Глаза Джейса загораются озорством, когда он тянется к верху своих темно-серых спортивных штанов, словно собираясь стянуть их прямо сейчас. Но прежде чем его пальцы успевают коснуться ткани, прямо перед ним в воздухе мелькает нож.

Он с грохотом вонзается в противоположную стену.

Мы с Джейсом удивленно оборачиваемся к Кейдену. Илай и Рико только хихикают и обмениваются удивленными взглядами.

— Держи свой гребаный член в штанах, — говорит Кейден. — Я завтракаю.

— Во-первых, — начинает Джейс, поднимая палец в воздух. — Ты ничего не ешь. И во-вторых... — Он хрустит костяшками пальцев, направляясь к столу. — Если ты еще когда-нибудь бросишь в меня нож, я познакомлю тебя со своей любимой битой.

Кейден фыркает.

— Давай, попробуй.

Пока они продолжают угрожать друг другу, Илай отталкивается от края и встает прямо передо мной. Положив руки мне на бедра, он раздвигает мои ноги, чтобы встать между ними. Я приподнимаю бровь, глядя на него.

Протянув руку, он крепко хватает меня за воротник футболки и притягивает мое лицо к своему. В его глазах светится обещание болезненной, злобной и совершенно восхитительной мести.

— Ты заплатишь за это, принцесса. — Его кулак сжимает мой воротник. Удерживая меня на месте, он наклоняется и прикасается своими губами к моим. — Дорого.

Я хихикаю, а затем шепчу ему прямо в губы свои следующие слова.

— Я рассчитываю на это.

Илай прижимается своими губами к моим, впиваясь в мой рот диким поцелуем.

Мое сердце учащенно бьется в груди.

Я чувствую себя легче, чем когда-либо за последние годы.

Я чувствую, что наконец-то снова могу дышать.

Коннор знает, что я приехала сюда, чтобы защитить его, поэтому он больше не ненавидит меня. А Илай больше не преследует Коннора, поэтому мне не нужно беспокоиться о его безопасности. Мне также не нужно скрывать свои чувства к Илаю. Он больше не враг, и мне не нужно продолжать притворяться, что он не воспламеняет меня каждый раз, когда смотрит на меня. Мне не нужно продолжать игнорировать то, как его испорченная душа взывает к моей. То, как бешено колотится мое сердце, когда его руки касаются моей кожи. Теперь я могу просто почувствовать все это. Принять все это.

Я не могу вернуться к программе подготовки учителей. Отчасти потому, что я уже отчислилась и мне придется ждать еще год, чтобы снова подать заявку. Но в основном потому, что я просто не хочу быть чертовым учителем химии. Мне надоело скрывать свое безумие. Мне надоело притворяться нормальной.

Я понятия не имею, чем в итоге хочу заниматься. Я никогда не стану хорошим наемным убийцей, и продолжу проваливать практически все свои занятия здесь, но я закончу этот год в Блэкуотере. А дальше — как пойдет.

Однако, несмотря на то, что это радостное чувство пронизывает мою грудь, в ней прорастает семя беспокойства. Есть кое-что, о чем я забыла. Что-то опасное. То, чему я должна была уделять большее внимание, а не думать о том, как заставить Илая выебать меня у ближайшей стены.

Но когда губы Илая впиваются в мои, эта мысль улетучивается, и вместо этого я провожу пальцами по его мягким черным волосам, отвечая на поцелуй.

Илай

Мой взгляд снова скользит по кафетерию. Несмотря на то что я знаю, что все первокурсники все утро были на тренировках, а значит, на обед они придут позже остальных, я все равно не могу не искать ее.

Райну Смит.

Я этого не предвидел. Совсем. Когда она впервые поцарапала мою машину и ворвалась в мою жизнь, я планировал лишь поиграть с ней, как с куклой, пока она не сломается, а затем выбросить ее.

Но она так и не сломалась.

Она увидела все жестокие, злобные и просто чудовищные части меня, и просто улыбнулась, как богиня смерти, а затем ответила мне тем же. Ни разу не дрогнув. Ни разу не отступив. Ни на секунду не давая мне возможности избавиться от ее присутствия в моем организме, как от наркотика. Вместо этого она просто продолжала наступать. Она разбивала мои стены и разрушала их, пока не стала всем, что я могу видеть, слышать и чувствовать.

