— Я убью тебя, Лелантос. Тебя, Перса и Атласа. Эта миссия никогда не менялась, по крайней мере, для меня.

— Никогда не считал тебя трусихой, Маленькая Муза. Похоже, я тебя совершенно не знаю, — говорит он, презрительно скривив губу и глядя на меня.

— Я не гребаная трусиха. Я бы сразилась с тобой прямо сейчас, если бы ты не был мне нужен, — выпаливаю я в ответ, хватаясь за небольшой прилив гнева и поддаваясь ему. Как бы мне хотелось, чтобы у меня сейчас был мой клинок, чтобы доказать свою правоту. Но использовала бы я его? Глядя в его прекрасные зеленые глаза, я колеблюсь.

— Ты всю жизнь находилась в бегах, а когда наконец получила шанс остановиться, ты его отвергаешь. Делай, что хочешь, Каллиопа, но я обещаю тебе одно: если ты причинишь вред моим братьям, я без колебаний убью тебя, — шипит Лелантос, выплевывая слова.

Не успеваю я ответить, как он устремляется в гостиную, оставив меня одну, застывшую от шока. Мой план строился на том, что чувства Лелантоса ко мне станут препятствием для него. Его колебания дали бы мне достаточно времени, чтобы расправиться с Персом и Атласом. Но этому не бывать.

Лелантос только что подтвердил, что нанесет удар в тот же миг, как я нападу. Я не дура. Такой поворот событий практически гарантирует мою смерть. У меня может появиться шанс убить одного, возможно, двоих из них, но точно не троих. Стоит ли моя месть того, чтобы за нее умереть, особенно когда я уже не уверена, что хочу этого?

Да, нет, возможно.

Я делаю успокаивающий вдох и иду за ним, находя его в столовой вместе с Атласом и Персом. Войдя в комнату, я чувствую на себе их пристальные взгляды. Если Лелантос и рассказал им о нашем разговоре, то ни один из них ничем этого не выдает.

— Садись, Каллиопа. Нам нужно обсудить тактику, — говорит Атлас, указывая на стул слева от себя, между ним и Персом.

Атмосфера пропитана дурным предчувствием. Я много раз испытывала подобное перед охотой. Воздух потрескивает от электричества, а от предвкушения у меня по коже бегут мурашки. Быть убийцей — дело одинокое. Делиться этой частью себя с Титанами — это почти что-то особенное.

Лелантос игнорирует меня, когда я сажусь напротив, и я борюсь с желанием извиниться. Хочется умолять о шансе вернуть все назад и забыть о случившемся, но я держу язык за зубами. Все это не имеет значения. Вне зависимости от моих чувств, Лелантос — это отвлекающий фактор, который я не могу себе позволить.

— Судя по данным нашей разведки, на складе работает как минимум семь человек. Днем они приходят и уходят, но ночью там все затихает. По-моему, они там и спят, — говорит Перс, потягиваясь и закидывая руки за голову.

Он откидывается на спинку стула и подмигивает мне. Лелантос определенно ничего не рассказал о нашем разговоре. Если бы рассказал, Перс не смотрел бы на меня так, словно готов съесть. Таким же взглядом смотрел на меня Лелантос, прежде чем я растоптала его надежду. Если бы Перс знал, что я сказала, я бы уже была мертва.

Господи Иисусе.

— Что насчет Афентиса? — требует ответа Атлас.

— Его самого мы не видели, но со склада через одни из роллетных ворот выехал светло-коричневый пикап. Он вернулся через пару часов и сразу заехал обратно. Это должен быть Афентис. Все остальные парни пользуются парковкой. Это была единственная машина, которая заехала внутрь.

Лелантос отказывается смотреть в мою сторону, когда говорит, и от него так и веет враждебностью.

— Номера? — спрашивает Атлас, переводя взгляд с Лелантоса на Перса.

— Без регистрации, — отвечает Лелантос.

— И это все? — спрашиваю я, и все трое устремляют взгляды на меня. — Серьезно, мы ждали этого два дня. — Я качаю головой с притворным разочарованием. Их маленькая слежка не дала нам ровным счетом ничего.

— А зачем она вообще здесь? — спрашивает Лелантос.

Черт побери. Лелантос меня действительно ненавидит. Перс смотрит на него, удивленный и сбитый с толку его гневом. Чувство вины впивается в меня когтями, когда Перс переводит взгляд на меня, поэтому я отворачиваюсь.

