Словно во сне, мы услышали хруст костей и один короткий вскрик. Лапа сжалась сильнее, и дракон брезгливо выбросил изломанное тело Клауса с выкатившимися глазами в пропасть, им же и созданную.

Ни звука не издал принц. Он уже был мертв. Улетел в бездну.

Магия потоком хлынула наружу, я ощутила ее свободное течение. А руки парней разжались. Все изумленно смотрели, как в зал входит дракон. Черный, блестящий, огромный. Лишь кое-где были заметны остатки вековой пыли.

– Гайнир, благодарю! Но почему так поздно! Почему?! – крикнула я и бросилась к ним. К Герату.

«А как ты думаешь, маленькая Астер, сколько времени нужно, чтобы разбудить тело, спавшее тысячи лет, – услышала я в голове уже знакомый голос дракона. – Уж не четверть часа, что вы провели со мной! Я спешил как мог!»

Он оказался быстрее меня. Огромная лапа бережно подняла бесчувственное тело Герата и перенесла из проклятого круга. Опустила у моих ног.

– Герат!

Он лежал передо мной словно мертвый. Бессильно раскинув руки и ноги, грудь не вздымалась от дыхания. Его лицо не посинело, как у Статира, глаза не выкатились. Они были закрыты, а в лице – ни кровинки, кожа плотно обтянула высокие скулы и твердый подбородок.

Сглатывая слезы, я приложила дрожащие пальцы к его шее. Несколько секунд ничего не чувствовала, и холодные клешни отчаяния сжимали сердце. Но постепенно ощутила. Тонко, призрачно, но у меня под пальцами бились остатки его жизни.

– Медиков сюда! – закричала я. – Сила будет – я дам сколько нужно! Всю отдам, всю! Только спасите его!

Приложила руки к его сердцу и пустила силу литься в его тело.

«Герат, любимый… Не умирай, вернись, пожалуйста…» – шептала я. Но сила делала круг и возвращалась ко мне. Тело Герата ее не впитывало.

Нас окружали люди. Подошли мэтры Соло и Остар, мои друзья, Тария с Дорием, другие маги. Пожилые мэтры, еще трое магов склонились над Гератом, тоже пытались влить силу, щупали его пульс, что-то диагностировали.

А я все пыталась отдать ему свою жизнь, свою силу, не убирала руки с груди, целовала холодные бледные губы. Мы пытались вернуть его к жизни, а Герат так и лежал ни живой, ни мертвый, потерявший всю свою магию.

Мне на плечо легла рука. Я услышала осторожный голос мэтра Соло:

– Ил… Астер, девочка моя, нам очень жаль… Мы не сможем его спасти. Принц выпил всю его магию. Жизненная сила магов тесно связана с их магией, и если забрать ее всю, жизнь тоже уходит. Он держится на каких-то остатках жизни тела – простой животной жизни, которая без магии угаснет. Может, за десять минут, может, за несколько часов. Ты ведь видишь – он больше не усваивает магическую силу.

Я подняла взгляд на мэтра. Слезы заливали глаза, волосы растрепались, упали на лицо и прилипли к нему. Словно в дымке я видела Соло.

– Нет, такого не может быть, – прошептала я. Обвела взглядом всех вокруг. – Кто-нибудь может его вылечить?! Кто-нибудь это может?! Должен быть способ, слышите меня?!

Я вновь склонилась над Гератом. Точно знала: будь он Хранителем, я могла бы раздуть уголек. Найти погасший и раздуть силой первого Хранителя. Но даже темного погасшего уголька в нем не было. В нем не было крови Хранителя. Никто из его предков не разрезал небо, сидя на драконе.

– Пожалуйста, Господи, соверши еще одно чудо… – взмолилась я шепотом. Бог услышал меня один раз – и прислал Гайнира. Может быть, услышит и во второй? Может, мы не заслужили чуда. Но просто по великой Твоей милости соверши его! Мама всегда говорила, что Создатель любит нас.

– Астер, послушай, – услышала я вдруг в голове голос Гайнира. – Я могу спасти его. Но ты не сможешь сохранить все, что у тебя есть сейчас. Что-то или кого-то ты все равно потеряешь. Тебе нужно выбрать. И тогда я смогу помочь.

Я не сразу поняла, что он говорит. Но постепенно, вместе с тем, как до меня доходил смысл его слов, в сердце светлым облаком растеклась надежда.

