Эш рыкнул мне в рот и толкнулся сильнее, наконец дав себе волю. Он прижался губами к моим, и больше его восхитительной крови покрыло мой язык, пока он вбивался в меня без ограничений. Удовольствие свернулось глубоко во мне, натягиваясь все туже. Я больше не могла вынести. Я собиралась сорваться. Сломаться. Взорваться.

Я вскрикнула, когда оргазм разорвал меня, и удовольствие окрасило мое зрение звездным светом. Эш погрузился до основания и откинулся назад, издавая хриплый рев. Под ним я скользила по волнам экстаза, пока мои внутренние мышцы пульсировали вокруг него.

Когда оргазм угас, мои ноги расслабились, безвольно упав на кровать, и Эш склонил голову, чтобы отдохнуть рядом с моей на одеяле. Я боролась, чтобы отдышаться, пока шипящее удовольствие угасало до нежного пульсирования.

Эш приподнял бедра, вытаскивая свое смягчающееся, но все еще существенное возбуждение. Движение вызвало эхо экстаза, пульсирующее из моего лона, и я задохнулась.

Голова Эша вскинулась, и он замер надо мной, беспокойство преобразило его смелые черты.

— Я причинил тебе боль? — спросил он.

Я провела кончиками пальцев одной руки по стороне его лица, пропуская их через короткие, грубые волосы его бороды.

— Только в том смысле, который мне понравился, — сказала я ему.

Его черты разгладились, взгляд искал мой.

— Ты не та, кого я ожидал.

Я издала прерывистый смешок.

— Это хорошо или плохо?

Эш молчал так долго, что тревога затрепетала в моем животе. Он разочарован? Он сожалеет о связи со мной? Или, по крайней мере, сожалеет о том, что сделал следующий шаг со мной?

— Это то, что меня пугает, — наконец сказал он, наклоняясь, чтобы прижать нежный поцелуй к моим губам. Я ждала, что он скажет больше, но его следующие слова были совершенно неожиданными. — Нам нужно поговорить с Гэвином.

Эш скатился с меня и сел, потом встал, натягивая белье и джинсы и быстро застегивая ширинку. Ремень висел незастегнутым, он наклонился, чтобы поднять мой халат с пола. Я даже не заметила, когда он упал с моего тела. Я села и пересела на край кровати, помогая ему продеть рукава на мои руки.

— Почему нам нужно поговорить с Гэвином? — спросила я, и страх завязался узлом в животе.

— Потому что он кое-что от тебя скрывает, — сказал Эш. — А время секретов прошло.

Глава 34

— Что скрывает Гэвин? — спросила я Эша, вставая с кровати и завязывая пояс халата на талии.

Гэвин что-то от меня скрывал? Я не была уверена, как такое вообще возможно, учитывая, что обрывки мыслей и эмоций Гэвина просачивались через связь, которую мы теперь делили. И судя по тону Эша, Гэвин скрывал от меня не что-то мелкое и пустяковое. Это был большой и скверный секрет.

— Консорт не должен ничего утаивать от своей королевы, — сказал Эш, мышцы груди, плеч и рук напряглись, пока он застегивал ремень. — Это неправильно.

Это подтверждение притушило затянувшееся блаженство от нашего соединения, и мое всепоглощающее осознание совершенно новой связи поблекло, пока я не почувствовала и остальных, привязанных к моему сердцу. Я стала слишком остро осознавать двух мужчин в коридоре, ожидающих у двери в гостиную Эша. Я прошла путь от постоянного ощущения одиночества до погружения в общество людей, которым я была небезразлична, и все это было немного ошеломляюще.

— Мне нужна минутка, — пробормотала я, спеша к приоткрытой двери ванной.

На самом деле мне нужно было около десяти лет, прежде чем противостоять Гэвину насчет того, что он от меня утаивал, но минутки, чтобы привести себя в порядок, придется достаточно. Я вряд ли могла быть собранной и достойной в своем требовании ответов, когда остатки страсти Эша и моей сочились по внутренней стороне моих бедер.

Долгий миг я стояла у раковины, глядя в зеркало и пытаясь примирить свой внутренний образ с женщиной в зеркале. Но мое отражение больше походило на мою маму, чем на меня, с блестящими рыжевато-каштановыми волнами, яркими аквамариновыми глазами цвета тропического моря и алебастровой кожей, которая, казалось, мерцала неземным свечением. Женщина, отражавшаяся в зеркале, обладала дикой, необузданной красотой, как вулкан или гроза. Она не была мной.

