– Госпожа, – уважительно поклонился мне крепкий конюх, перехватывая поводья.

– Он сегодня молодец! Он заслужил лишнее яблоко.

Мужчина довольно взглянул в глаза коню и повёл его прочь.

– Ну, хоть с кем-то у меня сложились отношения с первого раза, – фыркнула я, стремительно поднимаясь по лестнице. – Сюзан, – на ходу отдавала ей указания, – подбери удобное платье. Когда Зефирка вернётся, передай, что я её не дождалась и уехала на фабрику. Вернусь к ужину.

– Простите, госпожа… Кому передать? – озадачилась горничная, ловко стягивая с меня амазонку.

– Патрисии, – подмигнула я. – Кстати, сегодня нас сопровождали охранники или вооружённые слуги?

– Охрана. Их прислал господин Франц.

– Значит, когда явятся, пусть отправляются на фабрику. Я буду там. И позови Эндрю сейчас ко мне.

– Сюда?! – взвилась девушка, возмущённо взирая на моё отражение в зеркале.

– Конечно! Я уже одета, остались последние штрихи, не хочу терять время.

Сюзан неодобрительно качнула головкой, но моё поручение выполнила. Не успела я разложить по плечам волосы шоколадной волной, как в комнату зашёл дворецкий.

– Госпожа Кристель, – поприветствовал он меня.

– Эндрю, нужно выделить материальную помощь семьям погибших. Составьте список…

– Уже готов, – словно заранее прочитал мои мысли мужчина, изящно доставая из-за пазухи хрустящий конверт.

– Оперативно, – одобрительно хмыкнула, принимая конверт. Я позволила себе мимолётное сомнение, дрожь в пальцах, но только на секунду, а после уверенной рукой открыла его и пробежалась глазами по именам погибших слуг. – Их родня живёт в городе?

– Не у всех. Луи приехал на заработки из деревни.

– Я хочу навестить родственников, насколько это возможно. Выразить соболезнования.

– Вы уверены, госпожа?

– Абсолютно. Когда я смогу это сделать?

– Завтра, я всё устрою, – больше не стал задавать лишних вопросов Эндрю.

– И узнай об их семьях. Может, мы сможем как-нибудь помочь… Я надеюсь на тебя, Эндрю! – с выражением взглянула в глаза дворецкого и отпустила его.

Всё, что осталось от моих верных слуг – имена на белоснежном листе. Я с ненавистью смяла конверт, представляя, как расправляюсь с негодяями, оставившими от них только прах.

Больше я не сомневалась, направившись на фабрику. И так почти полдня потеряла.

Работа на завалах шла полным ходом. Хотя, если быть честной, завалов почти не осталось. Ещё день-другой работы, и маги-стихийники со спасателями покинут эту территорию.

– Почему вас так мало?! – возмущённый возглас Оноры разнёсся по двору, заставив меня замедлить шаг. Не мешая работе магов, я прошла в холл административного здания. – Вас должно было быть больше! – негодовала она, судорожно сжимая кулаки.

– Что случилось, Онора? – поинтересовалась я, осматривая настоящий продовольственный склад перед собой.

– Как мы и оговаривали, я собрала ящики с продуктами, но за помощью обратилась не по адресу, – она устало всплеснула рукой в сторону двух молоденьких девушек.

– Мы – представительницы благотворительного общества «Открытое сердце», – гордо вскинула голову курносая девчонка. – Я – Жанна де Бельмонт, а это – моя подруга Амели Вильер. И мы готовы вам помочь.

– Они – единственные, кто откликнулись, – обречённо проговорила Онора. – Но их мало.

– Мы вам очень благодарны, – широко улыбнулась я девушкам, – а то, что мало… так мы и сами поможем. Мы справимся! – ободрила я секретаря. – К тому же посмотри, ещё и Зефирка пожаловала, – кивнула в сторону Патрисии, влетевшей, словно фурия, в парадные двери. – Нужно найти применение её деятельной натуре.

– Посмотри, на что стала похожа моя белая кожа! А руки?! – после того, как мы заехали почти ко всем семьям пострадавших, наши пути вновь сошлись на фабрике. – Я устала! – приложила она тонкую руку ко лбу и закатила глаза. Вот только здесь не было никого, кто смог бы поймать её в случае обморока, а потому она быстро передумала.

