Я заглянула в стоя́щий у стены шкаф, но котелка поменьше не нашла.

― Хотя, ― протянула я, ― может, и хорошо, что взяла небольшой котелок, в таком большом котле мне будет сложно поддерживать необходимую температуру.

Кивнув, Алексей полез наверх, а я стала с интересом заглядывать во все уголки лаборатории. Крышку подпола он не закрыл, и я услышала волчий вой.

― Лёша, что это? ― Испуганно прокричала я.

― Ничего страшного, просто волки, ― он уже спускался в подвал. ― Работай и не отвлекайся на посторонние звуки. Тебе бояться нечего. Я всё решу.

― От этих слов стало ещё страшнее.

― Мы надёжно защищены, ― успокоил меня Алексей.

― А другие жители деревни?

― У них в домах тоже обереги и вообще им не привыкать, ― он шагнул ко мне, проведя ладонью по лицу.

― Лёш, ― прошептала я, ― неужели я своей магией потревожила нечисть?

По его непроницаемому лицу я поняла, что права.

― Пойду поставлю кашу в печь, ― проговорил он. ― Вряд ли сегодня нам принесут ужин.

Он ушёл, а я принялась раскладывать на столе мешочки и бутылочки. Достала из шкафа мерные весы и ступку. Для начала нужно отмерить и расставить на столе в том порядке, в котором мне понадобятся ингредиенты для зелья.

Поискав хорошо в шкафу, я нашла небольшую конфорку, заправленную «неугасающим углем». Поставив её на стол, я водрузила на неё свой котёл.

Занявшись любимым делом, я даже не сразу услышала наверху разговоры на повышенных тонах.

Демьян Полозов

Когда Тимофей мне рассказал о том, что произошло, первым порывом было рвануть и оторвать отцу голову.

― Не время, ― остудил мой пыл Кольцов, «прочитав» мои эмоции.

― А скажи-ка мне, Тимофей, почему именно к тебе пришёл Велес?

Я должен был разобраться, чтобы знать, как мне действовать. Если сейчас спугнуть отца и Данияра, то заговор никогда не раскроем. Обратиться к императору? Нет, не лучшая идея, учитывая, что после смерти Туманова, отец занял его место и оказывает влияние на императора.

― Не просто так спрашиваю, мне нужно знать, как предотвратить заговор, ― сказал я Тимофею. ― Ты же на нашей стороне?

Он уверенно кивнул.

― Наш род силу ведьмаков получил от самого Велеса, поэтому он не просто так ко мне пришёл. Велес ― покровитель рода Кольцовых. Он предупредил, что скоро понадобится моё вмешательство.

― Значит, я могу надеяться на тебя, ― уже более спокойно произнёс я. ― А теперь рассказывай, куда Ветров потащил Яру.

― Она сама за ним пошла, и по моим расчётам, как только они вышли к деревне, пошёл снег.

― И что это значит? ― Нахмурился я.

― То, что Яра заметает следы и не хочет, чтобы ваш отец её нашёл, ― не обратил внимания на моё недовольство Тимофей.

Я горько усмехнулся от такой наивности сводной сестры. Отец похож на бультерьера, если вцепится, но челюсти даже после смерти не разожмёт.

― Значит, надо его опередить и найти из первыми, ― произнёс я решительно. ― Иди одевайся, пойдём искать.

― Искать не будем, я точно знаю, где они.

Спустя полчаса мы выходили из академии через чёрный вход, чтобы нас никто не заметил. Путь до деревни через лес, да ещё и в снегопад нелёгкий. Мы шли в три раза медленнее, чем могли бы. Портал построить я не мог, так как мачок в своей избе парни не установили. Пришлось идти, а я, честно признаться, от этого отвык.

― Мы почти пришли, ― сказал Кольцов, когда закончилась метель и ему удалось осмотреться. ― Правда, выйдем не сразу к избе, а на другой стороне деревни.

В лесу раздался волчий вой, и мы заторопились.

― Посмотрите, туда, ― схватил меня за руку Тимофей.

Я проследил за его жестом и почувствовал, как по спине пробежал неприятный холодок — и дело было вовсе не в пронизывающем ветре.

В паре десятков метров от нас на заснеженной поляне застыли существа, которых я раньше видел только в старых бестиариях в закрытой секции отцовской библиотеки.

