Недолго думая, Клинок заняла место рядом с гильдейскими и, поймав взгляд старого алхимика, спросила:
— Здесь нет запаха и иной воздух. Что вы задумали?
Василиса, услышав ее слова, скованно улыбнулась.
— Это вентиляция. Воздух, покидающий цеха, очищается, но некоторые безвредные, но ощутимые примеси в нем сохраняются. Однако здесь мы можем очищать его намного лучше. Присоединяйтесь к трапезе. Вина?
Словно по сигналу дверь отворилась, и в зал зашли четыре женщины в простых черных платьях.
— Говорите, что нужно. Надеюсь, наш простой быт не оскорбит вас, — женщина немного вымученно улыбнулась, — нам показалось правильным говорить на равных, ведь мы взаимно заинтересованы в сотрудничестве, — она взмахнула рукой, и ближайшая женщина наполнила ее бокал и наложила несколько кусков мяса и хлеба, — и нам нечего скрывать. Но, как мы уже говорили: Гильдия остается независимой.
— Я понимаю, — Василий, севший с другой стороны от алхимиков, принялся накладывать мясо сам, — и лишь сопровождаю наших гостей.
Агата едва сдержала смешок. Оглянулась на старика, которому тоже прислуживали, и решила, что стоит поддержать трапезу. На нее, благо, яды не действовали. Большинство, по крайней мере.
— Нас интересуют ваши возможности. И помощь с восстановлением искаженных магией земель, — начать Клинок решила издалека.
Она попробовала вкусное мясо, краем глаза заметив, что рутены последовали примеру Василия, а Валентин, севший рядом, явно не просто так разглядывал мясо немного светящимися глазами, и принялась за хлеб. Есть и правда хотелось.
— Расскажите, что именно вам нужно, — предложил Дмитрий, — и почему вы решили, что мы можем вам помочь.
Агата кивнула и пустилась в объяснения. Скрывать источник своих знаний она не видела смысла, к тому же возможность попасть в Запретный Город могла склонить местных на сторону Некроса. Валентин иногда уточнял, иногда просто кивал, гильдейцы после недолгих размышлений начали предлагать варианты, вроде бы согласившись на предложение…
Клинок уже решила, что их план сработал, но тут заметила, что Доми сидит как-то странно. Клинок отвлеклась от беседы, обернулась — и прямо на ее глазах девочка отодвинула тарелку и опустила голову на скрещенные ладони.
— Эй, не время! — Валентин отвлекся, тормоша ученицу. — Спать рано!
Агата оглянулась, видя, как до того вроде активно жевавшие рутены стали заторможенными, медлительными, и скрипнула зубами. Принюхалась — и поняла, что в воздухе все еще нет металла, но есть что-то еще. Обернулась к гильдейцам, потянулась за кистенем…
И заметила, как к ней метнулись сразу три черные тени. Быстро, невозможно быстро. Подносильщицы вдруг обзавелись длинными спицами, которые, похоже, до того скрывали в рукавах…
Клинок окуналась в боевой транс, резко вскочила и подцепила ногой стул. Бросила в ближайшую измененную, взмахнула кистенем, резко и быстро, и чужой череп треснул, словно спелый арбуз. Спицы, смазанные чем-то блестящим, просвистели, летя к Валентину, но Агата успела хорошенько пнуть державшую их женщину — и удар прошел мимо. Подавальщица уклонилась от кистеня. Клинок бросила в нее подхваченную со стола бутылку, заставила замешкаться — и второй удар попал в голову, выводя противницу из строя. Третью Агата хорошенько приложила в живот, и, обвив цепь кистеня вокруг ноги, дернула, роняя. Ударила по ребрам, дробя их, повернулась — и увидела, как четвертая подавальщица насела на с трудом отбивающегося Василия. Клинок выхватила из сапога лезвие, вспрыгнула на стол и вторым прыжком приземлилась позади сражающихся. Подавальщица попыталась отмахнуться спицей, но не попала. Сталь ножа вошла в ее горло, пробив насквозь. Клинок отпихнула ее, и, сбрасывая транс, развернулась.
Свита Василия стремительно укладывалась спать. Кто-то отодвинул блюдо, кто-то упал лицом прямо прямо в тарелку, кто-то, как Валентин и Доми, положил голову на руки…
— Вы будете молить о смерти! — рявкнула Агата, нависая над алхимиками. Она сдерживала черную силу лишь чтобы эти двое не умерли быстро.
