— Женщина, которую вы ищете, была алхимиком, — наконец сказала она осторожным тоном, словно подбирала слова очень тщательно. — Вероятно, она была одета в форму Башни.

— Синие и фиолетовые одежды, — задумчиво произнес Лукан.

— Скорее всего, теперь это не более чем лохмотья, — возразила Ашра.

Он пожал плечами:

— Это уже что-то.

— Когда вы вернетесь, — сказала Марни, — вас будет ждать экипаж. Мой человек скажет вам, где он находится. Вы должны отправиться туда, как только сойдете с лодки. Я не хочу, чтобы кто-то мешкал. — Она наклонилась ближе, пристально глядя на него. — И не показывай формулу никому, понял? Только не лодочнику. Только не кучеру. Никому.

— Понятно.

— Хорошо. Я предлагаю вам заняться приготовлениями, — продолжила Марни. — Изучите карту, которую я вам дам. Купите все, что вам может понадобиться. Я оплачу расходы, но не испытывайте мое терпение легкомысленными покупками. — Она поднялась с дивана. — Ты разочаровал меня вчера, Лукан. Больше так не делай

С этими словами она исчезла в вихре шелка.

— Как выглядел монстр?

Лукан отхлебнул вина и уставился в огонь, делая вид, что не расслышал вопроса Ашры. Надеясь, что она не задаст его снова. На это есть большой жирный шанс. Воровка тянула с этим разговором с тех пор, как они покинули городской дом Марни, в ее глазах таился вопрос, хотя он так и не сорвался с ее губ. Ее нежелание обсуждать эту тему в присутствии Блохи позволило Лукану отсрочить казнь, как и та пара часов, которые они провели в Тлеющем Угольке — они осматривали лавки различных ремесленников и мастерские в тени башни алхимиков. Лукан купил новый блестящий меч (который он твердо решил не терять), в то время как Блоха исчезла и вскоре вернулась с широкой улыбкой и колчаном арбалетных болтов.

Однако, когда они вернулись к Разину, избегать дальше этого вопроса стало невозможно.

— Лукан, — подсказала Ашра. — Что ты видел?

— Хаос, — ответил он. — Безумие. Ночной кошмар.

— Ты знаешь, что я имею в виду. В конце. Ты сказал…

— Я знаю, что я сказал. — Он снова представил себе ту картину, о которой весь день старался не думать: тень за дверью, крадущаяся к свету. Это лицо. Эти глаза. — Я не уверен, что именно я видел, — честно признался он, прогоняя образ и сосредоточившись на пламени. — Только то, что это был не человек. Он стоял как человек. Двигался как человек. Но это был не человек. Что-то другое. Что-то… Я не знаю. Послушай, может быть, у Ники плохая память. Возможно, я видел не то, что она видела на самом деле, а то, что она думает, что видела.

— Ты в это веришь?

Лукан вспомнил страх в глазах Ники. Ее слезы. «Нет, — признался он. — Но, если нам повезет, мы никогда этого не узнаем. Давай просто надеяться, что мы сможем проникнуть внутрь, найти эту формулу и снова выбраться, прежде чем то, что прячется в этом месте, поймет, что мы там».

— И под мы ты подразумеваешь…

— Ты и я.

— Ты хочешь оставить Блоху? — Ашра не сказала снова, но Лукан расслышал обвинение в ее голосе.

— Я не хочу, — сказал он. — Послушай, ты права насчет Блохи: мне не нужно ее защищать, и не мое дело принимать за нее решения. Если она захочет пойти с нами, я приму это — клянусь всеми чертями, я был бы рад этому. Леди знает, что мы могли бы воспользоваться ее острым зрением и арбалетом. Но нам также нужно иметь возможность использовать твои кольца, если что-то пойдет не так, и мы не сможем вызвать портал, если Блоха будет с нами. Она должна остаться.

— Нет, если я отдам второе кольцо Разину.

— Разину? — удивленно спросил Лукан. Он представил себе, как Разин храпит перед камином, а кольцо Ашры отчаянно пульсирует на столике.

— И Тимуру, — ответила Ашра, словно прочитав его мысли.

— Ты доверишь им это? Свой секрет?

— Я бы предпочла этого не делать. Но, думаю, Блоха нужна с нами.

— Нам не нужно рассказывать им, что делают твои кольца, — предложил Лукан, понизив голос. — Только что делать, если то, что у них есть, начнет светиться.

