Как показало путешествие в Султанат, Агате не особо удавались официальные визиты. Тогда она добилась чего хотела, вот только попутно погиб один правитель и неизвестно сколько обычных людей, случилась одна осада, потеряли свои воспоминания и лишились жизни два древних менталиста… Так себе вышло мирное посольство.

Сейчас, восседая на самодвижущейся тележке, без прикрывавших тело доспехов, Клинок чувствовала себя голой. Больше этого ее волновало только то, что рядом с ней сидел совершенно безоружный Валентин, а сбоку от него устроилась беспечная Доминика, крутившая головой во все стороны.

Странный артефакт, напоминавший телегу без коня и использовавшийся, как поняла Агата, для перевозки грузов, обзавелся неудобной лавкой, установленной прямо на ящики с конструктами, и не поддавался никакому контролю некромантов — ускорял и останавливал его возница, обосновавшийся позади них. Рутен, пожилой и лояльный Комнину, не имел совершенно никакого сродства к магии, но тележкой правил. Агата предпочла бы лошадь, но в итоге уступила Владимиру, который напирал на то, что так она покажет большее расположение к рутенам и их достижениям.

Валентин, вроде как спокойно сидевший рядом, был напряжен. Агата это напряжение ощущала физически, и не только измененными чувствами, но и вполне человеческими. Как она догадывалась, муж в местной расшитой рубахе, к которой Владимир быстренько нашел и куртку без рукавов, и новые, почти-обтягивающие штаны, и высокие скрипящие кожаные сапоги, чувствовал себя не в своей тарелке.

Что ж, ему по крайней мере не пришлось обряжаться в платье. Агату радовало только то, что на юге Рутении все еще носили популярные у бедных девушек Союза платья, походившие на длинные рубахи, порой надевая на них «сарафан», странный гибрид из еще одного такого же платья и рубахи без рукавов. С этим еще можно было смириться. В Союзе же знатные дамы одевались в наряды еще более сложные и еще более стесняющие движения, чего стоила недавно появившаяся мода делать одежду со шнуровкой на спине, стягивающейся так, что мешала дышать.

Новым нарядам и вообще всей этой поездке радовалась только вертевшая головой по сторонам Доминика. Агата даже немного ей завидовала. Девочка наверняка видела вокруг одни чудеса: идеально ровная дорога, самодвижущаяся тележка, разодетый Василий на мощной лошади рядом… Да и свита деспота впечатляла: десяток знатных рутенов и один из людей Варнэ, поехавший с ними на всякий случай.

План переговоров особой элегантностью не отличался: упирать на то, что Некрос не хочет войны и готов сотрудничать в сфере «улучшения жизни наших народов», и, под шумок, убедить алхимиков согласиться на охрану. Если не выйдет, то оставить им конструктов «для изучения», а если этот вариант не пройдет, то просто прикопать костяков подальше, да и все. Может быть соглядатаям лоялистов хватит одного этого визита, чтобы отстать, но возможен был и прямо противоположный вариант — нападут быстрее, чтобы еще и некромантов подставить. Оба варианта всех устраивали… Если, разумеется, цеха останутся целыми.

Потому и ехали без оружия, в красивых парадных одеждах. Василий намекнул, что «любопытство алхимиков наверняка сделает возможным как минимум короткий разговор, а дальше все зависит от вас». Агате «зависит от вас» не нравилось, но ничего с этим поделать она не могла. Поля сражений бывают разными, теперь вот придется вступать в битву на таком.

— Они странные, но красивые. Как дома великанов, — прошептала старательно молчавшую большую часть дороги Доминика.

Агата улыбнулась.

— Действительно впечатляет.

Дорога, по которой телега без лошадей катилась с хорошей скоростью, обогнула большую гору слева, и взглядам некромантов предстал район, который Агата до того видела лишь с высоты полета Тча. Сейчас дракончик «присматривал за тылами», поднявшись высоко в воздух, а Клинок могла наслаждаться видами, смотря на все своими глазами. Рутены возвели здесь большие здания из красного кирпича, с узкими окнами и широкими трубами, сложных форм, при том не лишенных красоты. То тут, то там на фасадах змеились рисунки из более светлых кирпичей, кое-где имелись и бельведеры, и другие знакомые по Юграду детали. Разноцветный дым, в этот раз в относительном безветрии поднимавшийся в небо, лишь довершал картину странного «города великанов». В воздухе висел резкий металлический запах.

