— Иди, — прошептал он, глядя в сторону дверного проема в спальню.

Я тихо прикрыла дверь и беззвучно пересекла комнату, пальцы сжимали шелковую ткань подола халата. Личное пространство Эша было наполнено теплой дубовой и кожаной мебелью и куда большим количеством книжных шкафов, чем гостиная Гэвина. Стены были уставлены книгами настолько, что это больше походило на маленькую библиотеку, чем на что-либо еще, и я улыбнулась себе, приятно удивленная этой стороной невозмутимого воина.

Я остановилась в дверном проеме спальни. Эш сидел в изножье кровати, которая была больше даже стандартного размера кинг. Его голова была опущена, длинные, распущенные светлые волосы свисали, скрывая лицо, часть прядей окрасилась красновато-розовым от крови. На нем все еще были те же темные джинсы и облегающая футболка, что и раньше, засохшая кровь размазалась по открытой коже рук, шеи и лица. Маленькая стоячая фоторамка лежала лицом вниз рядом с ним на одеяле.

— Эш? — сказала я, голос был немногим больше шепота.

Его голова вскинулась, и ледяные голубые глаза прикипели ко мне. Черты были замкнутыми, взгляд — любопытным, но настороженным.

Мои руки сжались в халате. Я разжала пальцы, заставляя себя отпустить, и выпрямилась чуть больше.

— Я чувствую Тейна, — сказала я ему, голос был устойчивее, чем я себя чувствовала. Я сделала единственный шаг в спальню. — Я хочу помочь пойти за ним, но… — Сердце колотилось, голос застрял в горле. — Я заключила сделку с Гэвином. Он хочет, чтобы я была как можно сильнее, прежде чем покину безопасность этого места для поисков Тейна, так что мне нужно связать еще одного бессмертного. — Я замолчала и прочистила горло. — Он, э-э… Ну, он хочет, чтобы этим бессмертным был ты.

Эш молчал долго.

— А чего хочешь ты? — наконец спросил он.

Я открыла рот, потом закрыла, не отвечая. Я не ожидала, что он будет озабочен тем, чего хочу я, не когда Тейн в опасности. Не когда никто другой никогда не спрашивал меня о моих желаниях. Ни Гэвин. Ни Бастиан. Ни Ксавьер. Даже не Уэс, что казалось тысячу лет назад.

— Не знаю, — наконец призналась я, пожимая плечами и позволяя им поникнуть. Мое внимание уплыло к полу, задерживаясь на линиях красивого, выцветшего персидского ковра. — Я не знаю никого другого. — Мои слова были честными, если не сказать вдохновляющими. — По крайней мере, никаких других бессмертных.

Я чувствовала себя онемевшей от простой учтивости вопроса Эша. Этого относительного незнакомца. Этого огромного воина. Этой вдумчивой души. Неудивительно, что Тейн был с ним так долго.

— Тебя, думаю, — сказала я, поправляя ответ, поднимая глаза, чтобы встретиться с его. — Тебя и Тейна. У вас есть что-то особенное, и я была бы польщена стать частью этого, пусть даже малой, если ты позволишь. Ты не обязан — мы не обязаны, эм, ну, ты знаешь, — тараторила я, щеки пылали. — Это может быть просто кровь, если предпочитаешь.

Эш смотрел на меня долгий миг, взвешивая мои слова. Я затаила дыхание, ожидая его отказа.

Между одним ударом сердца и следующим что-то в нем изменилось. Он будто вернулся к жизни прямо на моих глазах: голова поднялась, спина выпрямилась, плечи расправились. Вот он — воин, который охранял лофт, который тащил меня в безопасность через портал.

Эш встал и приблизился ко мне, его шаги были тяжелыми на скрипящем паркете. Чем ближе он подходил, тем меньше я себя чувствовала. Он поднес руку ко рту и без церемоний впился зубами в мясистую часть ладони, затем остановился на расстоянии вытянутой руки передо мной и протянул мне кровоточащую руку.

Мой рот наполнился слюной, когда я вдохнула его запах — пряный, как у Гэвина и Тейна, но с более чистыми, сладкими нотками. Я схватила его толстое запястье обеими руками и облизнула губы, уже предвкушая, каков он на вкус. Я напомнила себе, что это причастие — только кровь, но мое лоно пульсировало в предвкушении, несмотря ни на что.