– Патрисия, ты выглядишь чудесно. Благородство пока никого не портило! – оглядев ещё несколько ящиков, я указала на них своим охранникам и велела нести в карету.

– Не думаю… Благородство прекрасно, когда выписываешь чек, а твоё имя после возносят до небес. Вот когда мой муж был жив, всегда говорил, что легче отсыпать пару монет фанатикам благородных обществ, чем самим гнуть спину. Теперь я понимаю на собственной шкуре, каким же мудрым он был у меня! Ты же богатая наследница, найми кого-нибудь! – возмущалась девушка.

– Послушай, тут осталось совсем немного, я справлюсь сама. Отправляйся домой, прими ванну с ароматной пеной. Лаванда чудесно расслабляет, – искушала я её.

– Не-ет, – неуверенно протянула она, – как же я тебя оставлю?..

– Даю слово, что потом – сразу домой. Только отвезу продукты, ничего интересного, – продолжала уговаривать, скрестив при этом пальцы за спиной. – Но, конечно, это я могу поехать домой и принять ванну, а ты тогда заедь к оставшимся в списке.

– Ну нет! Моё благородство имеет границы. Жду тебя к ужину! – подхватив юбки, она стремительно направилась к выходу.

Когда днём девушка ехала ко мне, то была решительно настроена устроить мне взбучку, вот только работа, которой я тут же нагрузила, успокоила её пыл, и теперь она стремглав мчалась прочь.

Я же съездила ещё к пяти семьям и под вечер вернулась на фабрику, где уставшая и притихшая Онора благодарила откликнувшихся дам.

– Я вам очень признательна, – не осталась я в долгу, падая рядом в кресло. Конечно, мне изо всех сил хотелось казаться ланью, но в душе была полна усталости, а потому сомневалась, что получилось изящно.

– Надеюсь, что вы как-нибудь придёте на собрание нашего общества, – проговорила курносая девушка. Кажется, Жанна де Бельмонт.

– Как скажете, я у вас в долгу, – не покривила душой. Прекрасно понимая, что долг платежом красен. К тому же связями обрастать нужно. Я, в отличие от большинства, знала, что вспомнить у меня никого не получится. Нужны новые знакомства. – Когда проходят ваши встречи?

Девушки замялись, отчего у меня в душе зародилось подозрение.

– А сколько человек входит в ваше общество?

– Семеро, – Жанна всё выше задирала нос, но я понимала, что это инструмент защиты, – по правде говоря, в моём обществе состоят: свекровь, золовка, супруга деверя и ещё две мои подруги. Но сейчас лето, и они прячутся от жары в загородных поместьях.

– Сочту за честь к вам присоединиться, как только они вернутся. Или мы могли бы выпить чашечку кофе в уютном саду, – мягко улыбнулась я, видя, как её плечи расслабляются. – Жаль, что в ближайшее время встретиться не получится. Сами понимаете, что на данный момент здесь требуется моё внимание.

– О, это ерунда! – отмахнулась Жанна, а её подруга обречённо кивнула ей в такт. – Я обратила внимание, что у многих семей дети неприкаянно шатаются по улицам, и предложила провести несколько уроков для них их родителям. Они согласились и обещали прислать завтра малышню к фабрике. Знаете, как могла бы измениться их жизнь, если бы они могли читать и писать? У них было бы более радужное будущее. Они могли бы устроиться не простыми работягами, а может быть, пошли бы в подмастерья… – мечтательно тараторила девушка, пока я поражённо хлопала ресницами, переваривая её энтузиазм. – Вы же не против? Госпожа Онора обещала подыскать нам на завтра кабинет. Всё необходимое я принесу сама. Буду учить их буквам, а Амели прекрасно разбирается в счёте.

– У нас есть несколько пустующих комнат на первом этаже. Они сейчас завалены, но я попросила их разобрать, – осторожно поддержала её Онора, с опаской взглянув на меня.

– Это прекрасная идея. Я полностью её поддерживаю!

– Правда?! Я так рада! – взвизгнула Жанна, подпрыгивая на месте. – Прошу простить мою несдержанность… – тут же испуганно икнула она. – Тогда до завтра! Амели, пойдём скорее! Хорошего вечера!

Девушка растворилась, словно мираж, не дав мне с ней попрощаться, отчего я не сдержалась и от души рассмеялась.