— Почему дома тут такие? — негромко продолжила расспросы Доминика.

— Это не дома, — отозвалась Агата, изучая не сколько детали местной архитектуры, — путь до Котлована вел по окраине этого странного места, — сколько возможные угрозы, — это цеха.

— Цеха? Это что такое?

— Места, где работают алхимики и артефакторы.

— А! Это как с костями — нужен ритуальный круг, протирки, емкость для отмачивания, и поэтому этим дома не занимаются, да?

Агата кивнула.

— И во всех этих домах работают с костями?

— Нет, рутены ведь не некроманты. Тут производят другое. Ты была в больнице, видела там всякие жидкости — они отсюда.

— О. Тут все такое большое… Наверное, делают для всех больниц, так?

— Чего не знаю, того не знаю.

— Не только для больниц, — не удержался от уточнения Василий. — Здесь производят препараты, которыми снабжают города побережья. И для лечения, и для адаптаций: временных, постоянных, ускоренных… Но делают так же и смеси, которые добавляют в раствор, чтобы кирпичи держались рядом, и те, которые не дают портиться продуктам, и даже еду специальную делают, чтобы раз съел и весь день сытый.

— Хочу попробовать!

— Из чего делают, а? — подал голос Валентин. — Наверняка ведь на белковой основе.

Василий смутился.

— Секрет Гильдии. Но на вкус эта еда отвратная, ее только солдатам в походах выдают. Так что я потом лучше тебя, малышка, и твою семью свожу туда, где наши старые блюда готовят. Все вкуснее будет.

— Да? А когда?

Деспот усмехнулся.

— Сразу к делу… Как вот тут со всем разберемся, так и свожу. Вас всех. Только одеться придется попроще. В деревню поедем, там, если вас в официальных нарядах увидят, начнут переживать, суетиться и никакого общения не получится.

— Ловлю на слове, — усмехнулась Агата.

— То есть цеха тут многофункциональны, — продолжил умный разговор Валентин, — но я не видел в Юграде большого количества измененных. Хотя больница, конечно, примечательна.

— А как их увидеть? Это непросто, да и изменения — штука дорогая, простой кожевенник не факт, что на них даже на старость лет заработает. За тех, кому нужно, мы и поедры Гильдии платим. А если ты про то, куда идет продукция — то много куда, покупают почти все местные. У нас ведь уже полвека как: любая технология, ну там артефакты или зелья, должна быть такой, чтобы любой мог ей пользоваться.

— Прямо любой, — не удержалась Агата, — и ребенок?

— Обучение порой нужно, а вот владение Искусством — нет. А, и еще… В общем, думаю, вы поняли, что у нас не очень, кхм, любят магию. Невещественную то есть. А вы, знаю, на нее способны.

Агата не сдержала глухого смешка. В гавани, когда она вернулась с Владимиром на помощь к Василию, пришлось выпускать сырую черную силу.

— В общем… Лучше эту тему не затрагивать. Чем меньше об этом говорить — тем меньше шанс, что гильдейские про это задумаются.

— Но мы владеем невещественной магией, — жестковато проговорил Валентин. — И не только проклятиями. Я могу исцелять, Тайрэ способен управлять водой.

Отправившийся с ними некромант кашлянул, но ничего не сказал.

— Наши силы у нас есть. От них не отмахнуться.

Василий долго молчал. Они уже свернули и начали приближаться к краю Котлована, когда он наконец ответил:

— Я спокойно отношусь к невещественной магии. Я видел, как с помощью нее спасают жизни, ищут руду, укрепляют стены… Но для рутен, для моего народа, та магия, которая им недоступна, она… вызывает тревогу. А нам ведь нужно доверие, а не страх. Так что лучше не давать алхимикам повода задумываться о ваших возможностях.