Мгновение спустя он исчез из виду, но она слышала, как он перемещается по комнате, огибая ее справа. Ашра в ответ двинулась влево, пригибаясь, чтобы пройти поближе к лестнице, ведущей на крышу башни, где горело знаменитое фиолетовое пламя.

Крыша. Это могло бы сработать.

Если бы она смогла проскользнуть на вершину башни, она смогла бы вызвать свой портал, пока голем охотился за ней внизу. Это не план, если в нем есть «если», однажды сказал ей Альфонс. Мудрые слова, но у нее не было особого выбора.

Ашра подкралась поближе к верхней лестнице. Она остановилась и прислушалась, не движется ли голем, но все было тихо. Где он? Она медленно поднялась, украдкой оглядывая темную кладовую, но не увидела никаких признаков конструкта. Она не могла бежать к лестнице, не зная, где находится голем. Она осторожно провела руками по разным предметам вокруг себя, и ее пальцы сомкнулись на металлическом диске, который лежал на краю ящика. Монета? Нет, он был слишком большим и тяжелым.

Сойдет.

Ашра поднялась из своего укрытия и швырнула диск в дальний конец комнаты. Предмет, должно быть, ударился о пыльную завесу, потому что звук получился приглушенным, но этого было достаточно; она сразу же услышала топот ног голема, который бросился на звук. Ашра тоже двинулась вперед, выскользнув из укрытия на лестницу. Поднимаясь все выше, она посмотрела сквозь перила и увидела янтарный отблеск — голем осматривал дальнюю часть комнаты. Она перевела взгляд на дверь наверху лестницы, едва различимую в темноте. Она проверила ее раньше и знала, что дверь не заперта.

Оставалось пройти всего несколько шагов.

Ашра застыла, когда ее правая нога что-то задела. Ее охватила паника, когда она поняла, что предмет движется; она слышала, как он откатывается от нее. В отчаянии она попыталась схватить это, что бы это ни было, но ее пальцы сомкнулись в воздухе.

Предмет скатился со ступеньки и с металлическим стуком ударился о ступеньку внизу.

Снова упал.

И снова. Набирает скорость. Звенит громче.

Ашра вскочила и преодолела последние несколько ступенек. Она слышала быстрые шаги голема этажом ниже, направлявшегося к лестнице. Ее сердце бешено колотилось, когда она взялась за ручку двери и распахнула ее.

Холодный воздух ударил ей в лицо, когда она, спотыкаясь, выбралась на крышу. Она вытащила ключ с другой стороны двери и заперла ее. Выбросила ключ. Надеясь, что это замедлит голема и даст ей достаточно времени, чтобы вызвать портал. Она отвернулась и окинула взглядом огромную бронзовую чашу, возвышавшуюся над крышей, внутри которой горело знаменитое фиолетовое пламя, но оно не давало тепла. С обеих сторон, вдоль круглого края вершины башни, изгибались дорожки, окаймленные стеной высотой по пояс.

Ашра побежала налево, огибая огромную чашу по часовой стрелке. Она услышала, как голем ударился о дверь позади нее, но не обернулась, не замедлила шага, а просто сосредоточилась на том, чтобы добежать до дальней стороны башни. Когда она добралась до нее, отодвинувшись от двери как можно дальше, Ашра прижала большой палец к своему Кольцу Последней Надежды.

Символ засветился бирюзовым светом.

— Давай, — пробормотала она, надеясь, что Блоха обратила на это внимание. Что ее второе кольцо не стало обедом для Ивана во второй раз. — Давай.

Символ на ее кольце засиял золотом.

Перед ней появился идентичный глиф, словно невидимая рука высекла в воздухе золотистый свет. Она вздохнула с облегчением. Блоха активировала двойника кольца и установила связь. Символ вспыхнул и растворился в массе искр, которые начали сливаться воедино.

— Нет, — прошептала Ашра, ее облегчение сменилось тревогой.

В воздухе в паре ярдов от стены, окружающей крышу, начал формироваться портал.

Перед ним зиял обрыв в двести футов.

Ашра выругалась, внутри у нее все сжалось при мысли о том, что она собиралась сделать. Все инстинкты умоляли ее найти альтернативу.

Ее не было.

Дверь башни с грохотом распахнулась. По крыше зазвенели металлические шаги.

