С трудом подняв ладонь, я поняла, что и телом могу управлять сама.

– Вас опоили зельем подчинения, мы вывели его из вашего организма, – по-деловому отчитался лекарь Варшлоу.

– Доченька! – обойдя лекаря, отец присел на постель, хватая меня за тонкие пальцы. – Как же ты меня напугала, родная! Никогда больше так не делай, а то я, кажется, поседел на несколько лет раньше.

– Папенька, – устало протянула я, понимая, что действительно так его воспринимаю, – вы преувеличиваете. Но как я здесь оказалась? – осмотрела знакомую палату и такого же знакомого и недовольного лекаря.

– Госпожа Фоксгейт, вам вредны переживания!

– Если я не узнаю, то изведу себя догадками, – слабым голосом воспротивилась его логике.

– Ну, знаете, – махнул он на нас рукой, – я отказываюсь и дальше вытягивать вас с того света!.. Десять минут и ни минутой больше, – всё же заявил мужчина, прежде чем выйти.

– Крис, деточка, прости меня! Я так перед тобой виноват!..

– Папенька, не ты меня скрутил и похитил. Не вини себя, виноваты только те, кто это сделал. Патрисию поймали?

– Она сбежала. Изворотливая тварь! – в сердцах воскликнул он, ударив по кровати кулаком. – Ох, прости старика! – протянул, видя, что я поморщилась.

– Ничего. Я сама готова и не такое сказать… А остальные? Её наёмники?

– Кто-то погиб, кого-то удалось схватить, они сейчас гостят в темнице.

– У реки была Ру? Откуда она там взялась? А ещё мне, кажется, слышался голос господина Блэйкмора…

– Они спасли тебя, подготовив засаду… жаль только, что действовали медленно! Тебя успели покалечить! Я Ардену ещё всё выскажу! Приманку нашли, идиоты! – проворчал он, внимательно следя за моей реакцией. – Правда, я всё же благодарен Лексу, именно он отобрал твою душу у смерти…

– Правда? – сердце предательски дрогнуло при упоминании этого имени, но я постаралась себя ничем не выдать, хоть и окончательно призналась самой себе, что он мне нравится!

– Мне показалось, что он за тебя по-настоящему переживал, я даже перестал злиться на него и его методы. Пожалуй, это впервые. Я знал его ещё юношей, не сказать, что близко, но он всегда предпочитал носить маску отчуждения и холодности, но не в этот раз. Он понял, что с тобой что-то случилось, раньше, чем мне принесли условия о твоём выкупе. Поэтому мы успели подготовить план. Думаю, тебе стоит спросить у него, как он нашёл тебя, но Лекс это сделал. И в назначенное время вместо меня пошёл на встречу, в то время как его люди освобождали тебя. Лекарь сказал, что тебя били… – тыльной стороной ладони он провёл по моей щеке.

– Я пыталась сбежать… неудачно.

– Что мне сделать, малышка, чтобы ты смогла позабыть весь этот ужас? Помнится, ты хотела отправиться в большое путешествие?

– Нет, папенька. На данный момент у меня нет ни сил, ни желания.

– Я выкупил твои украшения, хочешь пару новых комплектов?

– Не стоит. Кажется, и тех мне до конца жизни хватит…

– Что сделать, чтобы на твоём лице вновь расцвела улыбка?

– Папенька, время само всё залечит, – протянула я, чувствуя тепло на сердце. Мне нравилось так к нему обращаться, моё сердце полнилось дочерней любовью, и я была рада понимать, что это чувство взаимно. – Как дела на фабрике? Ты, наверное, уже перенял обратно управление.

– Конечно, малышка, – произнёс он, и сердце моё болезненно дрогнуло. – Ты меня удивила! У тебя новаторский взгляд, я и не знал. А как ты умудрилась сговориться с Бланшаром, это и вовсе вызвало у меня гордость! Молодец! Не раскисла, а ринулась в бой! Я так тобой горд!

– Ты, наверное, вернёшь всё как было… – с болью в голосе произнесла я. Я как-то и не думала, что с фабрикой придётся расстаться.

– Нет. Мне понравились твои идеи. Даже больше. Я бы хотел, если ты, конечно, не против, чтобы ты продолжила управлять фабрикой.

– Я?! – искренне удивилась.

– Да. Я был не прав, доченька. Долгие годы я ждал, что ты выйдешь замуж и приведёшь в семью будущего управленца, не замечая, что у меня уже есть преемник.