Но она была той, кем я должна была быть. Кто скрывался во мне все это время. Я знала это, но нужно было привыкнуть.

Тихо рассмеявшись — потому что, право, что еще оставалось? — я открыла кран. Я плеснула холодной воды на лицо, затем вытерлась бумажным полотенцем, висящим на стойке. Тем же полотенцем я вытерла внутреннюю сторону бедер, прежде чем бросить запачканную ткань в корзину под столешницей.

Снова глядя в зеркало, я пропустила пальцы сквозь спутанные волны, но ничего не могла поделать, чтобы укротить непослушную гриву. К счастью, Эш держал маленькую керамическую чашку с резинками для волос на столешнице. Я вытащила одну и стянула волосы в низкий хвост. Далеко не шикарно и не изысканно, но лучше, чем всклокоченная после сна голова.

Чувствуя себя немного достойнее, я потянула дверь ванной. И взвизгнула, отшатываясь на шаг.

Эш стоял на пороге, руки прижаты ладонями к стене по обе стороны дверной рамы, будто он сдерживался, чтобы не войти в ванную за мной.

— Прости, — сказал он, его голос был низким гулом. — Я не хотел тебя напугать. — Он отступил назад, пока больше не загораживал дверной проем. — Ты в порядке?

Я кивнула и издала прерывистый смешок.

— Я в порядке. Просто не ожидала, что ты будешь прямо здесь, — сказала я, указывая на дверной проем перед собой.

Теперь, когда у меня было три активные связи — плюс шаткая, неощутимая связь с Ксавьером и кровная связь с Тейном, — становилось гораздо труднее различать и интерпретировать мое внутреннее осознание моих консортов. Я была так сосредоточена на Гэвине и Бастиане, нетерпеливо ждущих в коридоре, что не заметила, как Эш почти последовал за мной в ванную.

— Гэвин там, — сказала я, обхватывая себя за талию и глядя в сторону гостиной и коридора за ней.

— Я знаю, — сказал Эш. — Я слышу его — и оборотня, если не ошибаюсь.

Мои брови поползли вверх.

— Ты и чувствуешь их тоже? — Неужели моя связь с другими как-то соединила их всех друг с другом?

Эш покачал головой.

— Сердца оборотней бьются быстрее, чем у любых других человекоподобных, — сказал он и протянул мне большую руку. — Дай Гэвину шанс рассказать тебе самому. Если не расскажет, расскажу я.

Неуверенно я шагнула вперед и вложила руку в его.

Эш сомкнул пальцы вокруг моей, полностью накрывая мою руку, и притянул меня ближе. Он положил другую руку на изгиб моей шеи, большой палец скользил вверх и вниз по горлу.

— Четвертый консорт в гареме королевы традиционно ее клинок мщения, карающий всех, кто ее обидел, — сказал он, глядя на меня сверху вниз с яростной настойчивостью. — Я с радостью исполню эту роль, если только у тебя нет на меня других планов.

Не зная, как ответить, я облизнула губы и слабо улыбнулась.

— Если карать тебя радует, роль твоя. — Я нахмурилась, страх сжал живот, пока я обдумывала, что побудило его поднять этот вопрос. — Насколько плох секрет Гэвина?

Эш сжал губы, его выражение стало зловещим.

— Предоставлю тебе решить, — сказал он, убирая руку с моей шеи и поворачиваясь к двери, моя рука все еще крепко зажата в его.

Сердце колотилось, пока мы выходили из спальни и пересекали гостиную к двери люкса. Я чувствовала Гэвина и Бастиана снаружи, обоих встревоженных, но очень по-разному. Низкий гул их голосов проходил через барьер двери, хотя я не могла разобрать слова. Эш уж точно мог.

Эш тихо хмыкнул, недовольный тем, что услышал в коридоре, и отпустил мою руку, зашагав вперед, его длинные шаги сокращали расстояние между нами и дверью. Он взялся за ручку и глянул на меня через плечо, вскинув брови в вопросе. Готова ли я?

Я расправила плечи и разгладила перед халата, затем кивнула Эшу открыть дверь.