Ашра шагнула к стене. Она заколебалась, когда ее решимость пошатнулась. Она глубоко вздохнула и взглянула на серебряные звезды над головой.

Никогда не позволяй страху ухватить свою долю добычи.

Она стряхнула снег со стены и забралась на нее. Корслаков распростерся далеко внизу в размытом фиолетово-оранжевом свете. Ашра не смотрела вниз. Она не оглянулась, когда шаги голема стали громче. Вместо этого она медленно поднялась, не сводя глаз с сияющего портала перед собой, казавшегося жидким золотом на фоне ночной черноты.

Так близко.

Так далеко.

Один неверный шаг, и ей конец.

Спокойствие — ключ к успеху.

Ашра глубоко вздохнула. Поискала свою решимость. Нашла ее.

И прыгнула.

Лукан подпрыгнул, обливаясь вином, когда позади него раздался нестройный визг. Что за чертовщина?.. Он обернулся и увидел, что генерал Разин ухмыляется ему из дверного проема, прижимая скрипку к подбородку. «Нашел на чердаке, — сказал он, поднимая другой рукой смычок инструмента. — Не играл на ней много лет».

— Я предпочел бы никогда не узнать об этом, — ответил Лукан, поморщившись, когда Разин издал еще один пронзительный звук.

— Есть какие-нибудь пожелания? — Генерал вошел в комнату и несколько раз с энтузиазмом ударил по струнам смычком. Последовавшие за этим вопли показались Лукану похожими на рев осла, у которого случился сердечный приступ. — В свое время я знал немало мелодий, — продолжил Разин. — «Баллада о снеге и стали» всегда нравилась солдатам. — Он замолчал и прикусил губу. — Черт возьми, как она начиналась? — Раздался еще один вопль. — Нет, это не то…

— Возможно, генерал, — сказал Лукан, поднимая руку, — вы могли бы рассказать мне больше о том, что вам довелось пережить на территориях кланов? — Все было лучше, чем слушать, как человек убивает скрипку. Даже преувеличенные истории Лукан уже слышал несколько раз.

— Ну конечно, мой мальчик! — Генерал поставил инструмент на стол и налил себе еще бренди. — Дни славы. Я рассказывал тебе о том, как впервые попал в брешь, когда мы отбили Дозор Длинный Рог?

— Только дважды, — ответил Лукан, снова поворачиваясь к языкам пламени, плясавшим в камине.

— Дважды? Тьфу! — Разин залпом осушил свой бокал и начал наливать себе еще. — Я мог бы рассказывать тебе эту историю сотню раз, и все равно это не передало бы ее в полной мере. — Он опустился в кресло напротив Лукана, которое заскрипело под его тяжестью. — Я никогда не забуду, как бросился к той бреши в стене. Воины кланов выпустили столько стрел, что они заслонили солнце, обрушиваясь на наши щиты, словно гнев их свирепых богов. Но внезапно мы оказались у бреши, и каким-то образом я оказался внутри первым, и я был уверен…

Но Лукан не слушал; вместо этого он смотрел на огонь, забыв об бокале с вином, который держал в руках, и думал об Ашре. Убеждая себя, что с ней все в порядке. Беспокоясь, что это не так. Ему хотелось бы разделить уверенность Блохи; девочка сидела на полу, возясь с Иваном, ее вера в благополучное возвращение Ашры была непоколебима. Лукан знал, что он должен чувствовать то же самое. Воровка была более чем способна быстро осуществить план, который они разработали вместе. И все же он не мог полностью избавиться от тени собственного сомнения.

— …и у них были только чертовы медведи, так? — сказал Разин, дергая себя за кончик уса. — Две проклятые твари! И ближайшая к ним бросилась на меня. Только тогда я понял, что она была ярко-розовой. И… — Генерал наклонился вперед в своем кресле. — Ты знаешь, что он сказал, когда открыл пасть?

— Что? — рассеянно спросил Лукан.

— Он проревел: «Лукан не обращает внимания на мою чертову историю!» — крикнул Разин.

— Кровь Леди! — Лукан выругался, снова подпрыгнув и пролив на себя остатки вина. Разин расхохотался, а Лукан уставился на беспорядок, который он устроил. — Это действительно было необходимо? — спросил он, снимая матерчатый чехол с подлокотника и вытирая мокрую рубашку.