– Ещё всё получится, – откликнулась я.

– Вряд ли, – расположилась женщина на подушках. – Только ты нас не забывай, Кристель, заглядывай иногда… Будем вместе вспоминать моего мальчика.

– Конечно…

– А где кольцо? – удивлённо заметила она пропажу, подскакивая.

– Не знаю, – облизнув губы, я старалась подобрать нужные слова, но успокоительное начало действовать, и её веки постепенно стали смеживаться, – но я обязательно его найду, – обратилась к уже спящей женщине.

Передав её в руки горничной, я покинула спальню, спеша оставить и дом, пропитанный утратами и тоской.

– Опять спешите? – голос Кеннингтона нагнал меня на лестничной площадке. Слегка постукивая перчатками по бедру, он также спускался со второго этажа.

– Вы? Я была порядком удивлена, встретив вас здесь.

– Ну да, по-вашему, я должен был проводить время в компании вашей чрезмерно «строгой» дуэньи, – фыркнул он совсем не аристократично. – Как-то не так я представлял благодарность за свою помощь.

– За помощь?! А я её у вас просила?

– Хотите сказать, что она вам не нужна?! – насмешливо выгнул он бровь, нависая надо мной.

– Очень нуждаюсь! Но не в такой, какую вы предлагаете! – я резко поднялась по ступенькам, чтобы хоть немного сгладить разницу в росте. – Вы спросили меня: «Кристель, как я могу тебе помочь?» А король спросил, нужен ли мне такой помощник, который придёт и заберёт фабрику отца, отстранив меня, словно, я – так… пыль под вашими ногами?!

– Всё не так…

– Так! – наседала я. – Мне очень нужна помощь, чтобы, когда очнулся папенька, я могла ему вручить его же дело жизни! А не сообщить, как, пока он был без сознания, я оказалась настолько беспомощна, что у нас забрали всё. И мы теперь должны герцогу Кеннингтону. И, боюсь, долг неподъёмный! Такой помощи мне не нужно! Я лучше буду грызть землю, не спать ночами, но фабрика останется в моей семье!

– Никто не собирается отнимать у вас фабрику, откуда такие мысли? Просто хотим помочь…

– Да неужели?! Что я должна буду вам? Вы поможете, возьмёте фабрику в лоно своих предприятий, не отдавать же потом обратно? Какой законный способ оставить её? Моя свобода… – последнее я крикнула в запале, но по тому, как он смутился, поняла, что попала в цель.

– Между прочим, все незамужние девушки королевства почли бы это за честь! – рыкнул он в ответ, лелея задетую гордость.

– Я – не все! Я потеряю свою свободу только по любви! А потому вашу помощь больше не предлагайте! – я эмоционально развернулась, всплеснув юбками, и помчалась прочь, негодуя. У девушки только умер жених, а ей нового нашли!

Себастьян Кеннингтон

Негодяйка неслась через холл старого особняка, даже ни разу не оглянувшись. Возмутительно вызывающее поведение! Ладони чесались её остановить, но что дальше? Этот вопрос приятно будоражил кровь.

Хоть в начале мне не понравилась идея, и я мечтал отделаться малой кровью от этой девицы, но теперь не мог оторвать глаз.

Юбки её траурного платья, словно волны, хлестали о ноги, открывая изящные лодыжки в тонких чулках, а талия, затянутая чёрной материей, казалась необычайно тонкой. Так и хотелось проверить, поместится ли она в обхвате моих ладоней.

Было в её энергичных движениях нечто освежающее и завораживающее внимание. Последний раз меня так привлекала женская особа, когда я встретил Маргарет…

Вспомнив это имя, я замер, прислушиваясь к себе. Боль затихла. Удивительно, я год не мог залечить дыру в собственном сердце, что изнывала разочарованием, но сейчас она будто начала затягиваться, а сердце предвкушающе стучало.

Кажется, у каждой любви свой срок. И моя к Маргарет, наконец, начала увядать.

Образ Кристель притягивал, хоть я и понимал, что она заинтересовала меня только своей дерзостью, которая ранила мою гордость. Женщины обычно не решались бить туда, она оказалась исключением. Я и не подозревал, что эта юная особа остра на язык, прямолинейна и решительна. Конечно, я видел дочь Кайроса несколько раз, слышал о ней, но до этого ни разу не желал сделать знакомство более близким. О ней говорили, что она хороша собой, богата, избалована и прекрасная наездница, но никто ни разу не сказал, что у неё есть характер.