Я прижалась губами к ладони Эша и провела языком по быстро заживающей ране. Вкус его крови взорвался на вкусовых рецепторах, как коричный тост с щепоткой соли, добавленной в смесь корицы и сахара. Я застонала и сосала рану, вытягивая те немногие свежие капли, что могла получить, прежде чем Эш полностью залечился.

Но его кожа зажила, и когда крови больше не осталось без того, чтобы прикусить и создать свежие порезы, я отлепила губы от ладони Эша и отпустила его запястье. Тяжело дыша, я облизнула губы, убеждаясь, что собрала каждую последнюю каплю.

Пульс настойчиво стучал между ног, и я сжала бедра, молча скандируя: «Только кровь. Только кровь. Только кровь».

Прежде чем я успела полностью стряхнуть дурман похоти, созданный вкусом бессмертной крови, Эш переместился за мою спину и обвил одной могучей рукой мою грудную клетку, оставляя мои руки свободными. Я подавила стон, сердце внезапно заколотилось от того, что его большое, могучее тело прижалось к моей спине.

Он убрал мои волосы в сторону и наклонил мою голову набок, обнажая шею. Когда его другая рука присоединилась к первой вокруг меня, объятие стало теснее, приподнимая меня на цыпочки. Склонив голову, он провел зубами по изгибу моей шеи, заставляя пульс подскочить.

Мои руки легли на его мускулистые предплечья, крепко сжимая, пока колени угрожали подкоситься от одного лишь дразнящего прикосновения его зубов.

— Я держу тебя, — выдохнул он. А затем прикусил, разрывая кожу резким укусом и выпуская мою кровь.

Чувство эйфории смыло боль, оставляя меня задыхающейся от удовольствия. Сила свернулась во мне, экстаз поднимался до интенсивных высот, которые я испытывала лишь дважды прежде, когда связала сначала Гэвина, потом Бастиана. Зрение застлало серебром, спина выгнулась. Магия взорвалась из меня волной лунного света, и волны чистейшего, глубочайшего удовольствия прокатились через меня.

Колени подкосились, но Эш держал меня крепко прижатой к себе, лениво вычищая языком мою рану от укуса. Его твердое возбуждение упиралось в мою задницу, и я боролась с желанием потереться о него. Приглушенное жжение от его укуса вернулось, когда удовольствие улеглось, быстро сменившись зудом заживления. Должно быть, Эш прикусил губу, чтобы залечить мою рану.

Медленно Эш ослабил хватку, пока мои ноги снова не стали нести основную часть моего веса.

Я отступила от него на дрожащих ногах, вырываясь из его свободного объятия, и повернулась к нему лицом.

— Спасибо, — сказала я, немного задыхаясь.

Желание бушевало в венах, заставляя меня чувствовать себя перегретой и гиперчувствительной. Шелковый халат внезапно ощущался как колючая шерсть, и мне хотелось сорвать его с кожи.

Только кровь, напомнила я себе. Но, боги, Эш был потрясающим созданием. Нежный гигант, с прикосновением, настолько противоречащим его внешности, что я снова задумалась, каково было бы быть с ним.

Я прочистила горло, едва сдерживая свою необузданную похоть, и уставилась на пол. Если я посмотрю на него, я потеряю контроль. Я шагнула в сторону, направляясь к двери.

— Мне следует идти.

Рука Эша выстрелила, и он поймал мое запястье.

— Не уходи. Не уходи.

Я посмотрела на его руку, грудь вздымалась с каждым вдохом.

— Если только ты сама не хочешь, — добавил Эш грубо.

Я проследила взглядом по линии его мускулистой руки, по бледной коже, светящейся серебряными сигилами, вверх к его лицу и впитала его искреннее, открытое выражение. Жар в его взгляде превратил радужки в яркий аквамарин. Желание пульсировало глубоко внутри меня, жаждя этого вампира, не другого.

Я покачала головой.

Глава 33

Мы смотрели друг на друга долгий миг, потом Эш повел меня к кровати, его хватка на моем запястье была достаточно слабой, чтобы я могла легко вырваться, хотя я даже не думала об этом. Он сел на край матраса, широко разведя колени. Сердце колотилось, я позволила ему притянуть меня ближе, между его ног.