И все же я никогда не чувствовал себя таким спокойным и уравновешенным, как сейчас.

После того, как я рассказал Райне о том, что произошло, и после того, как я каждый день проводил ночи рядом с ней, я начинаю чувствовать, что наконец-то снова могу дышать.

Никогда не думал, что кто-то сможет понять меня и все те мрачные и хреновые вещи, которых я жажду. Но она понимает. И она не только последовала за мной в эту манящую тьму, но и вырезала на ней свое имя.

— Кое-кто идет, — бормочет Рико, сидя напротив меня.

Его взгляд скользит по кому-то, кто приближается к нам из-за моей спины, но я не оборачиваюсь, чтобы посмотреть, кто это. Если бы это была угроза, Рико дал бы это понять. Кейден, который сидит рядом со мной, продолжает есть, но Джейс, сидящий рядом с Рико, следит за тем человеком.

Через несколько секунд рядом с нашим столиком останавливается девушка с темно-каштановыми волосами, собранными в тугой хвост. На ней облегающий черный костюм и ботинки. Я почти уверен, что она второкурсница, но не знаю ее имени.

Откинувшись на спинку стула, я медленно поворачиваюсь к ней лицом, бесстрастно скользя взглядом по ее телу.

— Ты заблудилась?

— Нет, — отвечает она на удивление спокойным и ровным голосом.

Мои брови взлетают вверх, когда она небрежно выдвигает пустой стул слева от меня и садится на него. Я еще раз окидываю ее оценивающим взглядом. По крайней мере, она смелая, надо отдать ей должное.

— Не помню, чтобы я приглашал тебя, Шелли, — говорит Рико, и в его тоне слышится ленивое высокомерие.

Мы быстро переглядываемся друг с другом, и я понимаю, что он сказал это ради меня, чтобы я узнал ее имя.

— Знаю, — отвечает Шелли. Поерзав на стуле, она поворачивается и смотрит прямо на меня. — Но у меня есть предложение, которое, как мне кажется, принесет пользу и тебе, и мне.

Я вскидываю бровь, глядя на нее.

— О?

— Турнир состоится в эти выходные.

— Я в курсе.

— А значит, это последний шанс внести изменения в состав команд.

— Зачем мне что-то менять?

Она недоверчиво смотрит на меня.

— Потому что в твоей команде есть Райна Смит. Послушай, я не первокурсница, но даже я знаю, что она — самый неумелый человек во всем университете. Она не умеет стрелять. Не умеет драться. Не умеет лазать. Не умеет бегать. Черт, она даже спрятаться толком не может.

Ярость захлестывает меня, и меня переполняет желание протянуть руку и свернуть ей гребаную шею. Но прежде чем я успеваю поднять ее со стола, Кейден перегибается через меня и хватает соль с другой стороны моей тарелки. При этом его рука скользит по моей, удерживая ее на столе.

Он отстраняется, а затем высыпает немного соли на пустую часть своей тарелки. Я бросаю на него быстрый взгляд. Он просто смотрит на меня глазами, которые видят слишком много. Понимают слишком много. Он, вероятно, знает, кто эта девушка, поскольку тоже учится на втором курсе. И решил, что если я убью ее в кафетерии, где полно свидетелей, это создаст слишком много проблем для нашей семьи.

Я слегка наклоняю голову в знак признательности.

— Ты никогда не победишь, если в твоей команде будет такой человек, — говорит Шелли, совершенно не обращая внимания на то, что только что была на волосок от смерти. Она перекидывает свой конский хвост через плечо и серьезно смотрит на меня. — Моя команда — дерьмо. А я нет. Кейден и Рико могут это подтвердить.

Оба пожимают плечами, как бы признавая, что она действительно довольно хороша.

— Итак, вот мое предложение, — продолжает она, когда ни один из них не возражает ей. — Возьми меня в свою команду. Все знают, что ты имеешь влияние на инструкторов. Заставь их забрать Райну из твоей команды и перевести ее в мою, а потом включи меня в свою команду вместо нее.

Смело. Действительно, очень смело.