— Пожалуйста… — протянула она нежным голосом и посмотрела на него с болью в янтарных глазах.

— Мы закончили, — твердо произнес маг, вглядываясь в её лицо.

Ее сопротивление ему было совершенно непонятно.

— Ерунда, — прошептала Мелисса дрожащим голосом. — Почему ты так поступаешь?! Ты отдалился, а потом… — она сглотнула, кусая пухлую губу, не решаясь произнести вслух те самые слова. — Я не понимаю, я тебе больше не нравлюсь? Что происходит?

— Ничего. Абсолютно ничего, что тебя бы касалось.

У них нет ничего общего, кроме глупой старой договоренности. И он не желал впускать ее в свою жизнь. Больше нет.

Он крепко схватил ее за руку, которая снова потянулась к нему, и прижал её к себе ближе, не давая и рыпнуться. Никаких шансов сделать что-то недозволенное.

— Между нами…

Эйш не смог договорить. Её алые губы впились в его, словно бы заглушая, затыкая его. Кажется, она это сделала для того, чтобы не сорваться самой. Потому что если бы он произнес эти слова вслух, то она бы точно бросила его в этот бассейн и вскипятила его. Он не боялся, ей потребовалось бы больше времени, чем ему, — его магия среагировала бы быстрее — и разряд молнии, коснувшись её руки, обезвредил бы девушку.

Эйшар совершенно не желал этого поцелуя, но её глазах промелькнул страх, перед тем, как они закрылись, а губы коснулись, оставив на нем след от помады… И этого оказалось достаточно, чтобы случилось непоправимое.

Его плечо пронзило болью, а кожу, где расположилась метка, которую всё ещё прикрывало полотенце, обожгло огнем. И это могло значить только одно.

А потом послышался сдавленный вскрик.

Эйшар дернулся, словно в него и попала та самая молния, что грозилась сверкнуть среди мрачных повисших туч. Он резко отпрянул и, повернув голову, посмотрел в сторону двух коридоров, ведущих к раздевалкам.

Осознание обрушилось на него подобно огромной штормовой, сокрушительной волне. Связь между ними с Эйрилин была крепка и, если дёргали с одного конца, отзывалось на другом. И он оказался тем, кто принимал эту вибрацию с другого конца. По его спине пробежала ледяная дрожь, в кожу впились иглы чужой ненависти, а нутро опалило жаром — и это был не жар страсти и любви, это был яростный пожар из гнева и отчаяния. Эйш растерялся всего на миг, всматриваясь во тьму коридора, из которого могла прийти только одна девушка... способная на такое.

Она видела. Видела, как его целуют чужие губы. Видела этот поцелуй отчаяния.

Сердце гулко застучало в груди.

То, какую боль она испытала в тот момент... Эйшар почувствовал себя предателем.

Он ей обещал. Он просил её о шансе, и эта глупая нелепость всё вот-вот испортит! Окончательно. Эйрилин не даст ему второго шанса. И он должен был это исправить. Он готов был раскаяться и объясниться.

Что за вечер! Почему эти две женщины в один момент оказались в этом месте?! Почему сейчас, когда всё только начало налаживаться?!

Его сердце наполнилось едкой досадой. Гнев пробудился с новой силой, и Эйш скрежетнул зубами, сжав кулаки.

***

Все эти мысли стучали в голове набатом вместе с пульсом от бьющего в груди сердца. Он преодолел расстояние достаточно быстро, толкнул дверь в душевые — пусто. Он даже не подумал, что здесь мог быть кто-то ещё, кто-то из девушек! Рывок, дальше — он замер в узкой длинной комнате с двумя рядами металлических шкафчиков и черных мягких банкеток. Всё точно такое же, как и в мужской раздевалке, только там комната была значительно просторнее, потому что сотрудников мужчин насчитывалось больше.

Здесь было до неприятного темно. Мрачно.

Эйш шумно выдохнул от разочарования. В женской раздевалке никого не было. Эйрилин оказалась быстрее.

Он прошел вперёд и принюхался. Её запах, так похожий на запах леса, остался витать в воздухе, но самой девушки тут не было. Спрятаться было некуда. В шкафчик тем более — узкий, только скинуть вещи, даже сумка не поместится. Дверца с номером восемь в красном ряду была открыта, но пуста. Входная дверь неплотно закрыта, пропуская внутрь раздевалки тонкую полоску белого света. Вряд ли она Эйрилин успела переодеться. Просто схватила все свои вещи и бросилась прочь.