Это были порождения ночной тьмы, бывшие когда-то людьми, но отринутые землёй. Высокие, с неестественно длинными, сухими конечностями, они замерли над тушей задранного лося. Кожа их, серая и обветренная, плотно обтягивала кости, а вместо лиц виднелись лишь глубокие провалы и огромные, горящие фосфоресцирующим жёлтым светом глаза.

Но пугало не это. Они замерли в странных, ломаных позах, приложив длинные костлявые пальцы к земле. Казалось, они «слушают».

― Они ищут Ярославу ― прошептал Тимофей, пригибая меня к земле. ― Она создала метель, чтобы скрыть след от людей, но для этих тварей её магия как маяк в ночи. Видите, как они пьют тепло её следа.

― Зачем? ― Прошептал я.

Одна из тварей резко дёрнула головой в нашу сторону. Рот её приоткрылся, обнажая ряды острых, похожих на иглы зубов.

― Даже не дышите, ― скомандовал Кольцов, коснувшись моего плеча.

Он что-то зашептал, обведя нас рукой, светящейся едва заметным мягким зелёным светом. Тим защитил нас самой сильной магией ― магией Велеса. Она обволакивала наши тела, скрывая запахи и тепло. Нечисть ещё пару секунд пялилась в нашу сторону пустыми глазницами, затем издала разочарованный клёкот и снова повернулась к своим сородичам.

― Нам нужно уходить, ― одними губами произнёс Тимофей. ― В обход, через овраг,

Мы начали медленно пятиться, стараясь не хрустнуть ни единой веткой под слоем снега. Каждый шаг давался с трудом: ноги проваливались по колено, дыхание обжигало лёгкие, а страх, что твари всё же нас учуют, подгонял лучше любого кнута.

Когда поляна скрылась за густыми елями, мы побежали, насколько это позволял глубокий снег. Лес словно ожил: за каждым стволом мерещились длинные тени, а завывание ветра то и дело срывалось на чей-то глумливый хохот.

В какой-то момент Тимофей споткнулся о скрытый под снегом корень и кубарем покатился вниз по склону.

― Тим! ― Я скатился следом, подхватывая его под мышки. ― Цел?

― Чёрт… кажется, лодыжку подвернул, ― прошипел он, стискивая зубы.

― Далеко ещё? ― спросил я, прикидывая, долго смогу тащить его по глубокому снегу

― Вон, смотрите! ― Тим махнул рукой, а я как загипнотизированный проследил за ней.

Сквозь пелену утихающего снегопада забрезжили тусклые огоньки. Деревня.

Мы выбрались к крайней избе. Она стояла перекошенная, с заколоченными окнами, но дальше по улице виднелись жилые дома. Снег здесь лежал странными волнами. Яра явно постаралась, создавая здесь настоящие лабиринты из сугробов.

― Туда к окраине, где старая мельница, ― Тимофей указал на одинокий домик, из трубы которого шёл едва заметный дымок.

Мы шли по главной улице, стараясь держаться в тени заборов. Деревня казалась вымершей: ни лая собак, ни окриков — только скрип наших шагов и тяжёлое дыхание. Местная нечисть, привлечённая всплеском магии Яры, кружила где-то совсем рядом, и я кожей чувствовал их голодные взгляды из каждого проулка.

― Смотрите, ― показал на крайний дом Тимофей. ― Нам нужен этот дом.

Вокруг избы по самому краю сугробов стояли фигуры. Их было много. Десять? Двенадцать? Сказать было трудно, потому что они были невероятно худые, длинные, будто вылепленные из чёрного воска. У них не было чётких черт лица — только гладкие, овальные головы с двумя крошечными, горящими тусклым багровым светом, точками-глазами. Это были чугаи. Безликие, безмолвные порождения лесной тьмы.

Они не двигались. Они просто стояли, выстроившись в неровный круг, и смотрели на дверь избы.

И тогда я понял. Чугаи ждут. Они не нападают. Они просто ждут, когда Ярослава выйдет из избы. Они её стража. И кроме неё, их никто не волнует.

— Что нам делать? ― прошептал Тимофей.

Он сжал кулаки, и я увидел, как по его пальцам пробежала искра. Короткими перебежками от дома к дому мы добрались до избы, где спрятались Яра и Ветров, чёрт бы его побрал.

— Мы идём внутрь, — твёрдо сказал я, когда мы притаились за забором ближайшей избы. — Пока чугаи не начали действовать. Мы прошмыгнём, пока они не смотрят на нас. Нечисть здесь не просто так. Видимо, отец призвал её.