– Гайнир, – я подняла на него заплаканное лицо. – Я не понимаю, что ты имеешь в виду. Но мой выбор сделан. Я люблю его. Я не могу без него.

– Тогда отойди, – произнес дракон. Видимо, он умел делать свою мысленную речь доступной всем, потому что вслед за этим добавил: – Отойдите все.

Мне не хотелось и на секунду покидать Герата, но я поднялась на ноги. Пристально глядя на распростертого любимого, попятилась назад.

Когда мы все отошли и вокруг Герата образовался свободный круг, дракон приблизился к нему. Снова бережно взял его в лапу, поднес ближе к глазам, словно хотел рассмотреть.

– Да, – вдруг произнес он. – У него пылающий дух. Он и греет тело до сих пор. Должно получиться.

А дальше произошло невероятное. На мгновение мне показалось, что образ дракона с Гератом в лапе размылся из-за моих слез. Но нет… он действительно словно начал расплываться. Еще секунда – и они исчезли. На их месте крутился смерч, состоящий из миллиардов черных песчинок.

Сердце ударило в панике. Что делает дракон?!

Только и оставалось, что довериться Богу, у которого я просила чуда. И Гайниру, которого Он послал.

Это продолжалось долго, может быть, минут десять. За это время мое сердце успело упасть в бездну от страха и вознестись до облаков в надежде. «Господи, помоги нам, – продолжала шептать я беззвучно. – Помоги Гайниру, если он действительно спасает его!»

Вдруг я заметила, что вихрь крутится медленнее. Он словно начал собираться в образ огромного черного дракона. Спустя пару минут перед нами стоял дракон. Казалось, он стал еще больше, еще великолепнее.

Герата не было. Один дракон.

– Нет! Только не это! Он исчез! – крикнула я. От паники я просто не знала, куда деваться, хотелось кинуться к дракону и ударить его. Кричать, что он не выполнил обещание…

Дракон вдруг, словно ощупывая себя, наполовину расправил крылья, сложил их. Потом изогнул длинную упругую шею и с каким-то удивлением осмотрел свою грудь, бока. Поднял голову и сверху вниз посмотрел на меня. Песочные часы в центре янтаря, и в этом янтаре плескался знакомый огонь…

– О господи! Герат! – Я кинулась к огромному дракону. Он опустил голову, и я отчаянно прижалась к ней. – Герат, это ты! Это ты!

– Что же ты наделала, Астер! – услышала я его голос в голове. Знакомый голос, полный знакомой огненной досады. – Я не смогу больше обнять тебя! Никогда, ты понимаешь это?!

– Но ты жив, любимый! Разве умереть было бы лучше?! А… где же Гайнир? – я оглянулась вокруг, так и прижимаясь к голове любимого дракона.

Словно бы насмешливый вздох раздался в зале, легкое дуновение ветра, и голос Гайнира произнес в моей голове и в головах всех вокруг: «Знаешь, я отвык от этого тела. И от этого мира. Они не очень-то меня привлекают. Ему это тело нужнее. Из твоего ректора выйдет хороший дракон!»

– Благодарю, Гайнир, благодарю, мой дракон!

Слезы текли неудержимо. Я снова обрела Герата. И при том потеряла…

– Нет, так не пойдет, – вдруг насмешливо сказал Герат. – Отойди-ка, хулиганка!

– Да нет же! Я больше никогда не отойду от тебя!

– Отойди, я сказал! – рявкнул Герат у меня в голове. Я даже вздрогнула.

– Ну ладно, отойди так отойди… – прошептала я. Не ругаться же с ним сразу после его воскресения?

Я отошла чуть в сторону, и тут же черный дракон снова начал распадаться на множество частичек. Опять закружился черный вихрь.

А я кусала губы от тревоги. Почему они, драконы, никогда толком не объяснят заранее, что происходит? Ни Гайнир, ни вот теперь Герат! Впрочем, Герат всегда был таким, тут и в дракона превращаться не нужно.

На этот раз это происходило быстрее. Лишь пара минут – и вихрь замедлился. А потом на его месте начал собираться до боли знакомый образ высокого черноволосого мужчины.

Вскоре вместо дракона стоял Герат. Такой, как всегда. Немного суровый, слегка небритый. Только вот он был голый. И глаза из темно-карих стали янтарными со зрачками в форме песочных часов.

– Получилось! – непринужденно и радостно рассмеялся он. С усмешкой оглядел себя и добавил: – Дайте прикрыться, что ли!