Когда удовольствие отступило и Гэвин переместил руку выше, на мой живот, позволяя мыслям частично вернуться в мой насыщенный похотью разум, я открыла глаза и увидела Эша, стоящего на коленях на кровати передо мной, у плеча Бастиана, полностью голого, надрачивающего свой массивный член.

Я жадно потянулась к нему, заменяя его руку своей. Он зашипел сквозь зубы, когда я сжала его, притягивая его ближе. Он пополз вперед и наклонился ко мне, поднося шею к моему рту, будто инстинктивно понимая, что мне нужно. Его большие руки легли на мою грудную клетку, и он провел большими пальцами вверх по моим грудям, проводя ногтями по соскам.

Поощренная резкой лаской, я провела зубами по шее Эша, дразня лишь мгновение, прежде чем впиться достаточно сильно, чтобы разорвать кожу. Глубокий стон прокатился через грудь Эша, пока я втягивала его кровь. Мои нервные окончания вспыхнули, его бессмертная кровь обостряла чувства моего смертного тела. Удовольствие от члена Бастиана, наполнявшего меня, усилилось, экстаз снова нарастал во мне.

Гэвин провел рукой вниз по позвоночнику и задел кончиком пальца ниже, дразня между ягодицами. Ощущение пронзило меня, неожиданно возбуждая, и я подалась назад против его пальца, пока он сосредоточил внимание на одной точке. Я почувствовала, как теплая влага стекает вниз по ложбинке, и в тот миг, когда его палец, покрытый неожиданной смазкой, вошел в мой задний проход, и я почувствовала резкое усиление ощущений, я точно знала, что это за влага: кровь.

Я оторвала рот от плеча Эша, когда второй оргазм сотряс тело. Гэвин воспользовался моим мгновенным блаженством, чтобы добавить второй палец, растягивая меня. Волны удовольствия усилились, и я подалась назад против него.

Я всхлипнула, когда Бастиан внезапно вышел из меня, выскальзывая из меня, но я ничего не могла сделать, чтобы остановить его, вцепившись в плечи Эша, завороженная новыми ощущениями, которые Гэвин извлекал из моего тела. Но внезапно его пальцы тоже покинули меня, и я почувствовала себя пустой без обоих моих бессмертных. Я обмякла на Эше, оплакивая потерю восхитительной полноты.

— Держись, Софи, — сказал Гэвин, и затем я почувствовала, как он подталкивает мой задний вход чем-то куда толще пальца. Больше теплой крови стекло вниз по ложбинке, и я задрожала, когда искры удовольствия впитались в кожу. — Глубокие вдохи, — сказал он, поглаживая пальцами по позвоночнику. — Расслабься.

— Трахай меня, Гэвин, — выдохнула я, прижимаясь назад против него, и он медленно втолкнулся в меня. Удовольствие от его бессмертной крови смягчало боль растяжения.

— Поможешь? — выдавил Гэвин.

Без колебаний Эш пополз вперед и перекатился на спину, опуская голову между моих ног. Он провел языком по моей щели, затем обхватил губами мой клитор и сосал.

— Блядь, — простонала я, мои веки затрепетали и закрылись, пока Эш продолжал сосать мой клитор, проводя языком по опухшему бутону.

Что-то прижалось к моим губам. Запястье. Запястье Бастиана, судя по лесному запаху. Я немедленно впилась зубами в его кожу, выпуская поток горячей, сладкой крови в рот, на языке взорвался вкус ежевики и сосны.

Видимо, это было именно то отвлечение, которое было нужно Гэвину, потому что внезапно он толкнулся глубже в меня. Он двигался медленно, нежно, давая телу время привыкнуть к новому вторжению. Бессмертная кровь, покрывающая его член, впиталась в мое тело, заставляя покалывать и ныть от сексуальной нужды в местах, которые я даже не считала эрогенными.

Но я не хотела, чтобы он был медленным и нежным. Я хотела быть заполненной. Трахнутой. Поглощенной.

При его следующем осторожном движении, когда только головка оставалась во мне, я толкнулась назад против него, сильно. Удовольствие взорвалось во мне, внезапный оргазм окрасил зрение серебряными звездами, пока я пульсировала вокруг члена Гэвина. Гэвин сжал мои бедра, держа мою задницу вплотную к себе. Больше его горячей, влажной крови капало вниз по ложбинке.

