– Но… вы устали, – мне показалось, что она говорила с искренней заботой, – не лучше ли поехать домой и выспаться? Пусть Блэйкмор во всём разбирается! – Нет уж! Свою жизнь я не доверю вечному ворчуну! Хочу знать, что он выяснил!

Больше Ру не спорила, усмехнувшись, она отдала кучеру распоряжения, и наша карета помчалась в новом направлении.

Оказалось, что мужчина не слишком-то любит суету благородных кварталов. Его дом, а точнее сказать – целое поместье, притаилось с другой стороны Эльдарийской аллеи. Некоторые его родовые земли были частью этого леса – некогда великого и могучего леса стихий. Дорога вела нас всё дальше вглубь. Лес становился гуще и мрачнее. Старые деревья вдоль дороги почти полностью закрывали небо над головой. Если бы в карете не горел мягкий свет от закреплённого артефакта, я бы с визгом бросилась отсюда прочь. Джае сейчас никак не могла отделаться от холодных щупалец страха, что медленно скользили по моей спине. В такой мрачной атмосфере впору снимать фильмы ужасов, наверняка на моём месте героиня бы ехала в логово к маньяку.

Дом, к которому мы подъехали, не подвёл. Мрачная крепость одинокого некроманта.

– Наверное, надо было предупредить? – с сомнением протянула я, глядя на тёмные окна каменной громадины, что высилась передо мной. Свет горел только в паре окон, да над порогом, а так – темнота… – Может, завтра на работу к нему заедем?..

– Нас ждут. Мы предупредили, – констатировала девушка, первой выпрыгивая из кареты.

Так и подмывало выяснить, кто это – «мы», но я сдержалась. Слуга в чёрной ливрее уже протянул мне руку, вот только стоило мне вложить в неё свою ладонь, как я вздрогнула, медленно сглотнув. Мне с трудом хватило сил не дёрнуться и не забиться в дальний угол кареты. Заторможенно скользнув по нему взглядом, я поняла, что он был скелетом.

«Ну да, что ещё ждать от некроманта?!» – сама себя вопрошала и подбадривала я. Смелее, он ведь меня не съест!

Несмотря на то, что слуга оказался скелетом, он был чрезвычайно галантен, проводив меня до гостиной. Ру исчезла за моей спиной, словно её и не было.

Ни один артефакт не горел в комнате, только камин, перед которым в кресле сидел Лекс Блейкмор.

– Удивлён, – протянул он, – вроде, у нас с вами взаимная неприязнь.

– Верно, – расправив плечи, напомнила себе, что я – не жертва, а сама пришла сюда, и значит роль забитой девочки мне не к лицу! – Только у нас с вами общее дело, и я хотела бы узнать результаты!

– Так мне теперь отчитываться перед вами? – насмешливо выгнул он бровь.

– Не мешало бы! – невольно скользнув по нему взглядом, я поджала губы.

Похоже, он не такой уж и трудоголик… Пиджак и жилет после рабочего дня где-то потерялись, осталась только чёрная шёлковая рубашка, мягко облегающая накачанное тело; волосы взлохмачены, а в руках – стакан с янтарным напитком. И мне не предлагает, сидит, лениво рассматривая. Бесит! Все мои чувства взвивались, стоило ему появиться на горизонте. Но я – девочка не робкая, а потому, оглядевшись, сама нашла столик с напитками и решительно подошла к нему, плеснув себе в хрустальный стакан.

Я знала его тактику назубок. Он не собирался предлагать мне выпить, продолжая смущать взглядом и ожиданием. По его плану я бы чувствовала себя смущённой и немного уязвлённой девочкой, усомнилась бы в своём решении приехать к нему, ощутила бы себя на вторых ролях… Нет уж, не дождётся!

Я самостоятельно заняла ещё одно кресло у камина и с блаженством вытянула ноги. Взглянув на языки пляшущего огня, слегка коснулась стакана губами. Напиваться в его присутствии – идея отвратная. Но я зеркалила поведение мужчины, показывая, что мы на равных, и на другие роли не согласна.

– Так что рассказал мой жених? – поинтересовалась без напора. Усталость, словно змея, медленно опутывала меня. – У меня нет сил на споры, я ужасно вымоталась и была бы признательна, если бы вы всё же поделились информацией. Это касается меня! Как его матушка пережила известие о поднятии? Она в горе и очень ранима.

– Её это не занимало, – хмыкнул Лекс, откинув голову на спинку кресла.