Я еле сдерживал предвкушающую улыбку, держа бесстрастное лицо, когда вышел на крыльцо. Азарт разлился в крови, требуя немедленных действий. Не нужна ей моя помощь… хорошо. Сыграем иначе!

– Ты кажешься слишком довольным, – бесстрастный голос Лекса не мог меня обмануть. Я знал его слишком долго, чтобы не улавливать истинные эмоции по малейшим изменениям интонации. Он был заинтересован.

– Думаешь? – не стал скрывать я улыбку. Мой экипаж плавно подъехал к крыльцу. Тёмно-изумрудная карета насыщенного оттенка с родовым позолоченным гербом на двери подчёркивала мой статус родственника короля. – Пожалуй, соглашусь. Впервые матримониальные планы моего родственника не кажутся мне такими уж ужасными.

– Осторожнее с ней, Себастьян, – Лекс развернулся ко мне, придерживая за плечо, – она может быть опасна.

– Глупости. Она, бесспорно, дерзка на язык, но не более. Ей нужна помощь, и я её окажу. Хочет она или нет. Ну, а если по пути пойму, что из неё выйдет отличная герцогиня, то так тому и быть. Не пойму тебя, Лекс. Ты же во всём поддерживаешь Ардена и сколько раз твердил за этот год, что мне не мешало бы жениться и забыть Маргарет, а теперь, когда я встретил девушку, что меня заинтересовала, ты твердишь, что она опасна.

– Во-первых, я это твердил ещё до идеи Ардена женить тебя на ней, – фыркнул Лекс, отворачиваясь. Его угольно-чёрный экипаж без единого опознавательного знака также подъехал. Хотя ему и не нужно было тратиться на золото, ведь кучер управлял не просто лошадьми, а самыми быстрыми, самыми выносливыми созданиями – лучшими скакунами, когда-то жившими при королевском дворе. Лекс просто поднял их скелеты. – А во-вторых, на фабрике не всё так чисто.

– Нашли какие-то улики?

– Не то, чтобы… работы ещё идут. Разбор завалов продолжается, но уже сейчас можно сказать, что это не было случайностью.

– Саботаж?!

– Тише, Себастьян. Будь осторожней со своей «дамой в беде», нутром чую, – с ней что-то не в порядке.

– Нутро? Это не тянет на весомый аргумент, – отмахнулся я.

– Помнится, твою жизнь это нутро как-то спасло, – с выражением посмотрел он мне в глаза, отчего я замер. Память подбрасывала яркую, словно это случилось вчера, картинку из прошлого.

Жаркая ночь, небольшая таверна, южное побережье…

Наши войска разместились в ожидании флота противника. Ту ночь, как всегда, я проводил с дочкой владельца, ничто не указывало на то, что она вместе с «папочкой» были подосланными убийцами, ждавшими своего момента. А вот Лекс её сразу заподозрил, и именно его рука остановила кинжал.

Я видел в его глазах отголосок своих воспоминаний, отчего кривая улыбка коснулась моих губ.

Вот только настоящее напомнило о себе громким взрывом, вырывая из лап прошлого. Яркие магические эманации мог почувствовать любой маг на расстоянии пары километров, в то время как над дорогой, что вела от особняка, поднимался дым.

Этого хватило, чтобы по долгу чести мы ринулись к источнику взрыва. Лекс тут же выхватил артефакт связи, вызывая огневиков, опасаясь всплеска распространения неподконтрольных огненных духов.

Ещё подъезжая, я учуял тошнотворный запах горелой кожи, дерева и железа. Когда же мы выскочили из кареты у источника магических эманаций, то поняли, что это экипаж, а точнее – его остатки. Тот, кто в нём ехал, слуги и животные сгорели до тла. Оставался остов, который сейчас медленно плавился.

– Это какая же температура?! – спросил я, сам готовя заклинание.

– Не спеши, уничтожишь улики, – остановил меня Лекс, прикрывая ладонью глаза и подходя чуть ближе к остову. – Пусть огневики здесь поработают. Ты всё равно уже никого не спасёшь, а вот остаточный след можешь замести… Что это?! – удивился он, отчего и я перевёл взгляд в сторону, куда ринулся друг.