— Точно.

— Хотя они поймут это, как только появится чертов портал.

— Верно. Но к тому времени Разину будет уже слишком поздно его закладывать.

— Кровь Леди, это была шутка? — спросил Лукан. Ему показалось, что он заметил тень улыбки на лице Ашры. Возможно, это была просто игра света от камина. — Прекрасно, — сказал он, взбалтывая вино в бокале. — Значит, Блоха пойдет с нами. Если захочет.

— Хочу.

Лукан повернулся и увидел, что Блоха сидит на стуле позади него.

— Семь теней, — пробормотал он, — как долго ты здесь находишься?

Девочка пожала плечами:

— Достаточно долго.

Лукан посмотрел на Ашру.

— И ты знала, что она была там?

— Конечно, — ответила воровка.

— Отлично. — Он допил остатки вина и поставил бокал на каминную полку. — Я бы сказал, что вы обе не разлей вода, — но это было бы констатацией очевидного.

— Ты действительно это имел в виду? — спросила Блоха. — Когда сказал, что был бы рад, если бы я пошла с вами?

— Да, — сказал он искренне. — Но если ты предпочтешь остаться…

— Я пойду. — Блоха повернулась и вышла из комнаты, на ходу позвав Ивана. Волкодав бросился за ней, виляя хвостом.

— Думаю, тогда все улажено, — сказал Лукан Ашре. — Тебе следует поговорить с Разином и Тимуром о кольцах.

Резкий стук во входную дверь эхом разнесся по коридору. Иван залаял в ответ.

— Черт возьми, Иван! — кричал Разин, топая по дому. — Отойди! Я сказал, отойди…

Лукан услышал скрип петель, когда Разин открыл входную дверь. Он не смог разобрать последовавший обмен репликами, но ему показалось, что он услышал удивление в голосе генерала. Петли снова взвизгнули, когда дверь закрылась, и по коридору раздались шаги двух пар ног, направлявшихся в гостиную.

— Похоже, у нас гость, — пробормотал Лукан.

— Марни? — спросила Ашра.

— Нет. Она бы заставила нас прийти к ней, если бы захотела поговорить.

Дверь гостиной открылась, и вошел Разин. «К вам лорд Арима», — сказал он, бросив на них многозначительный взгляд. В комнату вошел молодой лорд, закутанный в соболий плащ, отороченный белым мехом.

— Добрый вечер, лорд Гардова, — сказал он, отвешивая Лукану почтительный поклон. — Надеюсь, я не помешал.

— Вовсе нет, — ответил Лукан, скрывая удивление.

— Я попрошу Тимура взять ваш плащ, — сказал Разин, поворачиваясь к двери.

— В этом нет необходимости, генерал, — ответил Арима. — Я ненадолго. Мне нужно только перекинуться парой слов с вашими гостями, а затем я отправлюсь восвояси.

— Как пожелаете, — ответил Разин.

Арима откашлялся:

— Наедине, генерал. Если вы не возражаете.

Лицо Разина нахмурилось, и на мгновение Лукану показалось, что он собирается возразить, но уважение генерала к властям взяло верх над недовольством, которое он испытал, когда ему было приказано убраться из его собственной гостиной. «Конечно», — хрипло сказал он, пятясь из комнаты и закрывая дверь с чуть большей силой, чем требовалось. Арима не выказал никакого беспокойства по поводу раздражения генерала.

— Вы, должно быть, Ашра, — сказал он, отвешивая ей поклон. — Очень приятно, миледи.

— Я не леди.

— Да, я полагаю, что не леди, — сказал Арима с понимающей улыбкой. — Вы воровка. И очень хорошая, учитывая, как легко вы проскользнули в поместье лорда Баранова и выбрались оттуда.

Ашра вопросительно взглянула на Лукана: откуда он знает?

— Кстати, — продолжил Арима, поворачиваясь к Лукану, — у вас случайно нет того рисунка, о котором вы упоминали вчера, лорд Гардова? Того, на котором изображен Грач? Я бы очень хотел его увидеть. — В голосе Аримы не было ни насмешки, ни удовлетворения от разыгранной карты — его интерес, насколько мог судить Лукан, был неподдельным.

Даже в этом случае, подумал Лукан, уловив едва заметное покачивание головой Ашры, лучше действовать осторожно. По крайней мере, до тех пор, пока мы не узнаем, чего он хочет.