Василиса отшатнулась и упала со стула. Дмитрий же поднял руки и выпалил:
— Они все живы! Мы не причинили вреда! Помоги!
— Помочь⁈ — Агате стоило немалых трудов направить кистень мимо седой головы. — Вы, ублюдки, предали…
— Пожалуйста! — голос отползающей к стене Василисы дрожал.
— Помоги, — повторил старый алхимик. — Я могу их разбудить. Часть. Но ты должна пообещать помочь нам. Иначе тут все взлетит на воздух!
Агата нахмурилась. В глазах трясшегося от страха старика жила отчаянная надежда.
— Завод захвачен? — сообразила Клинок.
Дмитрий кивнул. В его глазах стояли слезы.
Глава 23
Дмитрий, не сводя глаз с кистеня, который Агата лениво раскручивала недалеко от его головы, принялся торопливо рассказывать:
— Они появились прошлым вечером. Охрана пустила — сказали, что с вестями от василевса, что есть разговор к главному. Ссориться с господином Владимиром никто не захотел, у этих-то и его флаг, и котты, и печать с гербом на письме. Всего семеро было. Не знаю, о чем они с Николаем толковали, но мне он сказал, что, мол, есть информация, что поедры хотят навредить цеху и будущим высоким гостям, и Владимир этих молодчиков прислал все осмотреть. Я против был, богами клянусь! Но он и слушать меня не стал. А теперь… вот.
— Что — вот? Я тут ни одного врага не вижу, только предателей! — Агата скрипнула зубами, давя вспышку ярости. — Позвали за стол, приняли как гостей — и отравили!
— Это не яд, госпожа, — всхлипнула Василиса. — Снотворное. Они так сказали сделать.
— И вы, алхимики, испугались семерых бойцов? Серьезно?
— Если бы бойцов… Из них четверо — высокоадаптированные, — с тоской проговорил Дмитрий, — а трое — маги. Огневики. Как дошли до Зала Возгонки, так они рукава свои закатали — а там знаки пустошников. И говорят, мол, делать как они скажут, иначе сейчас нагреют — и реакция вразнос уйдет.
— Мы думали — врут, — подала голос Василиса, — зачем это василевсу⁈ Так один руки вытянул — и температура вверх поползла!
— Мы скомандовали тормозить реакцию — а она ползет и ползет! — вторил ей Дмитрий. — Тогда и поняли, что это все серьезно. Разозлятся — и тут все рванет, камня на камне не останется, почву пропитает, до Союграта как пить дать долетит…
Агата тряхнула головой. Значит, завод захватили прошлой ночью. После того, как Елена принесла весть о том, что его собираются взорвать, подставив Владимира, прошло чуть больше суток, так что действовали противники шустро. Похоже, сам план был готов давно. Но что-то не сходилось.
— И чего они от вас хотели?
Старик побледнел еще больше, но все же проговорил:
— Делать вид, что все в порядке. Пригласить вас на обед и усыпить. Дальше сложно сказать, но, судя по тому, что сегодня Николай весь день в грузовом экзоскелете таскает большие изоляционные ящики, то… В общем, думаю, ясно.
— И сейчас вы мне заговариваете зубы, — мрачно заметила Агата, — поняв, что меня не усыпить, так? Тянете время?
— Нет, нет! — Василиса, успевшая доползти до стены, медленно поднялась на ноги. — Мы поступили по-своему!
Агата прищурилась.
— Да? Подослали убийц? Откуда они, кстати?
— Прибыли на рассвете, — отозвался Дмитрий, — эти и еще четверо, но те в главный цех пошли. Рабочих согнали в одну комнату, не дают выйти… Не знаю, чего хотят. Но я, пока Николай не видел и никого из пришлых рядом не было, отдал приказ газ подменить. Против этого достаточно ввести блокиратор, он у меня есть, да и на полноценно измененных, вроде вас, госпожа, он не действует.
Агата скрипнула зубами. И как понял… Впрочем, наверное, слухи о ней дошли уже до всех заинтересованных.
— Но вы ничего сразу не рассказали.
— Кто-то мог проследить, дается ли газ…
— Правду, — Агата еще раз взмахнула кистенем, — и быстро.
Старик слился цветом лица со скатертью и признал:
