― Умеет, но плохо ещё, он же маленький, ― ответила я. ― Его надо подкармливать магическим даром, чтобы он рос, а вместе с ним и его способности.

― Ты должна рассказать декану о нападении на тебя, ― тактично умолчал о попытке изнасилования Алексей.

Я покачала головой.

― Но почему?

― Отчим отец Демьяна, как думаешь, кому он поверит?

― Я могу подтвердить, я же видел, как он подмял тебя под себя, ― голос Ветрова стал холодным и каким-то опасным. Он и сам изменился. Лицо приобрело суровое выражение. Исчез рубаха-парень. Передо мной стоял некромант. От него даже повеяло могильным холодом.

― А как ты оказался возле апартаментов Полозовых?

Алексей не смутился, как я ожидала. Он присел на стул, закинув ногу на ногу.

― Я периодически прогуливаясь возле апартаментов декана, ― ответил он. ― Ты же сама сказала, что самый лёгкий способ получить рецепт зелья, взять его у декана. Вот я и караулю, когда он появится.

Я рассмеялась, огромная плита подозрений, которая давила на меня рухнула, рассыпавшись как трухлявый пень. Конкретных подозрений не было, но у меня разыгралась паранойя. Если уж ректор пляшет под дудку отчима, то что ему стоит поставить под свои знамёна и Ветрова с Кольцовым.

― Не переживай, ― Алексей подался вперёд и его лицо оказалось рядом с моим. В его глазах была такая нежность, что у меня перехватило дыхание. ― Я не на стороне Полозова и тебя в обиду не дам.

Всхлипнув я обняла Алексея за шею, уткнувшись ему в ключицу.

― Спасибо, ― прошептала я. ― Никогда не думала, что ты станешь меня защищать.

― Это ещё почему? ― Он осторожно положил руку мне на спину.

― Ты так издевался надо мной в школе, да и здесь не всегда был рыцарем на белом коне, ― призналась я. ― Я тебя боялась.

Он погладил меня по спине.

― А сейчас не боишься?

― Нет, ― прошептала я. ― После сегодняшнего нет.

Ветров обнял меня, одним рывком посадив себе на колени. Поднял мою голову двумя пальцами за подбородок:

― Яра, какая же ты недогадливая, ― произнёс он наклоняясь ко мне.

Мне опять стало страшно, теперь уже от чувств Алексея. Я и правда не догадывалась о них и не знала как реагировать. Не хотела его терять, но и любви не было, лишь одна бесконечная благодарность за спасение.

Решила дать ему шанс, а вдруг…

Что должно было быть вдруг я не успела додумать, его губы накрыли мои. Нежно, ласково, но у меня почему-то перехватило дыхание. Губы его были твёрдыми и теплыми, а поцелуй краток. Я даже испытала разочарование, что всё так быстро закончилось. Но разумом понимала, что это правильно. Ветров поступил правильно, хоть и не так как хотелось мне или…

Я посмотрела на его сосредоточенное лицо, его руки висели плетьми, не смея прикоснуться ко мне. Он боролся с собой, чтобы не повторить поцелуй, напугав меня.

― Лёш, ― прошептала я, с удивлением замечая, что миллиарды мурашек покрыли моё тело. Не ожидала я такой реакции на первый поцелуй.

― Ммм, да, радость моя, ― хрипло отозвался он. Один поцелуй отделял меня от Непогодкиной до «радости». Он взял моё лицо в ладони.

Из-за закатанных рукавов рубашки виднелись руки, играющие мускулами. Я никогда не обращала внимание на то, насколько привлекателен Ветров, а вот Ксюха разглядела его сразу и предъявила свои права.

― Не надо, ― добавила я. Хотя моё любопытство подстёгивало меня поощрить Алексея на дальнейшие действия, но здравый смысл вопил, чтобы я не играла с ним. ― Пожалуйста.

Он разочарованно пересадил меня обратно на кровать и я испытала досаду от того, что он быстро сдался.

― Понимаю, я поспешил, да и время выбрал неудачное, ― в его голосе я слышала раскаяние. ― В голове помутилось. Ты так близка и та не доступна.

От смущения я не знала куда деть глаза. Покраснев, как помидор, я смотрела на его тяжёлые ботинки начищенные до блеска.

― Яр, не бери в голову, сорвался, ― сказал Ветров, по своему истолковав моё молчание. ― Ты мне давно…

Что он хотел сказать я так и не слушала, в окне появился Всполох. Лицо Алексея выражало досаду. Я чувствовала тоже самое.

― Я пойду, при мне же твой фамильяр не будет делиться сведениями, ― говорил он одно, а на лице были совсем другие чувства. Он не хотел уходить, а я не знала стоит ли попросить его остаться.

Он направился к выходу, я не задержала.

― Дверь закрой, ― приказал Алексей, остановившись в проёме входной двери.

Увидела я его только когда дошла. Он обнял меня за талию и притянув к себе поцеловал. В этом поцелуе было все досада и разочарование, надежда и страсть, которую он тщательно скрывал.

Я обвила его шею руками и придвинулась ближе сама не знаю почему. Такое ощущение, что я действовала вопреки здравому смыслу. Я сошла с ума или это Ветров так на меня действовал.

Второй поцелуй мне понравился ещё больше, чем первый.

― Ты понимаешь, что теперь я тебя никому не отдам, ― хрипло сказал он. ― Ни отчиму, ни другому парню, ни чёрту, ни дьяволу. Ты ― моя Яра и я найду тебя хоть в подземном царстве Велеса.

Он сжимал меня в объятиях так, как будто все, кого он перечислил уже пытаются меня отнять.

― Не могу тебе ничего сказать в ответ, ― призналась я. ― Я не знаю как на всё это реагировать.

― У тебя есть парень? ― Спросил Ветров.

Я покачала головой, не став ему говорить, что он первый, кто поцеловал меня.

― Впрочем, это не имеет значения, ― не замечая моего отрицательного ответа сказал Алексей. ― Я уже заявил на тебя свои права.

― Спасибо ещё раз за то, что защитил меня, ― я прошептала это ему в губы и набравшись смелости поцеловала. Когда ещё я смогу поэкспериментировать с поцелуями, Алексей вроде не возражает. ― Ой!

Мою ногу царапал Всполох. Увлёкшись Ветровым я забыла о фамильяре, которому надо было поделиться воспоминаниями.

― Всё, Леша, иди, ― выталкивала я его за порог. ― Всполоху надо отдать мне частицы памяти отчима.

― Ты мне расскажешь?

― Не знаю, ― честно сказала я, ― всё зависит от того, какие воспоминания принёс мне фамильяр.

Захлопнув дверь и заперев её на задвижку, я пошла в спальню и легла на кровать. Бельчонок уселся возле головы и положил передние лапки мне на лоб. Воспоминания отчима потекли в моё сознание и я тяжело задышала. Не думала, что это будет так больно. Зря я отпустила Алексея.

От увиденного волосы шевелились и нет, это не потому, что на темечке уютно устроился Всполох.

Мой маленький бельчонок не мог добыть старые воспоминания. Я довольствовалась тем, что происходило в последние полгода.

Первый пласт значимых для Полозова событий, произошли совсем недавно: встреча Демьяна и Богумилы. От внезапно открывшейся правды я едва не прервала сеанс. Вот они садятся в машину и уезжают, а он стоит на крыльце, захлёбываясь в бессильной злобе.

Так вот, оказывается, где был наш декан. О своём отношении к такому событию подумаю позже.

Голова начала болеть, но я не шевелилась, чтобы не прервать сеанс. Не только всполох не готов к такому количеству информации, но и мне трудно её воспринимать. А ведь это только одно воспоминание. С Алексеем и Тимофеем как-то проще было.

Долго думать мне Всполох не позволил, вливая в меня следующее воспоминание: Демьян пришёл на поклон. Радость от этого события хлынула на меня из памяти отчима. Я чувствовала ликование оттого, что его несгибаемый сын пришёл с просьбой. Это событие очень важно для Полозова. Теперь мне становилось ясно, как Демьян познакомился с моей сестрой.

Следующее воспоминание о том, как он читает донесения своих шпионов обо мне, о сыне, о других людях. У него там такие подробности, что я покраснела и закашлялась. Грязь, любит отчим копаться в грязном белье. Что-то он отложил, а что-то выкинул, как, например, донесение о любовных похождениях сына или моём путешествии в академию.

Интересно, кто ему докладывает обо мне, Демьяне? Кто настолько близко знает нас.