Кровь Бастиана, текущая по горлу, гарантировала, что этот оргазм будет длиться и длиться с минимальной стимуляцией. Он не прекратился, когда Эш убрал голову от меня или когда Гэвин встал со мной, погруженный до основания в мою задницу, руки сжимали заднюю сторону моих бедер. Зажмурившись, я вцепилась в запястье Бастиана и втянула больше его крови, скользя по блаженным волнам.

Но затем другое тело двинулось передо мной, две большие руки заменили руки Гэвина на моих бедрах, пока толстый член толкался в мою распухшую, нуждающуюся складку. Мои глаза распахнулись, когда Эш вогнал свою покрытую кровью длину в меня. Я уставилась в бледно-голубые глаза Эша, дыхание перехватило, тело пульсировало от удовольствия.

Зажатая между этими двумя бессмертными, их кровь впитывалась в меня из самого ядра моего существа, пока кровь еще одного бессмертного наполняла мой рот, я парила в состоянии ошеломленной эйфории. Это была нирвана. Единственной целью существования должно было быть достижение этого состояния. Чувствовать себя так блаженно хорошо. Я никогда по-настоящему не считала секс духовным опытом, но это было поистине божественно.

Потерянная в жажде крови и блаженстве, я стала неистовым, жадным существом. Я хотела большего от каждого из них. Я хотела, чтобы они все заполнили меня. Я не могла получить достаточно. Мне нужно было больше — больше их, больше бессмертных, больше крови. Больше.

Рыча, пока Гэвин и Эш вонзались в меня с дикой синхронностью, я оторвала рот от запястья Бастиана и вытянула шею, ища горло Гэвина. Его кровь была единственной из моих консортов, которую я еще не взяла во время этого причастия, и я жаждала его вкуса пряного шоколада. Я знала, в своей душе, что не буду удовлетворена, пока его кровь тоже не потечет через меня.

Я ударила, как хищник, впившись зубами в плоть Гэвина, пока его восхитительная кровь не наполнила мой рот.

— Черт, это горячо, — простонал Бастиан.

Я застонала, сила закружилась в груди, будто кровь моих бессмертных образовала вихрь вокруг моего сердца. Он набухал, питаемый моим удовольствием и удовольствием моих консортов. Все больше и больше, вихрь рос, пока я не стала полна до краев, не только в ядре моего существа, но в корне моей души. Блаженство взлетело до умопомрачительной интенсивности, и его больше нельзя было сдерживать.

Не имея куда еще идти, сила взорвалась из меня, переполняя чувства чистым экстазом, не похожим ни на что, что я когда-либо чувствовала. Задыхаясь, я оторвала рот от горла Гэвина, пока интенсивные спазмы эйфории сотрясали тело.

Между одним ударом сердца и следующим из меня вырвалось яркое серебряное свечение, осыпая спальню лунным светом. Гэвин издал гортанный стон и погрузился в меня, прижимая к себе. Эш толкнул бедра вперед, вбиваясь в меня, пока я не увидела звезды, и он рухнул на нас.

— Блядь, — простонал Бастиан, и я почувствовала, как его щетинистая щека прижалась к моему бедру.

Я позволила голове откинуться на плечо Гэвина и увидела, что Бастиан опустился на колени, его член в руке, его разрядка брызжет ему на бедро. Бастиан провел губами по моему бедру, беря ту частичку меня, которую мог.

Медленно, нежно Эш опустил мои ноги на пол, его опадающее возбуждение посылало отголоски экстаза через мое тело, когда касалось моего перевозбужденного клитора. Я задрожала в хватке Гэвина, ноги дрожали. Эш наклонился вперед, прижимая губы к моему лбу.

— Иди умойся и встреться с нами в гостиной, — пробормотал Гэвин. А затем он подхватил меня, руку под колени, другую вокруг плеч, и понес в ванную.

Глава 40

Глаза закрылись, и я положила голову ему на плечо, слушая шум бегущей воды и чувствуя поцелуй поднимающегося пара. Он наполнял ванну, поняла я. Через несколько минут он погрузился в чертовски горячую воду, утягивая меня в ванну с собой. Он устроил меня так, что я лежала спиной к его груди, бедра уютно устроились между его ног.