Наконец эта непроницаемая маска трескается, и на ее губах появляется лукавая улыбка.

— Это была ты, — говорю я. Наполовину утверждение, наполовину вопрос.

Она кивает в сторону Джейса.

— Как говорит твой брат, никогда не знаешь, когда может понадобиться хорошая бита. Вот только... — Она поднимает руку и показывает нам крошечный флакончик у себя на ладони, после чего он исчезает обратно в рукаве. — Никогда не знаешь, когда может понадобиться хороший пузырек с ядом.

— Ха! — Восклицает Джейс и указывает на нее. — Именно так я всегда и говорю!

— Да, она только что сказала... — Начинает Рико, затем тяжело вздыхает и качает головой в сторону Джейса. — Неважно.

— Ты отравила ее? — Говорю я, не сводя глаз с Райны.

На ее губах все еще играет ухмылка, и она беззаботно пожимает плечами.

Недалеко от нас трое людей поднимают Шелли и спешат к двери.

— Как тебе вообще удалось это сделать так, что никто не увидел? — Спрашивает Кейден.

Райна переводит взгляд на него и лукаво улыбается.

— Точно так же, как я продолжаю красть твои ножи.

Он прищуривается, глядя на нее.

Она лишь шире улыбается и снова пожимает плечами.

— Я работаю с опасными химикатами с десяти лет. — Пустой пузырек из-под яда на секунду появляется между ее пальцами, а затем снова исчезает. — У меня очень ловкие руки и нежные пальцы.

— Она выживет? — Спрашиваю я, кивая в сторону Шелли, которую волокут по полу.

— Да. — В глазах Райны сверкает злость. — В течение следующих двух дней, пока яд будет медленно выходить из ее организма, она будет жалеть, что не умерла.

Из моих легких вырывается веселый вздох, и я медленно качаю головой. Но в моей груди бешено колотится сердце.

Райна никогда не собиралась извиняться перед Шелли. Она не планировала отступать. Совсем наоборот. Она сделала решающий шаг еще до начала войны, обманом заставив врага думать, что она победила, а затем подлила яд в ее напиток.

Суматоха стихает, когда небольшая группа вытаскивает Шелли за дверь.

В комнате воцаряется оглушительная тишина.

Несколько секунд никто не двигается.

Затем все, как один, поворачиваются и смотрят прямо на Райну.

— Тебе следовало подождать и отравить ее позже, — тихо говорит Кейден справа от меня. Его взгляд тоже устремлен на Райну.

— Зачем? — Спрашивает она.

— Потому что теперь все знают, что это была ты.

— Я в курсе. В этом и был смысл.

Мы все наблюдаем за ней, как она берет мой бокал и ставит его перед собой. Весь кафетерий молча смотрит на нее. На ее губах появляется злодейская улыбка, когда она окидывает их взглядом и медленно поднимает бокал в небрежном приветствии.

— Я хотела, чтобы они знали, что это была я, дав им понять... — Она отводит взгляд и смотрит мне в глаза. — Что никто не смеет прикасаться к тому, что принадлежит мне.

Мое сердце замирает, и огонь разливается по венам.

Блять, кажется, я люблю эту девушку.

Райна

Я врезаюсь в стол, когда Илай заталкивает меня в ближайшую пустую комнату и захлопывает за нами дверь. Затем раздается щелчок, когда он запирает ее. Выпрямившись от его сильного толчка, я открываю рот, чтобы спросить, какого черта он творит. Мы даже не закончили есть, когда он вывел меня из кафетерия и затащил в эту комнату. Однако прежде чем этот вопрос успевает сорваться с моих губ, Илай поворачивается ко мне лицом. И все слова замирают у меня на языке.

Желание, сильное собственническое желание, горит в его глазах, как лесной пожар. И когда он скользит испепеляющим взглядом по моему телу, я внезапно забываю, как дышать. Мое сердце сжимается в груди.

— Ты чертовски сексуальна. — Илай приближается ко мне, как хищник, и снова пробегает огненным взглядом по моему телу. — Отравляешь ее посреди кафетерия, а потом поднимаешь свой гребаный бокал в небрежном приветствии, пока все на тебя пялятся...

Качая головой, он останавливается прямо передо мной. Он стоит так близко, что я зажата между ним и краем стола, мои сиськи задевают его мускулистую грудь при каждом вдохе.

— Ты хоть представляешь, как трудно мне было удержаться, чтобы не заявить на тебя права прямо там, на гребаном столе? — Он проводит рукой по моей щеке и зарывается в волосы, в то время как его глаза сверлят мои. — Чтобы все знали, что никто не имеет права прикасаться к тому, что принадлежит мне?

Молнии бегут по моим венам от того, как он смотрит на меня.

Схватив его за ворот рубашки, я притягиваю его лицо к своему и произношу свои следующие слова прямо ему в губы.

— Да, ну, ты не единственный, кто может быть собственником.

— Спасибо, блять, за это.

Он прижимается своими губами к моим. Я растворяюсь в его теле, когда он обнимает меня одной рукой за спину, сильнее притягивая к своей упругой груди, и впивается в мои губы таким страстным и собственническим поцелуем, что у меня поджимаются пальцы на ногах.

Скользнув рукой по моим волосам, он наматывает их на кулак, чтобы удержать мою голову на месте. В то время как его язык доминирует над моим, он двигает бедрами, прижимаясь ко мне своим твердым членом.