— Потому что у нас сделка, — отвечает Атлас.

— Без её помощи мы бы не узнали местоположение, — говорит Перс, и от такой защиты у меня брови ползут на лоб.

— Ей нельзя доверять, — парирует Лелантос.

Вот это да. Слышать, как Лелантос говорит это с такой ненавистью, действительно ранит.

— Я ей доверяю.

Я резко поворачиваю голову к Атласу, удивленно открыв рот. Он что, только что…

— И я тоже, — говорит Перс.

Добро пожаловать в сумеречную зону. На мгновение я перевожу взгляд с Перса на Атласа, пытаясь осмыслить их слова. Они. Мне. Доверяют.

Даже дядя Кой не мог этого сделать. Как он там часто говорил? — Тебе нельзя доверять, и я не могу так рисковать. — Я отчаянно хотела доказать, что он неправ, но мне никогда и не нужно было этого делать.

Сидеть за одним столом с врагами, пока они заявляют о своей вере в меня, действительно может изменить мировоззрение девушки. Неужели все так просто?

Начали мы не с самой лучшей ноты. Они, черт возьми, сожгли мой бизнес дотла. Но Атлас также попросил меня принять участие в допросе. Лелантос позволил мне вести наблюдение вместе с ним, а Перс разрешил мне взять все под контроль на секс-вечеринке. Каждый из них по-своему доверился мне.

Время встретиться со своими демонами.

— Лелантос, ты прав. — Его зелёные глаза поднимаются, чтобы встретиться с моими, и в их глубине расцветает надежда. — Я устала бегать.

Улыбка, расплывшаяся по его лицу, будет освещать Тартар до конца года. В мгновение ока он вскакивает со стула, опускается на колени рядом со мной и жадно впивается в мои губы.

— Что, блядь, происходит? — слышу я голос Атласа, отвечая на страсть Лелантоса своей собственной.

Я полностью отдаюсь поцелую, прижимаюсь телом к Лелантосу и запускаю руки в его волосы.

— Понятия, блядь, не имею, но это горячо, — рокочет Перс.

Я хихикаю в ответ на слова Перса, и Лелантос отстраняется. Его зеленые глаза, горят страстью, восторгом и тем самым другим чувством. Да, я по-прежнему не собираюсь это произносить или признавать.

— Наша Маленькая Муза только что согласилась стать Титаном, — радостно восклицает Лелантос, и у меня внутри все переворачивается, когда чувство принадлежности согревает меня изнутри.

— Я думал, мы это выяснили два дня назад, — с недоумением добавляет Перс.

— А что случилось два дня назад? — спрашивает Атлас.

Мои глаза округляются, когда я смотрю на Лелантоса, а он поджимает губы, чтобы скрыть улыбку. Я яростно мотаю головой, взглядом умоляя его не делать того, что, как мне кажется, он собирается сделать. Лелантос игнорирует мою безмолвную мольбу, поднимается с пола и поворачивается к Атласу, потирая затылок.

— Мы с Персом немного развлеклись с Каллиопой, и она согласилась стать нашей.

В комнате воцаряется мертвая тишина, и я осмеливаюсь бросить взгляд на Атласа. Его взгляд прикован к Лелантосу, — между ними проскальзывает что-то нечитаемое.

— Мы обсудим это позже, — рычит Атлас, и напряжение мгновенно наполняет комнату. — Выдвигаемся через двадцать минут. Действуем тихо, но готовимся к войне.

Хотя он говорит о складе, его взгляд перемещается на меня, и в нем ясно читается предупреждение. Даже если на складе все пройдет гладко, война все равно грядет, и именно Атлас ее развяжет. Когда он встает и выходит из комнаты, у меня сжимается грудь.

— Не обращай на него внимания. Он просто злится, что не участвовал, — Лелантос хватает меня за руку и поднимает на ноги. — Пойдем, найдем себе игрушки.

Он тащит меня за собой в том же направлении, куда ушел Атлас, а его настроение находится на небывалом подъеме. Я бы хотела разделить его радость, но реакция Атласа меня сдерживает. Я ему не нужна. Более того, я уверена, он сделает все, что в его силах, чтобы мне помешать.

— Лелантос прав. Атласу трудно справляться с эмоциями, — добавляет Перс у меня за спиной.