Как же быстро она бежала от него и той неприятной сцены, что увидела? Эйш испугался, что между ними разразилась пропасть. И она будет огромной.

Пальцы ног коснулись чего-то мягкого и тонкого, он заметил на полу в полумраке черное пятно.

— Не смей сбегать от меня! — воскликнула Мелисса. Её шипящий от гнева голос нагнал его быстро. — Куда ты так рванул? — возмутилась она и оглянулась, а затем, моргнув, снова пришла в себя, поправила волосы, убирая черную прядь за ухо. — Почему мы здесь?

— Услышал шум, — так же холодно отозвался Эйш.

— В женской раздевалке?

— Именно так.

Что-то привлекло её внимание, Мелисса склонила голову и прищурила свои янтарные глаза, обрамлённые черными густыми ресницами. Она была красивой и очаровательной, пока не начинала показывать свой характер. Её пальцы подняли упавшую вещь.

— Ну... Здесь действительно кто-то был, — утвердила девушка, хмыкнув.

— Что ты делаешь? — опешил он.

О нет! Это было её белье. Эйрилин не заметила, что выронила...

Эйш втянул в себя воздух и больше не дышал. Это всё какой-то абсурд. Неловкость от того, что Мелисса сейчас трогала...

— И судя по спешке, — она расправила кружево темных трусиков и поиграла с резинкой, — нас действительно заметили!

Нет, всё, это ни в какие рамки! Она не знала, чье это бельё, а Эйш почему-то почувствовал стыд и смущение от того, что это принадлежало Эйрилин... Его избранной.

Так нельзя, всё это зашло слишком далеко. Он не собирался продолжать диалог с Мелиссой, не собирался оставаться здесь и терять своё время.

— Мелисса! — рявкнул маг, наклоняясь к ней.

Она опешила и вздрогнула.

— Святые драконы... Никогда тебя таким не видела! — девушка поморгала, тут же растеряв весь боевой настрой. — Обычно ты куда спокойнее! Я тебя не узнаю. Но, знаешь, мне нравится!

Она сглотнула и приоткрыла рот.

Эйш и сам себя не узнавал. Но Мелисса хотела сунуть нос туда, куда не должна была. Оттого он и злился.

Она решила пробежаться взглядом по его телу. Как назло, Элгрин вспомнил, что на нем только одни плавки. Он никогда не стеснялся женщин и своего тела, у него не было смущения на эту тему. Раньше ему было плевать, ему нравилась пылкость Мелиссы и красивое умение брать своё. Но впервые ему захотелось прикрыться и спрятаться. Ему не хотелось, чтобы она смотрела на него плотоядно и жарко, это вызвало неприязнь. Но кожа покрылась мурашками, словно отзываясь на её откровенное разглядывание.

Девушка прильнула к нему, явно не желая отпускать. Ему начало казаться, что они ходят по кругу. И это никогда не закончится.

— Дай сюда! — рыкнул он ей в лицо, пытаясь выхватить вещь из лап Мелиссы. Но она не дала, отвела руку за спину.

— Да ладно, ты что, хочешь забрать их себе? Не знала, что ты такой извращенец!

Эйш закатил глаза. Дай ему сил и терпения!

— А тебе они зачем? — перебил своим вопросом Эйш глупости, которые несла Мелисса. Она словно не понимала, не хотела понимать и видеть очевидное. Не хотела его слышать.

— Найду ту, что подглядывала за нами. Посмотрю на неё. И верну то, что она потеряла, — с хитростью протянула она.

Сердце начало колотиться быстрее. Он сейчас сорвётся, и это кончится бедой. Глубокий вдох.

— Зачем ты собралась её искать? — его голос звучал хрипло и достаточно угрожающе, но Мелисса почувствовала его слабость...

Они с Эйрилин не должны были встречаться. Их миры не должны были пересечься даже сегодня. Мелисса не оставит её в покое, если увидит, если найдёт. Она была собственницей. И вот последствия.

Эйшар ей ничего не обещал, но она вцепилась в него когтями.

— Ты такой любопытный стал! И ты… нервничаешь? Я чую. — Она изменилась в лице, прищурила свои янтарные глаза, почувствовав его слабость, а затем улыбнулась.