– Как так?! – искренне удивилась я. – Мне казалось, что она будет в ужасе от того, что её сына подозревают в невесть каких делишках.

– Увы... Ваш жених сгорел… а пепел не может восстать, – криво улыбнувшись, ответил он.

– Как – сгорел? – ошарашенно проговорила я.

– Не успел я доехать до его матушки с извещением, как мне сообщили, что семейный склеп Грейвстоунов горит, а его семья объята праведным гневом.

– Случайность? – с сомнением проговорила я.

– Нет, конечно. Поджог. Однозначно. Местный констебль заявил, что это сделали радикалы, которые считают, что старые фамилии должны исчезнуть, дав дорогу новым магически одарённым семьям. Они в последние дни активничали. Проводили митинги и даже кидали фаерболы в сторону представителей власти.

– Так получается, это – неудачное стечение обстоятельств…

– Нет. Кто-то шустро заметает следы. А радикалов использовали как ширму. Не удивлюсь, что и активничать они начали с лёгкой руки и по воле звонкого кошеля тех, кто стоит за всем этим.

– Не слишком ли? По-вашему, тут целый заговор…

Он не ответил, только молча взглянул на меня таким взором, словно я – дитя малое и сморозила глупость. Мужчина не сомневался, да и я, вспомнив жестокость, которой была свидетельницей, сглотнула горечь, собравшуюся во рту, и залпом осушила бокал, закашлявшись.

Жидкость обожгла горло, и я принялась судорожно хватать ртом воздух, пытаясь погасить огонь, что нёсся по венам.

– Не стоит пить, если не умеете, – не упустил возможность для нравоучения Блейкмор, подавая мне стакан с водой. Это чуть приглушило пожар, но желудок продолжал судорожно отправлять сигнал в мозг, что я – дура и этой гадостью сейчас отравлю себя. – Франсуа, принеси закуски.

– Да, господин, – до моего сознания долетела часть беседы на заднем плане, и мой организм замер в немой мольбе, что это для него.

Мне слышались мягкие шаги, звук выдвигающейся полки и звон стекла. Медленно обернувшись, я с любопытством посмотрела на мужчину, уже возвращавшегося ко мне, вот только теперь в его руках была закупоренная колба. Он ловко вытащил дубовую пробку и подал мне колбу.

Ярко-фиолетовая жидкость меня не прельщала, потому я вопросительно выгнула брось, уставившись на него.

– Это успокоит реакцию в вашем организме, Кристель. Пейте. Второй раз предлагать не буду.

И я ему поверила, потому резко выхватила колбу и, зажмурившись, залпом опрокинула её в себя. Нечто обволакивающее покатилось по моему горлу, охлаждая и успокаивая горло и желудок.

– Неплохой антидот, да? – хмыкнул Лекс, рассматривая меня свысока.

– Антидот? – удивилась я. – Вы держите его в гостиной?

– При моей профессии не знаешь, когда может пригодиться, – подмигнул он, переводя взгляд на слугу, катившего щедро уставленную едой тележку. – Вы не ели, нужно подкрепиться, а то скоро ноги не сможете сами переставлять, – заявил он, протягивая мне руку.

– Откуда… Ру, – констатировала я, не успев задать вопрос, – конечно, она!

Его слежка за мной раздражала, но только до того момента, как слуга снял клош, и аромат тушёного мяса загипнотизировал меня. В меру пряный и тёплый… именно такой, о котором мечтал мой желудок. И плевать, что Блейкмор и его люди следят за мной. Мне скрывать нечего… в этой жизни. И в любом случае слежка говорит о его параноидальных наклонностях, а не о моих. Потому я радостно вложила ладонь в его крепкую руку и рванула к столику, на который слуга выставлял еду.

– Выглядит аппетитно! – я нетерпеливо кинула взгляд на слугу и замерла. Моргнув пару раз, я взяла под контроль эмоции, пока мой мозг выстраивал логические цепочки. Я в доме некроманта. Конечно, здесь есть не только слуги-скелеты, но и нечто другое. – А вы кто, уважаемый? – поинтересовалась я у Франсуа.

– Лич! – гордо заявил тот, верно распознав мои сомнения. После чего чопорно вскинул голову и по знаку Блейкмора оставил нас. Я с любопытством смотрела ему вслед, отмечая, что двигается он практически как живой и, если бы не его мертвенная бледность, я бы и не заподозрила неладное.