– Я не подведу! – не стала отмахиваться от желанного предложения, понимая только сейчас, насколько мне понравилось руководить таким предприятием. Столько всего интересного и нового я могла бы воплотить в жизнь! – Но мне нужна твоя помощь! Без неё я не справлюсь!

– Она у тебя будет, малышка.

– Ах, если мы пошли на откровенности… Папенька, зачем ты откупился от этого изворотливого слизняка Кюри?!

– Он не достоин тебя! Я видел, что его привлекают только деньги, но ты была влюблена и не слышала меня. Я боялся потерять тебя… вот и предложил ему денег.

– Он взял, но дальше-то зачем было платить?!

– По правде сказать, я про него забыл. Для меня выплачиваемая сумма не была такой уж большой. Я дал указание Оноре на выплаты и забыл… – смущённо протянул он. – У меня было столько других забот. Разработки, новые проекты, да и ты вскоре подарила своё сердце другому…

– Это сколько же денег ты зря потратил?! – посетовала я, радуясь, что отлучила этого подлеца от кормушки. Вот только упоминания женихов заставили меня вспомнить о сказанном Патрисией и загрустить. Неужели Кристель была способна на убийство, или что-то вынудило её так поступить?!

– Не волнуйся, экономная моя, это ерунда, – не так понял папенька мои переживания, но переубеждать я его не стала, надеясь вначале самой во всём разобраться.

– Я думала, что вы уже не явитесь, – едко протянула я, медленно скользя взглядом по мужчине, который перешагнул порог моей палаты.

Он играючи стукнул тростью о пол, цепко осматривая комнату, и только после того, как убедился, что опасность не прячется в тенях, сосредоточил ледяной взгляд на мне.

Я ждала его два дня. Знала, что приходил, но в палату его не пускали. Даже цветы прислал, что было на него совсем не похоже. А ведь цветы были моими любимыми – белые лилии. И любимыми не Кристель, а именно Кристиной – той женщиной, которой я когда-то была.

– Варшлоу не пустил. В этот раз лекарь буквально лёг костьми перед вашей палатой, обещая, что в следующий раз, когда он будет меня лечить, понос и… иная мужская болезнь будут моими недугами, – усмехнулся он одними уголками губ, в то время как глаза оставались сосредоточенными.

– Неужели вас так легко запугать? Я, кажется, переоценила вас, господин Блэйкмор, – ухмыльнулась я, отходя от окна, где вновь любовалась излучиной реки и садом, что рос при лечебнице.

– Отчего же… следователь по вашему делу взял ваши показания, мне не было надобности брать штурмом палату, – он начал медленно сокращать расстояние между нами, словно кот, крадущийся к мыши. – К тому же по словам лекаря, именно я был источником ваших бед, не давая вам восстановиться.

– Тогда зачем вы здесь? – благосклонно глядя на его манёвры, поинтересовалась я. Уголок его губ слегка дрогнул в победной улыбке, но тут же вернулся обратно, стоило ему заметить мой взгляд.

– Вам к лицу этот цвет, – попытался увильнуть он от ответа, одобрительно осматривая мою фигурку.

– С папенькой всё хорошо, а мой очередной жених оказался предателем, так что я больше не чувствую за собой обязанности носить траур по нему. Я свободна от любых обязательств… – провела ладонью по материалу, что приятно холодил кожу и подчёркивал изящество моей фигуры. – Но вы не ответили… Почему вы здесь?

– В последнюю нашу встречу вы обиделись на меня. Я хотел извиниться… я был чересчур напорист, но и вы меня поймите, это моя работа.

– Я знаю, у меня было время всё хорошенько обдумать и успокоиться. Кто, если не вы, будет ставить всё под сомнение?

– Вы не обижаетесь?

– Обижаюсь, но если вы достойно извинитесь, то я, скорее всего, прощу вас, – лукаво улыбнулась, уже чувствуя разлившиеся в воздухе нотки мускуса и тёплый аромат выглаженного хлопка.

– Простите меня, Кристель. Я не хотел вас обидеть!

– Интересно, но для вас слишком просто… – протянула я, теряясь в блеске его льдистых глаз, сверкнувших предвкушением. В них я видела то же притяжение, что накрыло нас тогда в комнате ожидания. Во рту пересохло, а сердце неистово затрепетало, желая ощутить вкус его поцелуя.